Азиз Агаев, директор АКК "Бизнес-информ"

Видео 14:34, 30 марта 2018 725 0

"Почему его (ред.: бизнес-омбудсмена) нет? Потому что, во-первых, сама должность  - это пустышка. Настоящий специалист , если у него не будет очень серьезных оснований, если у него не будет личной просьбы губернатора или кого свыше… на такую должность не пойдет..."



Печатная версия передачи:

С. Занько: Вы слушаете программу «Особое мнение». У микрофона Светлана Занько. Сегодня свое особое мнение будет высказывать директор аудиторско-консультационной компании «Бизнес-информ» Азиз Агаев. Азиз Алиевич, добрый день.

А. Агаев: Всем здравствуйте.

С. Занько: Хочу поговорить с вами на тему финансов. ЦБ упростил коридор бивалютной корзины, рубль отправился в свободное плавание — эксперты, экономисты разных уровней поясняют, почему это было сделано, но нас, граждан, интересует, как это скажется на нашей жизни. 

А. Агаев: Наверное, как-то косвенно скажется, но не слишком значительно, особенно на жизни тех, кто зарабатывает, живет и отдыхает на территории родной страны, кроме, может быть, цен на определенные импортные товары. Учитывая, что сейчас действуют санкции и антисанкции, и на многие импортные товары, особенно продовольственные, наложен некий запрет, то даже и на этом не скажется. Останутся какие-то промышленные товары. Единственно, что если скажется на жизни бизнесменов, которые покупают импортные средства производства, а таких достаточно, особенно если это европейские товары, ведь китайцев еще можно будет уговорить (китайцы немало всякого поставляют в Россию, и тоже пытаются свою выгоду поиметь от того, что курс растет), я думаю, что чуть-чуть подождать. Я знаю, есть ситуации в бизнесе, когда человек уже не может ждать, контракт заключен, платить надо... В целом, на каких-то экономических показателях, бизнесе это скажется, а по большому счету на нас это только косвенно скажется. Может, где-то не вырастет зарплата, потому что предприятию придется переплатить за импортное оборудование. Меня не сильно пугает рост курса — это хорошая терапия для нашей экономики. Не вижу никаких серьезных оснований, чтобы курс так взлетал — какие-то основания для роста есть, но не вижу серьезных оснований для взлета, и я жду отката. Это чистая спекуляция и политика. Представьте себе, что количество долларов, обращающихся в мире, составляет очень много триллионов, и количество рублей, которых мало-мало в обороте. Если рублей мало, долларов много, то чисто по классической схеме рубли должны стоить дорого, если они кому-то нужны. Если они не нужны, то смысл им взлетать? Нужно посмотреть, где источник этих рублей, которые участвуют в спекулятивных атаках на сам рубль. Если больше долларов придет, то курс рубля будет укрепляться. 

С. Занько: Откуда придет поток долларов?

А. Агаев: Хоть откуда. Экспортная выручка и так далее. Почему растет курс? Потому что сейчас на рынке рублей больше, чем долларов. Почему больше? Потому что одни испугались — берегут, другие просто тупо на любых катаклизмах хотят заработать, как те таксисты в случае со взрывом в метро начали в два-три раза поднимать цены. Третьи — потому что оборудование надо закупить, и так далее. То есть, в этой ситуации быстрее бы взять и поддержать, а вдруг я на этом выиграю.

С. Занько: Что касается бизнеса, сейчас куча всяких сложностей в связи с ситуацией в стране, но что касается населения, вы считаете, что оно никак не пострадает?

А. Агаев: Нет. Другие проблемы важнее.

С. Занько: Мне не нравится эта ситуация, потому что как-то тревожно внутри. Если не могу на ситуацию повлиять — надо смириться, люди и смиряться.

