Особое мнение Андрея Вавилова от 16.09.14

Видео 14:34, 30 марта 2018 308 0

«Мы в нашем условно демократическом обществе родили такую прослойку, которая считает, что она пришла, и с её приходом всё изменится. Ругать я их сильно не ругаю, но всегда прошу: вы сначала что-то сделайте, а потом судите других. И не просите больше, чем вам дают»



Печатная версия передачи:

В. Сметанин: Начало второго на часах, и это программа «Особое мнение». Здравствуйте, меня зовут Владимир Сметанин. Напротив меня разместился гость студии, чье особое мнение мы сегодня услышим — это Андрей Вавилов, руководитель регионального отделения  «Опоры России». Добрый день.

А. Вавилов: Здравствуйте.

В. Сметанин: Для тех, кто забыл или не в курсе, «Опора России» — это общероссийская организация защиты прав малого и среднего предпринимательства. Обязательно про сферу бизнеса поговорим, но хотелось бы начать с темы выборов. Насколько я знаю, вы были председателем участковой избирательной комиссии. 

А. Вавилов: Да, я председатель 404 избирательного участка, который находится на Театральной площади — 2 корпус ВятГУ. 

В. Сметанин: Собственно, с ситуацией познакомились изнутри — кто голосовал, как голосовал, что происходило на участке? Я знаю, что у ассоциации «Голос» возникли претензии к 404 участку. Читаю: «Корреспонденты имели трудности с допуском на этот участок, наблюдателям было отказано в проведении фото-, и видеосъемки». Давайте по порядку. 

А. Вавилов: Мы пришли на участок около шести, протестировали КОИБы. Участок открылся как положено, в 8:00. С утра была хорошая явка, потом, как всегда, пробел, последний пик был перед закрытием. Явка на нашем участке одна из самых высоких — 28.4%. Каждые два часа мы рапортовали. На этот участок в основном пожилые люди шли. Ни один молодой человек, которому исполнилось 18 лет, которому полагался утешительный подарок, не явился. Молодежи нынче вообще не было. Нас обвиняют в низкой явке. Мое мнение: 10 дней на выборы — это мало. Люди могут приехать, могут уехать — они же не рабы. Досрочное голосование было открыто только с 3 по 13 сентября. Кто-то говорил, что не знал, где участок, так как у них новый дом. Какая проблема с этими домами: они полужилые, зайти туда в подъезд невозможно. По 2-3 раза ходили члены комиссии, чтобы донести пригласительные. Уважаемый облизбирком, если в следующий раз будем проводить выборы, пожалуйста, 10 дней — очень мало. Понятно, что денег сэкономили — молодцы, избирателей пришло чуть поменьше. 

В. Сметанин: Избиратели жаловались, в наш эфир звонили, что приглашение получили, а адреса участка не указано.

А. Вавилов: Дело в том, что в эти листовки надо вписать адрес участка и телефон. Они выдавались территориальным избирательными комиссиями незаполненными, обезличенными, и руками вписывали. Естественно, могли попутать, не вписать — это не умышленно. Простите, пожалуйста, я готов извиниться за все избирательные участки. Мы не боги, тоже ошибаемся. В этой суматохе, когда за 10 дней нужно было все обежать по два раза, мы тоже могли где-то не доглядеть. Извините, будем исправляться. 

В. Сметанин: Вы сказали, что вас поругали за низкую явку. Кто вас поругал?

А. Вавилов: В прессе, и у вас в эфире послушал.

В. Сметанин: Сами как оцениваете явку в 36% по области и 25% по городу?

