Николай Пихтин, член Общественной палаты

Видео 14:34, 30 марта 2018 608 0

"Я предлагаю мэру постоянно ходить по городу пешком. И мэру, и главе администрации, и замам. Вот Бакатин (ред.: руководитель Кировского обкома КПСС в 1985 - 1987 г.г.), он весь город пешком исходил, его никто не мог на «мякине провести», он был в курсе каждого упавшего заборчика..."



Печатная версия передачи:

С. Занько: 13:06 в Кирове, в эфире программа «Особое мнение». Меня зовут Светлана Занько. Напротив меня — Николай Пихтин, член Общественной палаты. Здравствуйте, Николай.

Н. Пихтин: Добрый день.

С. Занько: Такое ощущение, что в пору уже залечь в какие-то окопы. Кругом взрываются мины и гибнут люди. Было бы смешно, если бы не было так грустно. Четвертый случай, когда страдает ребенок — слава богу, он остался жив. Очередное уголовное дело заведено на управляющую компанию и на жилинспекцию. Есть масса комментариев в Интернете. Кто-то пишет, что нужно начинать с обращения к мэру с просьбой ввести режим чрезвычайной ситуации по благоустройству. Люди просто не знают, как на этот ужас реагировать. Вы писали, что нужно составить список телефонов, куда в таких случаях звонить, если видите этот снег, правда, вы же потом и говорили, что он буквально на каждом шагу, через здание. Писали, кто такой замглавы муниципалитета по жизнеобеспечению, кто отвечает за это. Обращаюсь к тому, что заведены уголовные дела на сотрудников управляющей компании. Действительно ли вы считаете, что именно они в ответе за то, что сейчас происходит? 

Н. Пихтин: Да, они в ответе. Я считаю, что совершенно верно, что и на жилинспекцию уголовное дело завели, потому что она обязана обеспечивать, координировать эту работу. По факту мы видим, что это было сделано безобразно плохо. То, о чем говорили — телефоны размещать и так далее — об этом я не раз говорил, что власть информационную работу практически не ведет. Я сделал информацию, разместил в Фейсбуке, попросил сделать репосты. Почему наши органы этого не сделали? Во все СМИ, в видные места, вместо таблички «Осторожно! Сход снега». Зачем ставят эти таблички? Чтобы вину свою замазать. Ну а что, мы же табличку повесили, вы сами виноваты. 

С. Занько: Вырисовывается цепочка. Я хочу понять, управляющие компании, жилинспекция — начало этой цепочки? Ведь она на этом не заканчивается, они подчиняются кому-то. 

Н. Пихтин: У нас есть районные администрации и городская администрация, есть мэр города. Их роль — организация, координирование этой деятельности.

С. Занько: Как они выполняют эту роль?

Н. Пихтин: Видно, что никак. Парадокс в том, что в Кирове снег выпал не впервые за 10 тысяч лет. Он каждый год выпадает, каждый год тоже самое. Работа абсолютно не организована, все на авось, вдруг пронесет, но ничего не проносит. На детишек падает снег, но наверное немало случаев, когда на взрослых падал снег, но об этом никто не заявлял. Попали люди в «травму», лечатся, и никто про них не знает. 

С. Занько: Конечно, в отсутствие Интернета, в другие времена снег падал не реже, люди страдали не реже, но разве от этого легче? Что, мы должны вернуться в прошлый век или позапрошлый? 

Н. Пихтин: В уборке города нужна революция. Нужно кардинально все менять. То, что существует, оно не то что плохо работает, оно вообще не работает. 

С. Занько: Верхи не могут, низы не хотят. Откуда должно пойти течение? Люди должны возмутиться?

Н. Пихтин: Все должны. И городская власть, и народ должны вместе собраться. Власть должна предложить, что она может сделать.

С. Занько: Вы видите какие-то шаги от городских властей, что они сейчас хотят что-то предложить, чтобы изменить ситуацию?

Н. Пихтин: Пока не видно. 

С. Занько: Не является ли это как минимум халатным выполнением своих обязанностей со стороны городских властей, что они не предпринимают достаточных шагов, чтобы эти ситуации не возникали больше?

Н. Пихтин: Скорее всего, так и есть. Власть по накатанному работает. Назрела необходимость менять кардинально. Я в десятый раз повторяю: я убежден, что дворник на улицах должны работать по 8 часов, нормальный рабочий день. Когда я ехал сюда, двух дворников видел, которые убирают около зданий. Я в Фейсбуке писал, какое отношение у людей к уборке снега. Здание потребкооперации на Комсомольской — весь снег вычищен, вывезен, чистота. Люди сами взяли и сделали, никто их не пинал. Городская администрация такую работу должна проводить со всеми коммерческими структурами, владельцами зданий. 