А. Агаев: Смириться — слово чисто христианское, с чем тут смиряться? Ну растет доллар, ну что? У меня есть рубли, стоимость строительства не так выросла за курсом доллара, значит, я могу вложить в какие-то капитальные сооружения, продав, сдав в аренду. Я могу пойти и купить золото в Сбербанке за рубли. Этот курс будет не спекулятивный. Мы знаем, что доллар — это просто бумажка, а если ты золото купишь — это реальное золото. Рано или поздно не бумажка будет решать твою судьбу, а количество золота. На самом деле доллар — не обеспеченная бумажка. За ней не стоит ничего, никто не обязан тебе доллар обменивать на золото, это еще в прошлом веке закончилось. Это как покупать бумажки МММ, просто масштаб другой. Ведь покупали же бумажки МММ, думали, ух, какие мы богатые! И в один прекрасный момент — хоп!.. 

С. Занько: Это такой бесконечный экономический ликбез, о котором говорят различного рода тренеры, во что вкладывать деньги. Об этом и ничего говорить, потому что такое чувство, что и вкладывать большей части населения скоро будет нечего. 

А. Агаев: И сейчас уже нечего. Люди живут сегодняшним днем, получают зарплату, тратят ее. И слава богу, что нет у них таких головных болей — растет и растет курс. Не в первый раз, переживем и это. 

С. Занько: А переживем ли мы в случае принятия поправок, которые предложил замечательный думский депутат Андрей Макаров, по муниципальным сборам — ежеквартальные сборы, которые накладываются на малый и средний бизнес. Приведу пример — чеканка и гравировка ювелирных изделий, производство и реставрация ковров и ковровых изделий, ветеринарные услуги, услуги платных туалетов. В каждом городе отдельная может быть сумма. Я приведу примеры, которые смотрю на портале РБК, сколько это может стоить. Например, за услуги платных туалетов за квартал этому бизнесу нужно будет платить 300 тысяч рублей. Услуги фотоателье и кинолабораторий — тоже 300 тысяч рублей. Ветеринарные услуги подешевле — 60 тысяч рублей. Мы представляем себе примерно, сколько зарабатывают эти виды бизнеса у нас в Кирове, если наш город поучаствует, возможно, у нас будут несколько другие суммы, но представители бизнеса уже бьют тревогу, что таким образом на них просто ставится большой крест. Господин Макаров говорит, что не надо переживать, это такой экономический эксперимент, пока только в Москве, Санкт-Петербурге и паре других городов. Может быть, это будет полезным. За это время, пока будет проводится эксперимент, огромное количество людей могут остаться, как кажется экспертам, без работы. Как вы относитесь к подобному предложению? Стоит ли властям в случае принятия поправок в этом эксперименте поучаствовать?

А. Агаев: Пока вы говорили, у меня буря мыслей пронеслась в голове. Во-первых, плохо, что налогами, бюджетом занимается бывший юрист-адвокат, который не знает реального нижнего бизнеса. Он не побывал ни продавцом, ни парикмахером, ни туалетным надсмотрщиком — он оторван от жизни. Плохо, что ему позволяют делать такие вещи: он одновременно с этим законом протащил через комитет законопроект о налоговом маневре, когда пошлины на экспортную нефть снижаются, а компенсируются это за счет НДПИ и снижения акцизов. Мне кажется, что этот законопроект, который вызвал шквал возмущений, внесен для прикрытия основного. Его последствиями, скорее всего, будет то, что нагрузка на внешнего, заграничного потребителя упадет, а на внутреннего вырастет.

С. Занько: То есть, на нас с вами, как на автомобилистов, которые приезжают на заправку, ляжет эта нагрузка, мы станем оплачивать счета зарубежных товарищей.

А. Агаев: Да, соответственно, это вызовет рост цен на топливо. Не кратный, но серьезный рост. Инфляция вырастет достаточно сильно, мы получим инфляцию издержек. Мы не получим инфляцию за счет повышения курса, за счет санкций, мы получим за счет того, что наши внутренние депутаты-вредители будут принимать такой закон.

С. Занько: В чьих интересах такой законопроект составлен? 