А. Вавилов: Когда следили за выборами мэра Москвы, явка была даже ниже. Все оппозиционные, кто хотел голосовать, те пришли. Кто сказал, что все равно губернатор, или мэр города переизберется, те и не пришли. У нас на участке результат за победителя — 77%, за Сергея Мамаева — чуть меньше 10%, у Черкасова было чуть больше 5%.Могу сказать даже дословно, у меня на руках официальный протокол: 465 голосов за Никиту Белых, 19 голосов за Александра Жданова, 90 голосов за Сергея Мамаева, 47 за Кирилла Черкасова. Пришел голосовать 621 человек, 5 признали недействительными. Мы бы и не знали, но по жеребьевке нам попал пересчет, так как большой процент явки был. Мы вскрывали КОИБы и пересчитывали. Среди пяти что было. В одной напротив галочки за Никиту Юрьевича был восклицательный знак, и КОИБ его признал недействительным. В трех бюллетенях стояла галочка у Белых и три прочерка у других кандидатов — КОИБ это тоже воспринимает как недействительные. Приходил один госслужащий, я ему голову так заморочил, что, уходя, он не поставил галочку и бросил бюллетень пустой. Мы просто разговорились, он заболтался, и опустил листок без галочки. За голову схватился и ушел. Вот, у нас было пять недействительных бюллетеней, но тот, что с восклицательным знаком, комиссия посчитала голосом за победившего кандидата. Всем скептикам, которые утверждают, что КОИБы обдуривают, я говорю: поверьте, я не первый год работаю на избирательном участке, и каждый раз жду, когда позвонят и заявят о фальсификации. Ни разу не звонили, никаких команд не давали. Все по-честному. У нас разница в 1 голос между бумажным подсчетом. 

В. Сметанин: Давайте вернемся к претензиям, в частности, от ассоциации «Голос». Как вы пообщались с представителями?

А. Вавилов: Они пришли полвосьмого, когда нам, собственно, уже надо сводить все на карандаш, выборы заканчиваются, все уже ждут результатов. Пришли и начали мне «выносить мозг», что «мы такая-то великая газета «Гражданский голос», вы нам должны что-то». Конкретно пришел молодой человек, я так подозреваю, тяжелее шариковой ручки или пивной кружки он ничего в жизни нее поднимал, и начал меня учить жизни: «вы обязаны, обязаны, обязаны...». Я должен тут все сфотографировать, вы должны мне копию протокола дать. Причем, если бы у нас не было бы пересчета, обычной формой протокола в бумажном виде в принципе не подразумевается. Он мне полчаса мозг выносил, когда мне надо было подводить итоги, в конце концов я его пустил, причем мы договорились: «Я вам ничего не выдаю, но фотографируйте, что хотите». Обвинять меня, что я не разрешал вести им съемку — нельзя. Второе. Когда мы подвели пересчет голосов, он заявил: «Если вы не дадите мне копию протокола, я напишу в прокуратуру жалобу». Я столкнулся еще на прошлых выборах с такой ситуацией, на самом деле, все разруливается, но геморроя хватит. Мне, как председателю, проще было выдать ему действительную копию, которую я, условно выражаясь, украл, не имея права на выдачу. Конечно, я зафиксировал, что выдал, все паспортные данные записал. С другой стороны, этот электронный подсчет голосов появится в избиркоме через какое-то время, это все будет доступно, в архиве все хранится. Никакой секретной информации нет. 

В. Сметанин: Это единственный спорный момент с представителем «Голоса»?

А. Вавилов: Потом мне позвонил какой-то человек, представляется руководителем. Я выслушал, сказал: «Приходите, покажитесь, я же по телефону не вижу, кто вы такой». Он по новой начинает песню петь, а телефон отложил — он долго говорил сам с собой, потом поднял снова трубку и сказал, что его человек получит копию, и хватит уже тянуть время. Я полтора часа жизни истратил на этих горлопанов. Появилась молодежь, которая считает, что она защитит весь мир. Мы в нашем условно демократическом обществе родили такую прослойку, которая считает, что с их приходом все должно измениться. Когда мне было 37 лет, я баллотировался в Госдуму под флагом СПС, я тоже так думал. Ругать сильно не ругаю, но всегда прошу — вы сначала что-то сделайте, а потом судите других. И не просите больше, чем вам дают, не пытайтесь превысить мои должностные полномочия. Я все равно на это не пойду. Вы на выборах этих только всем мешали. В каждой комиссии был представитель от каждой парламентской партии с правом решающего голоса. Видимо, вы этого либо не знаете, либо вы считаете, что вы какая-то 48 сила, которая может еще замудреннее проверить нас. Хотите работать — входите в комиссии и работайте, как все. На самом деле, заработок тут небольшой. 33 тысячи рублей за 10 дней 11 людям по коэффициенту участия. Процесс выборов с точки зрения подсчета голосов, сбора их в территориальных комиссиях настолько прозрачен... КОИБ даже пришлось на место ставить, один голос засчитывать. 