С. Занько: На что вы толкаете городскую администрацию, чтобы они простимулировали коммерческие организации и жильцов домов, чтобы они выходили на уборку снега?

Н. Пихтин: Не то что простимулировали, а заставили их, потому что это критическая ситуация, когда снег на голову сваливается. 

С. Занько: Серьезно? Это единственный способ, который вы видите?

Н. Пихтин: Не единственный, это один из элементов революции, о которой я говорил. Нужна новая техника, новая организация дворников. 

С. Занько: То же самое говорят и представители власти: техники не хватает, структура контрактов, которая была создана с управляющими компаниями, подвела...

Н. Пихтин: Перескоков озвучивал, что они хотят закупить на 15 миллионов малой техники для уборки тротуаров, но, скорее всего, это 3-4 машинки. 

С. Занько: Когда я разговаривала с одним из спикеров после очередного падения снега на ребенка, с сенатором области, он сказал, что да, та система, которая была выстроена по работе с управляющими компаниями, оказалась неэффективной, нужно придумать новую. А кто ответит за то, что старая была построена неэффективно и сейчас мы пришли к таким результатам? Он ответил, что незачем смотреть в прошлое, кого-то наказывать, надо с чистого листа... Я хочу вас спросить, еще раз возвращаясь к вопросу о наказаниях. Наказания управляющей компании и жилинспекции приведут к требуемым результатам?

Н. Пихтин: Сразу — нет. Есть ответственные, которые сразу же возьмутся и будут дела исправлять, а есть и безответственные, которым и наказание не поможет.

С. Занько: Кто должен стукнуть кулаком и сказать: «Ты, ты и ты отвечаешь»? Мэр? 

Н. Пихтин: Мэр за все отвечает в городе. Лично проехаться по каждой управляющей компании, по зданиям. Лужков, когда мэром был, на месте не сидел. Он постоянно ездил по стройкам, площадям, сам лично все контролировал, порядок наводил. Тимченко говорил, зачем старое вспоминать. Я считаю, что старое нужно вспоминать, но тогда, когда снова придем к урнам избирателей. Вот тогда надо вспомнить и соответствующие выводы сделать. 

С. Занько: Знаете, как говорят: «это все было построено еще до меня, я ни за что ответственности не несу». Надо сказать, что Николай очень активно работает в Фейсбуке, рекомендую как минимум подписаться на него, много проблем поднимается. Недавно вы сделали перепост от «Новых известий» о том, что с 1 марта вступают поправки в Земельный кодекс, согласно которым предпринимателям будет легче арендовать у города муниципальную землю, а распоряжение участками придомовых территорий переходит на уровень органов местного самоуправления. Я уверена, что 99,9% горожан вообще не знают, а если и слышали, то не понимают, чем это грозит. Там же, в комментариях к этой статье было написано, что москвичи уже подняли тревогу, потому что считают, что закон направлен на обогащение властей и афелированных с ними предпринимателей. Теперь во дворах можно будет возводить башни, платные стоянки автомобилей, а также другие коммерческие объекты. Как вы видите эти поправки в Земельный кодекс?

Н. Пихтин: Я представляю себе, что, наверное, еще хуже будет. Вот стоит ваш дом, и вдруг на придомовой территории вдруг появляется какой-то частник, который в принципе может сделать здесь все, что угодно. Он может территорию оградить заборчиком, потому что это будет его собственность.

С. Занько: То есть, он обращается в муниципалитет, и на основании новых поправок там ему скажут: «Ну конечно, бери!».

Н. Пихтин: Я не юрист, здесь надо внимательно закон смотреть. Я не исключаю, что там может быть прописано согласие жильцов. Жильцы должны собрание провести, и если они не против... Дальше, если это будет придомовая территория, как я понял, она может делиться на куски — то есть, не всю ее займут, а какой-то кусок. Учитывая то, как у нас жильцы собираются на собрания, принимают решения... Знаю по своему дому: 10-15% приходит.  

С. Занько: А остальные вспоминают, когда эта «свечка» стоит у них во дворе.

Н. Пихтин: Опять же информационная работа была, ее нет. 

С. Занько: Кто в ней заинтересован?

Н. Пихтин: Управляющая компания, сами жильцы. Город должен проинформировать людей.