А. Агаев: Сказать, что это в интересах нефтяников — у них будет больше экспортной выручки... Честно говоря, с этой точки зрения я не анализировал, я анализировал с точки зрения, полезно ли это стране или нет. Это для страны вредно, однозначно. Не обсуждали серьезно, а выбросили и все. Это один момент. Второй: когда депутаты предлагают законопроект о повышении налогов, мне кажется, их надо сразу отправлять в отставку. Депутат — выразитель интересов людей. С таким проектом пусть выступает в Министерстве финансов. Депутат должен рассматривать такие проекты на предмет того, есть ли здесь баланс интересов государства и его граждан или нет? Этот законопроект, на мой взгляд, является прикрытием основного закона, чтобы мы не обращали внимания на тот закон, который серьезно ухудшит экономическое положение в стране, и последствия будут сказываться долгий срок, уменьшение акцизов как компенсация скажется на наших дорожных фондах. Региональные бюджеты будут не добирать. Последствий много. 

С. Занько: Я упустила этот законопроект. Он в стадии рассмотрения?

А. Агаев: В стадии рассмотрения, первое чтение прошел. 

С. Занько: Если он будет принят, то мы не просто увидим другие цены на заправках, надо понимать, что заправляются этим бензином не только наши личные автомобили, но и весь транспорт, который доставляет всю необходимую продукцию...

А. Агаев: Бюджетный транспорт, расходы на это, дополнительные налоги... Мы все знаем, что одно за другие всегда цепляется. Если юристы начинают заниматься такими экономическими проблемами... значит, это не он. Он сам вряд ли сообразит. Наверное, в 1930-х годах его назвали бы народным вредителем. В связи с этим еще и другая мысль в голове вертится: ни один из наших депутатов не ходил на обсуждение этих законопроектов, если и ходил на комитет по бюджету, то мы об этом ничего не знаем, они не думали и не возражали. О чем угодно они будут говорить, как они помогают экономике, но ни один из наших кировских депутатов в Госдуме не занимался этими законопроектами, ни один из них,  не стал его с бизнесом обсуждать. Хочу риторический вопрос задать: нужны нам такие депутаты? 450 тысяч зарплаты в месяц, 400 с лишним депутатов. Примерно 2 млрд в месяц получается. В год почти бюджет Кировской области. Зачем они вообще нам нужны? Зачем такая представительная власть нужна? Она только вредит интересам страны.

С. Занько: Азиз Алиевич, вы лично знаете всех наших депутатов Госдумы. Конкретно по этим законопроектам вы задавали им вопросы?

А. Агаев: А где я должен быть задать, когда я об этом законопроекте... Могут, конечно, мне у в упрек поставить, что я не залезал на сайт Госдумы и не отслеживал все законопроекты, которые там проходят, но извините, это же их задача нас поставить в известность. Они же первые получают законопроект. Получили — так киньте нам. Скажите, что вы, ребята, об этом думаете, а потом рассматривайте его на комитете по бюджету и налогам. Депутаты не выполняют своей функции выразителя интересов населения. 

С. Занько: Надо сказать, что Николай Михайлович Липатников, глава ВТПП, который сейчас выступает в роли советника губернатора, временно замещая отсутствующего омбудсмена, провел опрос среди членов палаты и написал возмущенное письмо по поводу законопроекта по муниципальным сборам на бизнес. Возможно, здесь что-то сдвинется, но я хотела бы перекинуть мостик на отсутствующего бизнес-омбудсмена и на персону Липатникова, который сейчас является советником Никиты Юрьевича Белых по вопросам бизнеса. Я так плавно перехожу ко всяким перестановкам, рокировкам и ставкам на то, кто кем будет. Давайте начнем с бизнес-омбудсмена. Кстати говоря, Николай Михайлович был в студии на прошлой неделе, он сказал, что не пройдет и 10 дней, как появятся уже конкретные персоны на это место. Вы верите в это?

А. Агаев: Мы с вами неоднократно обсуждали вопрос, какой это должен быть человек. Почему его нет? Потому что сама должность — пустышка, и настоящий специалист, если у него не будет очень серьезных оснований, личной просьбы губернатора или кого-то выше, то он на такую должность не пойдет. 

С. Занько: А так везде, в каждом регионе?