В. Сметанин: Вы сказали, что за все часы голосования молодежь не шла. Это серьезная проблема, на ваш взгляд? 

А. Вавилов: Одна молодежь гиперактивная, приходит и мешает, а другая просто говорит: «Мне это зачем? У меня и так все хорошо, у меня мама с папой есть, они меня кормят и поят, а что будет дальше в стране, я не хочу решать». Они просто дистанцируются от этого пространства, живут в своем мире, и им все равно. 

В. Сметанин: Кто виноват в этой ситуации?

А. Вавилов: Мы все виноваты. Помните советскую систему: октябрята, пионеры, ВЛКСМ, партия. Мы сейчас потеряли это все. Пытаемся через общественные организации работать, пытаться воспитывать. Когда они понимают, что в жизни надо что-то достигать, они открываются. Вот этого сейчас нет — дети не понимают, зачем они учатся, зачем они живут. Самое худшее — дети родителей, которые их полностью обеспечивает. Им ничего не надо. Они мажорики. Приходили, но обычно так: «Мы тут гуляем, давайте заодно проголосуем». «Ой, я тогда не поеду, у меня на Филейке». Ну и все. Некоторая молодежь, не зная избирательных прав, думала, что можно проголосовать на любом участке. 

В. Сметанин: Вы не впервые работает в избирательной комиссии. Зачем вам это? Какой смысл вы вкладываете в свою работу?

А. Вавилов: Я знаю, что я это делаю хорошо. Это был гражданский долг. Я могу пояснить, что там все честно. Я не состою ни в какой партии, достаточно нейтрален ко всем движениям и кандидатам, в нашей бизнес-организации есть члены разных партий. Я работаю советником ВятГУ, и мне поручили это сделать. Поверьте, ни за какими деньгами туда не идут. Сюда приходят люди, которым это интересно, который хочется участвовать в судьбе региона. Каждому избирателю нужно было все рассказать, объяснить, что бюллетени нельзя сгибать. Это всегда общение с людьми.

В. Сметанин: С каким настроением люди приходили? О чем говорили?

А. Вавилов: Приходили с очень хорошим настроением. Ни одного конфликта, за исключением этих репортеров, не было. Если зайти в Интернет — они же учреждены иностранным государством, этот «Голос». У нас было два представителя от Мамаева, один наблюдатель, другой без права голоса, от других никого не было. Я бы мог этому представителю «Голоса» сказать — иди напиши заявление, что ты представитель любого другого кандидата, сиди и смотри. Он пришел махать какой-то биркой — меня этими бирками не удивишь. Проще было бы от любого другого кандидата взять направления, это было бы законно. Товарищи, работающие со СМИ — ведите себя достойно. Да, у вас есть права, обязанности, но вы себя ведете некорректно. Вы приходите и начинаете своими мандатами махать, думая, что пришли тут какими-то контролерами, а мы здесь пытаемся типа всех обмануть. В следующий раз я точно никого не пущу, пусть нам выборы сорвут, но ей-богу, если ситуация не изменится и будут дальше такие люди приходить, которые мешают, крадут у меня полтора часа жизни — ни за что. Не говорю, что нервничал, я был спокоен. Если он представитель иностранного агента, он вообще не имеет права находится на территории избирательного участка. 

В. Сметанин: Но он ведь гражданин Российской Федерации.