С. Занько: Разве город в этом заинтересован?

Н. Пихтин: Я считаю, не такой категорией нужно рассуждать. Заинтересован/не заинтересован, он обязан это делать. Есть инвесторы небольшие, которые согласны купить клочок земли, что-то построить на нем. 

С. Занько: Так зачем об этом говорить гражданам, если можно просто продать инвесторам? А граждане, раз они такие неактивные —  мы знаем эту историю про публичные слушания... Напомню, что поправки вводятся к Федеральному закону №171, который был принят в июне прошлого года. Теперь эта придомовая территория, если граждане ее безнадзорно оставят, может отторгаться на более легких основаниях, и там можно будет строить различные объекты. Они могут быть хорошие, а могут быть плохие. Многоэтажку можно будет пристроить, или гараж. Кстати говоря, снова о гаражах. Это любимый мой конек, а очень часто на него «сажусь верхом». Что касается парковок: особенность этой зимы — безумное нашествие машин. При том, что сужается проезжая часть, кажется, что их стало больше как минимум в два раза по ощущениям. Парковки строятся, в частности, в нашей любимой Засоре, где, как помните, культурно-оздоровительный центр закладывался. Там сейчас будет парковка, уже вывешены объявления на близлежащих домах. Многоярусная платная парковка, не парковка для центра, а гаражи практически. Такая ломка сознания происходит: с одной стороны, все еще жалко, скребет на сердце, что деревья повырубали, и вырубят все, по всей видимости, в Засоре, если там будет платная парковка, то ни о какой прогулочной зоне говорить не приходится — задымление, низина, но с другой стороны, смотришь на все эти машины, в огромном количестве припаркованные под сосульками, и понимаешь, что куда-то их нужно девать. Может, нам уже успокоиться, и сказать, что в современном городе все должно быть укатано под асфальт, и давайте мы построим парковок где только можно, у нас будут свободные обочины, тротуары...

Н. Пихтин: Развею ваши сомнения: обочины свободными все равно не будут. В любом городе, в том числе и в Кирове, есть определенные зоны, которые нельзя трогать. Года четыре назад в горадминистрации я спросил, что по оврагу Засора, и мне сказали: «Это памятник природы, его ни в коем случае нельзя трогать». Как будто бы я им напомнил про него — через полгода началось движение. 

С. Занько: Вот кто виновен: Николай пришел в администрацию и напомнил, что можно использовать Засору. 

Н. Пихтин: Конечно, сами горожане виноваты. Вина определенная есть. Есть те, кто аккуратно, плотненько паркуются, а есть такие, что бросают машины в полуметре от газона, где попало машины оставляют. 

С. Занько: А администрация и мэр? Они что, не видят? Они же дают разрешение.

Н. Пихтин: Не знаю, видит ли мэр, или глава администрации, как они по городу передвигаются — я вот их ни разу в городе не видел. Года 3-4 назад видел сюжет, где журналистам пожаловались, что у автовокзала очень грязно на тротуарах. Показали сюжет: приехал глава города со свитой, выходит, ногой на асфальт ступает — правда, грязно! - сел и уехал. 

С. Занько: Что вы предлагаете?

Н. Пихтин: Я предлагаю мэру постоянно ходить по городу. Пешком. 

С. Занько: Лишить на год мэра и главу администрации возможности пользоваться служебным транспортом. Пусть ездят на общественном транспорте и ходят пешком, тогда все узнают про город. 

Н. Пихтин: Все проще: сделать с 9 утра до 17 вечера — служебный транспорт, в остальное время — пешком. На работу, с работы — на общественном транспорте. До сих пор Бакатина вспоминают. Чем он отличался? Он весь город пешком исходил, его никто не мог на мякине провести, он был в курсе каждого упавшего заборчика и так далее. 

С. Занько: Я уверена, что Владимир Васильевич тоже в курсе. Может быть, не каждого упавшего заборчика, но насчет строительства «свечек» и застройки оврагов он в курсе. 

Н. Пихтин: Одно дело просто быть в курсе, другое — своими глазами посмотреть. 

С. Занько: И что? Посмотрел, сказал: «Как хорошо, молодцы, замечательно, что строят». Вы верите, Николай, что без ведома главы администрации и  мэра это делается?

Н. Пихтин: Верю. Вы имеете в виду Засору или упавший заборчик? 

С. Занько: Заборчик, конечно, трудно заметить.