А. Агаев: Думаю, что в каждом. Есть масса людей, которые хотят идти сюда по другим соображениям, не в интересах предпринимательского сообщества, а в интересах себя попиарить, на зарплате посидеть. Может быть, есть тот, кто хотел бы защитить, но я пока не видел. По своей сути эта должность — прокурор по защите бизнеса. Пусть он будет в прокуратуре. И все! Прокурор следит за соблюдением законности. Пусть будет прокурор по защите бизнеса, и у него будут права в соответствии с законом о прокуратуре. Еще один момент: цели и характеристика личности. Если у этой личности будет цель в защите бизнесменов, у него должны быть другие характеристики личности. Это должен быть опытный, юридический подкованный, побывавший в бизнесе, под нажимом, неоднократно защищавший его, и теперь решивший, что с бизнесом ему пора заканчивать и можно просто встать на защиту. У него должно быть достаточно денег, чтобы уйти на небольшое государственное содержание, чтобы он мог себя посвятить делам Родины. Не альтруист никакой пользы бизнесу не принесет. 

С. Занько: Есть у нас такие люди в регионе?

А. Агаев: Есть. 

С. Занько: Хочется услышать наконец-то хоть чьи-то фамилии! Где эти люди, которые сделали бизнес, готовые его альтруистически защищать?

А. Агаев: Такие люди есть, но есть ли человек, который захочет... Я знаю людей, которые могут это делать, но не пойдут по разным причинам. Во-первых, они не убеждены, что это реальная должность, что с нее может быть какая-то польза. Там прав с гулькин нос — никаких. Как защищать, если нет особо никаких реальных инструментов воздействия на власть? Государственная машина со всеми инструментами прокручивает все это, и ты должен остановить это как-то безо всяких рычагов. Во-вторых, это человек из команды губернатора — так получается. Но пока цели и задачи команды губернатора не озвучены, как это в течение 10 дней появится человек, который, не зная целей и задач команды, сможет стать ее членом? 

С. Занько: В таком случае это и должен быть человек из команды губернатора.

А. Агаев: Конечно. В развитии малого и среднего бизнеса на территории области заинтересованы не федеральные власти, а прежде всего губернатор и его команда. Соответственно, человек должен оттуда быть. Потом, он должен быть очень взвешенным, должен понимать баланс интересов бюджета — есть масса предпринимателей, которые не платят налоги, не платят — значит, они никакие не граждане. Они не могут реально Родине помогать. Только тот, кто платит тяжелые налоги, может голос свой поднимать и говорить: «Мне уже невтерпеж, я уже не могу!».

С. Занько: Азиз Алиевич, а чем эти люди, которых вы знаете, которые уже сделаны бизнес, могли бы быть такими альтруистами, с сильной волей, харизмой, были биты этой жизнью, чем они сейчас занимаются?

А. Агаев: Кто-то производством, кто-то услуги оказывает. Они все работают. Среди них есть достаточно большое количество людей, которые на этом подорвали свое здоровье.

С. Занько: Сколько у нас таких людей? 

А. Агаев: Я бы мог назвать сходу человек семь. 

С. Занько: Можно их назвать бизнес-элитой?

А. Агаев: Да, но это не вся бизнес-элита, потому что большая часть бизнес-элиты совсем по-другому к стране относится.

С. Занько: А это те самые патриоты?

А. Агаев: Которые правильно относятся, с любовью. 

С. Занько: Я хочу снова вернуться к Николаю Михайловичу Липатникову, который отметил в «Особом мнении», что при каждом департаменте должны быть советниками, либо они должны быть главами департаментов семи пядей во лбу, и знать абсолютно все. Институт советников нужно внедрить. Помнится, вы тоже занимали должность советника губернатора. 

А. Агаев: Я был председателем экономического совета. Хорошо отношусь к этому, потому что это инструмент, позволяющий руководителям области принимать взвешенные решения. 

С. Занько: Сейчас мы прервемся на короткую рекламу, а после вы поясните, почему этот механизм вроде бы начал работать пять лет назад, а сейчас его надо снова внедрять, потому что он, видимо, не работал в течение этих пяти лет. 

Реклама.

С. Занько: Это особое мнение Азиза Агаева. Мы остановились на том, что Николай Михайлович Липатников категорично утверждает, что при каждом департаменте должен быть советник, потому что главы не могут быть семи пядей во лбу. Азиз Алиевич был главой экономического совета при губернаторе. Был, теперь уже нет.