А. Вавилов: Ты убери свой мандат и приди как гражданин! Может сказать, что потерялся в списках, и еще час ходить, голову морочить. У меня был странный случай: звонят люди, представляются силовой структурой, просят разрешения на то-то и то-то. Не надо своими мандатами махать. У нас у всех по 16 мандатов от разных общественных организаций. Придите гражданами и будете гораздо любимее и сговорчивее. Информация открытая. Я готов в любой момент что-то сказать в пределах моих компетенций.

В. Сметанин: Давайте сейчас прервемся на традиционную рекламу и вернемся через пару минут.

Реклама.

В. Сметанин: «Особое мнение» продолжается. Гость студии — Андрей Вавилов, руководитель регионального отделения «Опоры России». Раз уж вы напрямую связаны с предпринимательством, бизнесом, хотелось бы осведомиться у вас вот по какому поводу. Наконец-то был открыт промпарк в Вятских Полянах. Лицензии на деятельность были выданы. 10 первым резидентам. Вы присутствовали при этом и все видели своими глазами. Действительно все так радужно, как рисуют СМИ? 

А. Вавилов: Я считаю, что для того, чтобы промпарк начал работать, все есть. Для того, чтобы он перезимовал, наверное, не все хватает, территория немного не доделана. Если до морозов все доделают, то на «четыре» промпарк выполнен. Что касается бизнеса — разные технологические производства имеют разную зону. Понятно, что «пищевку» нельзя размещать с машиностроением. Не до конца распределено наличие предпринимателей. Думаю, что придут те, кто сейчас работает в Вятских Полянах на арендных отношениях. Здесь будут меньше платить, появиться возможность зарабатывать.

В. Сметанин: Стоимость аренды помещений озвучена?

А. Вавилов: Андрей Усенко задал вопрос, вроде бы 100 рублей с квадратного метра, но на какой период? Пока ответа не было. Стоимость нахождения там предпринимателей как раз от этого и зависит. Мое предложение — хотя бы дефилятор заложите, 10-12%, есть статистика, конечно, не всегда соответствует реальностей, но не обманывайте предпринимателей, не делайте завтра 150, а послезавтра 200 рублей. Иначе — заманил пряником, а побил кнутом. Так с нами не надо. Мы один раз уйдем и больше не поверим в этом. Если вы истратили федеральные и областные деньги, будьте до конца честны с нами.

В. Сметанин: Какими вам видятся перспективы промпарка в Вятских Полянах? 

А. Вавилов: Сегодня это зависит не от чиновников, а от предпринимателей, которые считают, что для них это предложение живое. Понятно, что рядом есть регионы-доноры, промпарк в сотни раз больше, и он не один, есть в Казани, есть в Елабуге. Если мы патриоты своего региона, мы должны прийти в наш промпарк, чтобы что-то сдвинулось с мертвой точки. Все-таки это наши земляки, и то, что произошло с заводом «Молот»... Мы можем там создать рабочие места. Все зависит от нас, от бизнеса. Не надо говорить, что власть что-то не продумала. Был проект по моно-городам, Вятские Поляны признали моно-городом, и спасибо федеральной власти, что помогли деньги, и мы это сделали. Не надо говорить, что кто-то что-то не продумал, будет работать или нет. Выбора не было. Дали деньги на моно-город, сделали, доведут до конца. От нас, предпринимателей, зависит, что там будет и как.

В. Сметанин: Вы готовы участвовать в этом процессе?

А. Вавилов: Я знаю Вятские Поляны как свои пять пальцев, но все-таки для бизнеса Кирова 330 км — это далековато. Мне пока не хватает времени, много общественных нагрузок. Я пока не планирую, но если у меня появится направление, которое я смогу кому-то делегировать, и оно с точки зрения рынка Татарстана было бы эффективно... Все равно правильнее привязываться к дешевым ресурсам, либо к сырьевым, либо к рынкам. Если я пойму, что у меня есть рынок в Татарстане, есть шанс, что я бы что-то разместил в Вятских Полянах. Пока не назрел такой проект. 