Н. Пихтин: У нас же сплошь упавшие заборчики. Про Засору он, естественно, в курсе. Я видел сюжеты. Он говорил про Засору, представил проект, макет, чертежи, а потом промелькнуло: «Я не уверен, что именно это будет построено». 

С. Занько: Рубцова тоже самое сказала.

Н. Пихтин: Это уже введение граждан в заблуждение. Показывают одно, строят совсем другое. 

С. Занько: Что касается города и этой самой красоты. Упомянутый нами овраг и мэрия находятся в представленном на обсуждении проекте исторического поселения города Кирова, судьба которого мне лично до сих пор неизвестна. Там были описаны, причем хорошо, с фотографиями, здания, которые нужно взять под охрану, реставрировать, или как минимум поставить на учет как историко-культурное наследие. До 1 февраля должны были обсуждать и принимать какие-то решения, и я так и не поняла, определили ли у нас историческое поселение или нет? 

Н. Пихтин: Границы определены, и они даже шире, чем предполагалось. 

С. Занько: Они утверждены или все еще в проекте?

Н. Пихтин: Насчет того, приняла Дума или нет, я не уверен.

С. Занько: Я не думаю, что она приняла, потому что помню прекрасно, что была фотография здания, находящегося на перекрестке Молодой Гвардии и свободы, там целый комплекс исторический зданий, а после этого был представлен проект с разрешением на строительство со сносом этих зданий, постройку жилого... Значит, не принято еще?

Н. Пихтин: Я так понимаю, это отголоски того, что раньше вершилось. Если участок был выкуплен, владелец этой земли имеет право строить там то, что считает нужным. Что-то сейчас менять — это неправильно и поздно. 

С. Занько: Зачем тогда эта работа была проделана? Ведь под каждым историческим зданием, возможно, уже продан участок или сдан в аренду. 

Н. Пихтин: Вряд ли под каждым, но наверняка такие найдутся. Кстати, на углу Воровского и Ленина здание строится, власти доказали, что это было еще в 2006 году.

С. Занько: Властям просто что-либо доказать, нет? Что касается границ исторического поселения, то здесь приходящие к нам депутаты и архитекторы говорили, что эти границы были четко очерчены еще в советские времена, просто потом куда-то исчез этот документ. 

Н. Пихтин: Я о чем и говорю, это последствия того безобразия, которое творилось в свое время, когда все раздавали, не глядя ни на какие границы. 

С. Занько: Такое ощущение, что все равно никто ни за что не отвечает, и непонятно, что будет с этим сейчас, в том числе с историческим поселением. Следующий вопрос связан с этим самым историческим поселением и с лицом города. Речь идет о том, что сейчас регионы наперегонки соревнуются в предложениях, которые выставляются широкому зрителю — я имею в виду туристические продукты. Поскольку из всех эфиров сейчас звучит, что вот, ребята, сейчас мы будем развивать внутренний туризм, внешний туризм сократился на 80%, да у нас своего полно. И правда, главы регионов уже начинают заявлять: посмотрите, в Перми у нас это, Татарстан всегда блистал, в Алтае тоже все хорошо. Направляем сюда потоки. Город Киров тоже, наверное, озаботился, что необходимо создать туристический продукт, который будет привлекать туристов в область. Какими вы видите эти туристические продукты? Чтобы мы были конкурентоспособны? Даю вам две минуты подумать, после рекламы продолжим. 

Реклама.

С. Занько: Продолжается программа «Особое мнение». Мы заговорили о внутреннем туризме, плавно перейдя от того, что непонятно, есть ли у нас историческое поселение в городе Кирове или нет. Понятно, что наличие исторического поселения и старых домов дает хоть какую-то гарантию, что город сохранит свое историческое лицо. Если его не будет, то на новую архитектуру сюда не приедут смотреть, мы не Бангкок. 

Н. Пихтин: У нас практически нечего сохранять. 

С. Занько: Тогда, исходя из этого, каким может быть исторический продукт, который привлечет в Кировскую область туриста из России?

Н. Пихтин: Это банальное, что у нас есть — Дымка, и так далее, вряд ли на это приедут. Я разговаривал с людьми, которые занимаются этими вопросами, свое мнение им высказывал, которое очень простое. С точки зрения жителя Воронежа, Ульяновска, Якутии, которые захотели отдохнуть где-то в России, почему они выберут Вятку? Никто не знает. Нужен такой бренд, такой изюминку найти...

С. Занько: Николай, знаете, в чем ужас? Мы сидим с вами, два патриота нашей земли, и говорим, что не знаем, что показать, что предложить. Вам сейчас Павел Николаевич Сырцев сказал бы: «Как же! У нас есть Рябово, есть Глинышек, Котельнич, Слободской». 