А. Агаев: Вышел оттуда по собственному желанию. Быть членом экономического совета совета почетно и необходимо тем, кто размышляет о судьбе области, при этом считаю, что польза от экономического совета может быть очень большой. Вопрос задан не потому, почему я вышел, хотя мы это тоже обсуждали. Совет был плохо организован, содержательно тоже. Неправильно организована его работа и не было человека, который действительно хотел бы, чтобы этот инструмент работал. У губернатора, который вдруг решил сам стать председателем экономического совета, руки не доходили до организации его работы, и это понятно, не случайно Шаклеин отказался после Сергеенкова от роли председателя экономического совета — это было правильное и мудрое решение. Никита Юрьевич решил вернуть этот сергеенковский принцип, но назваться и быть — это разные вещи. Ты можешь назвать себя кем угодно... Лингвистически это вызывает вообще небольшой смех — председатель экономического совета Белых при губернаторе Белых. Неправильно это. Соответственно, у него не было ни сил, ни времени для организации работы совета. Те советники, которых он просил организовать, не справлялись с этим. Те структуры, которые были при департаменте, не знали или не хотели организовывать. Зачем общественная экономическая структура, которая фактически является оппонентом экономическим структурам администрации и правительства? Зачем им хорошо работающая общественная экономическая структура? Ни к чему, их понять можно. А это структура, которая могла давать реальную пользу именно принимающему решения, а это губернатора. Когда директор или руководитель департамента экономики делает свой доклад, а председатель экономического совета делает содоклад по этой же теме, либо не делает, но обсуждает на совете. Все равно это более обоснованное мнение, дополнительные гарантии того, что вопрос всесторонне рассмотрен. С Николаем Михайловичем я полностью согласен. Он знает из своего опыта, при нем самом всегда есть группа советников, он всегда обращался за советом к специалистам, никогда не брезговал, даже в тех ситуациях, когда вроде бы все ясно, но Николай Михайлович всегда обратится. Самое интересное, что в большинстве ситуаций всегда находилось более оптимальное решение тех или иных проблем. Поэтому да, при каждом департаменте должны быть такие советы. 

С. Занько: То есть, в таком случае главы департаментов могли бы быть просто мудрыми менеджерами, которые слушают советы специалистов. 

А. Агаев: Слушать, понимать, а потом принимать решения не значит, что решение будет принято в соответствии с тем, что предлагал совет. Это ситуация, когда ты решение принимаешь уже с открытыми глазами, когда у тебя есть больше всесторонней информации. Это более обоснованное решение. Основной эффект этих советов именно такой. Если нет такого эффекта, то и нет нужды в советах. Вот вам ответ, почему я ушел оттуда — потому что этот совет не помогал губернатору. 

С. Занько: Тем не менее, вы считаете, что этот институт нужно развивать. Два вопроса остаются до окончания программа. Первый. Экономике Кирова прогнозируется рост. Я смотрю новость аж от 7 ноября, просто интересно, как этот прогноз делается, когда мы знаем, что бюджеты пусты, все не сладко с курсом валют, с ценами и так далее. Тем не менее, прибыль городских организаций будет расти — это следует из прогноза социально-экономического развития города до 2017 года. Прибыль предприятий, согласно данным, в следующем году увеличится на 1 млрд рублей. Непонятно, за счет чего, собственно говоря?

А. Агаев: Надо задать себе вопрос: возможен ли вообще такой сценарий? Честно говоря, как минимум теоретически такой сценарий возможен. Открылись возможности по импортозамещению, большинство производственных предприятий находятся на территории города Кирова. Те возможности, которые открылись в связи с санкциями по продовольствию. Я думаю, что если таких левых движений, которые правительство Медведева делает с внедрением налогов, дерганием бизнеса туда-сюда с этими налогами... Если глубоко заниматься, такой же экономический совет при городе должен быть, публично эти вопросы нужно обсуждать, чтобы вы, журналисты, были уверены, есть ли для этого основания или нет.