Н. Пихтин: Давайте возьмем человека, который собрался и приехал сюда, в Вятку. На автовокзале он что-нибудь увидит, приглашающее его отдохнуть? В киоске увидит часть Дымковской игрушки, еще что-то — никаких приглашений. Он может куда-нибудь по турпутевке в Кирове съездить? Скорее всего, ему скажут: вот, сейчас группа сформируется через 2-3 месяца, и может быть, вы съездите. Нет маршрутов, практически ничего.

С. Занько: На прошлой неделе собирался круглый стол в Общественной палате. Вам что-то известно о его результатах?

Н. Пихтин: Нет, я пока не знаю ничего. Быстро ожидать результатов, наверное, не стоит.

С. Занько: Нужно ли впрягаться в эту гонку в борьбе за российского туриста? 

Н. Пихтин: Вы знаете, я прихожу к такому выводу, что, наверное, и браться не стоит. Нет у нас изюминки, как в Перми пещеры, например.

С. Занько: Я совершенно с вами не согласна. Я считаю, что котельничское местонахождение парейазавров — это просто бомба. Но там продукта нет, есть только факт. 

Н. Пихтин: Уже несколько лет говорим о режиме работы музея. Вот приехал командировочный: днем он делами занят, вечером ему нужно отдохнуть. Музеи до 18:00 открыты.

С. Занько: Вы погодите, сейчас позакрываются музеи, реорганизация же наступает. Может, один из них будет круглосуточно работать. Да и музеи наши можно с натяжкой назвать какими-то выдающимися, правда?

Н. Пихтин: Музей Васнецовых, разве что, и палеонтологический. Вы были в этом музее?

С. Занько: Он меня мало интересует, но  я была на местонахождении парейазавров.

Н. Пихтин: 30-40 минут времени я там убил. Для туриста это мало

С. Занько: Согласна, что это не палеонтологический музей Москвы. Само местонахождение могло бы быть уникальным продуктом, но там ничего не делается. Вы сами постили в Фейсбуке, что на развитие древних русских городов выделяется правительством 200 миллионов. Вы сказали, что если бы Слободской в эту программу попал, было бы замечательно. 

Н. Пихтин: Слободской я уважаю, он мне очень нравится. Город уникальный. Ни в одной туристической программе Кирова я Слободского особо и не видел. 

С. Занько: Они в принципе есть, эти туристические программы?

Н. Пихтин: Вы, СМИ, не видели. Общественники тоже. Кто их видел? 

С. Занько: Я как мама, видела, что наши турагентства для школьников предлагают поездки в Слободской. Автобусные: это, это и это показать. Конечно, это не конфетка, которую можно выкладывать на туристических выставках. 

Н. Пихтин: Это не совсем внутренний туризм. Школьники по программе ездят...

С. Занько: У нас то же самое с Рябово происходит. 

Н. Пихтин: Их Слободского, мне кажется, можно изюминку сделать. Все бы 200 миллионов туда, и еще побольше. Слободской возродить надо бы. Котельнич — это очень узко, туда далеко не каждый поедет, а Слободской — это уникальный купеческий город, старый, со своей историей.

С. Занько: Кто у вас в Слободском живет?

Н. Пихтин: Мама, я там жил. Не в этом дело, мне город сам по себе нравится. 

С. Занько: Я знаю слобожан, они самые большие патриоты из патриотов, которые могут быть. Кинуть клич в Фейсбуке: «Слобожане всей России, давайте скинемся», и вы наберете 200 миллионов на то, чтобы этот город восстановить. Пока, как я вижу, с туристическим продуктом все грустно. У нас остается немного времени. Про музеи что говорить, тема другая, хотя, может, пару фраз вы и скажете. Мы понимаем, что идет тенденция к реорганизации кировских музеев. Нам звонили из разных музеев, опасаясь приходить в эфир, потому что люди говорили, что их будут реорганизовывать, они не знают, что с ними будет, уволят их, не уволят. Павел Николаевич Сырцев приходил на прошлой неделе, все сомнения развеял, сказал, что пока закрывать все музеи не будут, будет реорганизован административный аппарат, на этом сэкономят. Как вы думаете, достаточно ли будет экономии на административном аппарате, чтобы все наши музеи сохранить, а еще, может быть, реставрировать? Даже их крыши не чистятся. Я видела на приказной избе такой сугроб, что лучше не подходить.

Н. Пихтин: Проводить какие-то преобразования в музейной сфере с целью экономии денег как-то несерьезно. С целью улучшить работу музеев — это бы я одобрил. Это привлечение людей, это информация, создание брендов, увеличение рабочего времени. В какой-то области очень мудро поступили с музеями, чуть ли не в Перми — там они работают с утра до обеда, потом три часа перерыв, и вечером работают.

С. Занько: Вы пойдете в 333 раз в приказную избу?

Н. Пихтин: Я про приезжих говорю. В Слободском есть очень интересный краеведческий музей, в год я бывал там 3-4 раза, хотя там особо ничего и не менялось. Там атмосфера очень хорошая. 

С. Занько: И в каком здании находился этот музей — старое церковное здание. Вы знаете, что их оттуда отправили уже?  Это было в прошлом году. Не знаю, съехали они или нет, но здание возвращают церкви. Вы серьезно считаете, что изменением работы музеев можно поднять в них проходимость и это обеспечит приток денег? 

Н. Пихтин: Еще постоянно менять экспозиции, приглашать интересных людей. Запасники свои достать наконец. Мы, блогеры, хотели попасть в запасники — нас не пустили. Интересно посмотреть, что там находится. 

С. Занько: Надо договориться с тем же Павлом Николаевичем, чтобы дворников пустили в запасники. Как вам нравится идея, которая была озвучена насчет Кунсткамеры, экспозицию которой частично или полностью передадут в запасники краеведческого музея, а для самого здания постараются найти инвестора. 

Н. Пихтин: Я не знаю, то ли это к стыду, то ли к огорчению, но сколько я живу в Кирове, ни разу не был в Кунсткамере. Вопрос к Кунсткамере, а не ко мне — значит, они не смогли меня завлечь. 

С. Занько: В России до конца года могут ввести налог на Интернет. 300 рублей в год за использование контента с каждого места, где ты работаешь — то есть, это планшет, телефон, компьютер. Тебе три раза по 300 нужно платить раз в год. Деньги будут перераспределять специально лицензированная большая организация...

Н. Пихтин: Эта организация разрастется до таких масштабов, что распределять нечего будет, она все съест — на чиновников, на машины.

С. Занько: Министерство культуры рассчитывает подготовить документ до конца апреля и принять быстро. У меня три коротких вопроса. Примут или нет? 

Н. Пихтин: Сомневаюсь. 

С. Занько: Вы лично  готовы платить 300 рублей в год за использование контента из Интернета?

Н. Пихтин: Надо было не 300 рублей делать, а 30000. Было бы смешнее и интереснее. 

С. Занько: Ну и все-таки, какие-то деньги вы готовы платить за авторские права?

Н. Пихтин: Пусть лучше защищают авторские права. Если человек хочет взять какое-то произведение с соответствующей защитой, то он заплатит деньги. 

С. Занько: Если примут найдутся ли обходные пути, чтобы не платить?

Н. Пихтин: Обходные 100% найдутся, тут даже сомневаться не надо. Я практически не вижу, как это все можно сделать. В проекте говорится, что будут льготы детям. Ребенок ходит с телефоном, но он сам телефоном не владеет, он на родителей оформлен. Как это будут контролировать, я вообще не представляю. 

С. Занько: Вообще, 300 рублей — не так уж и много, Николай.

Н. Пихтин: Это кажется так. 

С. Занько: Если будет у нас свободный доступ к лицензированным фильмам...

Н. Пихтин: Не будет его. 

С. Занько: Вы бы поверили, если бы платили не 300 рублей, а 3000?

Н. Пихтин: Нет. Обходные пути запросто делаются, ничего изобретать не надо. Это очередная глупость. То хотели, чтобы за каждый сайт платили. Потом прошло предложение вообще сделать Интернет бесплатным... Какая-то возня постоянно идет. Раздражает очень.

С. Занько: Давайте я вас обрадую замечательным, на мой взгляд, сообщением, которое и других слушателей порадует: на 300% выросла выручка компании «Магарыч» в прошлом году. «Магарыч» — это челябинский завод бытовых товаров, который производит домашние дистилляторы, с чем можно нас всех поздравить. 

Н. Пихтин: Спрос растет, это нормальное явление для кризисных времен. Люди должны четко знать, что продавать это нельзя. 

С. Занько: Особое мнение Николая Пихтина, члена Общественной палаты. Я, Светлана Занько, прощаюсь с вами. 

Н. Пихтин: До свидания. 

Комментарии (0)


Создание и продвижение сайта