С. Занько: Сейчас федеральное правительство представляет аж пять сценариев экономического развития страны. У нас пока один. Может, и нам нужно иметь линейку, чтобы быть готовыми, нет?

А. Агаев: По стандарту, надо хотя бы три сценария иметь. Кто там у нас новый начальник управления по экономике города... Значит, он составлял такой план, и видит только один путь развития. 

С. Занько: Все-таки, это не декларация, вы реально считаете, что так может быть? Или это надо как-то объяснять?

А. Агаев: Боюсь быть поверхностным. Не читая документа, не могу рассуждать о его обоснованности.

С. Занько: Давайте тогда этот вопрос отложим, потом поподробнее его копнем. В следующем вопросе вы наверняка сможете выразиться более четко. Хорошая новость: в Кирове заработала «горячая линия» по очистке снега. Вы помните две истории, которые попали и в федеральные СМИ — два малыша на глазах родственников были травмированы падающим с крыш снегом. Вы считаете, что открытие «горячей линии», и все, что этому предшествовало, заявление Владимира Васильевича Быкова, что управляющие компании плохо работают, этого достаточно?

А. Агаев: Нет. Вопрос системный. Снег в Кирове был всегда, полгода в году. Это обыкновенная задача, которую должны решать городские власти. Должен быть системный подход к этому вопросу. Начинается снег, оттепель — сценарий А, сценарий Б. 

С. Занько: Те меры, которые сейчас приняты, «атата» коммунальщикам и «горячая линия»...

А. Агаев: Это не меры, это для отвода глаз. «Атата» — это значит, что уволил того, кто не выполнил, но извините меня, надо сначала правильно поставить задачу перед людьми и правильно их контролировать. Кто это должен делать? Городские власти. «Атата» надо самому Владимиру Васильевичу сказать, потому что он не смогу организовать этот процесс. Он сам себе должен сказать «атата», и, может быть, уйти в отставку, если детям на голову упал снег.

С. Занько: Наверное, тут не Владимир Васильевич все же отвечает, а глава администрации. 

А. Агаев: Не знаю. Я считаю, что это двоевластие, когда кто-то на кого-то может «свалить»... Для меня глава города — Быков. Все остальные под ним, что бы не говорили, какие бы ссылки не приводили на юридические документы. Ручное управление? Ручное. Если это твое ручное управление, ты отвечаешь, а если системное управление, то покажи, что ты сделал. Ничего не сделал, чтобы это было системным управлением — «атата» тебе.

С. Занько: В данном ситуации какая реакция от властей должна была последовать, с вашей точки зрения?

А. Агаев: Самая правильная реакция должна быть позитивно-конструктивной: как сделать так, чтобы больше снег на голову детям не падал, и всем людям вообще. 

С. Занько: Позвоните, сообщите, а мы передадим управляющим компаниям. 

А. Агаев: Это неправильно, это как раз ручное управление. А если я не позвонил? Значит, я плохой? Если такая ситуация возникает, то она разрешаться сама собой должна. 

С. Занько: Администрация не знает, где какие крыши?

А. Агаев: Знает. Не построена система. Кто виноват?

С. Занько: А наказывать нужно?

А. Агаев: Людям, которые не построили эту систему, которые понимают, что такая система нужна — это город, в котором мы живем. Если эти люди не способны создать такую систему, они должны уходить в отставку.

С. Занько: В данном случае, когда было два таких прецедента, что было нужно сделать? Систему за два дня не построишь. Должна быть какая-то более жесткая, мгновенная реакция или нет? 

А. Агаев: Нужно какую-то временную систему построить, чтобы перейти постепенно к постоянной. Наказывать нужно только того, кто не построил систему, и не просто наказывать — он должен быть освобожден от занимаемой должности как не соответствующий ей.

С. Занько: Это вы о Владимире Васильевиче сейчас?

А. Агаев: Если он непосредственно отвечает, если он не будет перекладывать свою ответственность на других, значит, Владимир Васильевич.

С. Занько: И это было особое мнение Азиза Агаева. Спасибо большое, что вы к нам приходите. Меня зовут Светлана Занько. До свидания. 

Комментарии (0)


Создание и продвижение сайта