В. Сметанин: Есть мнение, что в промпарк в Вятских Полянах довольно скоро может возникнуть проблема с кадрами, так как заводу «Молот» вот-вот должны начать поступать госзаказы в больших объемах, и люди обратно пойдут на завод. Действительно проблема?

А. Вавилов: Проблемы всегда будут, на то он и бизнес. Они будут приходит и уходить, не надо этого боятся. Если идея у бизнеса хорошая, то и проблем глобальных не должно быть. Они могут быть кратковременные, если руководитель не продумал наперед, угрозы возникли — это обычный стратегический менеджмент. Все знали, что на «Авитеке» будет строиться завод, но до последнего момента думали, что никто туда не перейдет, когда Эдуарду Алексеевичу приходилось по крупицам собирать коллектив. Все знали, что это будет, но кто-то подготовился, а кто-то нет. Предприниматели, вы несете риски. Вы — самые умные, вы те, на ком вся страна держится. Если мы не будем все продумывать вперед, то потихоньку куда-нибудь исчезнем. На то вы и предприниматели, чтобы думать вперед — на интуиции, знаниях, опыте. Это наша стезя. Будет проблема с кадрами — заранее решили, заранее продумали.

В. Сметанин: Я хочу озвучить информацию, которая звучала, но не громко. Она напрямую касается нашего гостя. С 4 августа вы являетесь общественным представителем Агентства стратегических инициатив. Что это за организация? В чем ваша деятельность состоит? 

А. Вавилов: Это некоммерческая организация, ей три года. Агентство было создано по инициативе предпринимателей с команды Владимира Владимировича Путина. Если раньше предприниматели говорили Владимиру Владимировичу, что у нас не совсем хорошо все в регионах, надо бы как-то их стандартизировать в разрешительной документации, где административные барьеры не связаны с контрольными органами. 4 сентября 2011 года было создано агентство, и после этого, если помните, в 21 регионе были пилотные проекты, разрабатывались стандарты измерения инвестиционной привлекательности регионов, и туда вошло много показателей. Около двух лет я входил в экспертную группу, сначала по принятию этих стандартов... Кстати, один из них — это наличие промпарка в регионе, наличие МФЦ. В нашей области мы этим летом данные стандарты разработали, сейчас стадия контроля. Нашу экспертную группу возглавляет Кассин Олег Валерьевич, эти два года мы у Сизова во ВСЭИ, с привлечением работников администрации, других специалистов работали. Срок от подачи заявления на земельный участок до момента строительства может составлять 224 дня. Президент поставил задачу этот процесс укоротить. Все это делается ради того, чтобы от бизнес-идеи до запуска рабочих мест прошел минимальный срок.

В. Сметанин: В чем конкретно заключается ваш функционал как общественного представителя Агентства стратегических инициатив?

А. Вавилов: Попросили придумать проекты, которые сначала надо провести на территории Кировской области, а потом растиражировать в регионах. Не знаю, что там сыграло, может, мой опыт в привлечении инвесторов, «Макдональдс», например. Был какой-то конкурс. У меня есть идеи, пока не могу их голословно заявлять, сначала надо начать реализовывать. Через пару месяцев расскажу. Есть у меня две-три идеи, которые я здесь внедрю, а потом расскажу об этом всей России. У нас сетевая организация, есть представители порядка 30-40 регионов. Мы делимся опытом, как уменьшить административные барьеры для бизнеса.

В. Сметанин: Прозвучало слово «Макдональдс». Напомню нашим слушателям, что Андрей Вавилов — тот, кто курировал появление двух ресторанов «Макдональдс» в нашем регионе. Все мы прекрасно знаем, что сейчас происходит с этой сетью в нашей стране. Во многих регионах приостановлена их деятельность силами Роспотребнадзора. Что у нас в городе?

А. Вавилов: У нас пока все хорошо, работают. Ребята, изучив, за что закрыли рестораны в других регионах, поправились, наверное — я внутрь технологического процесса не лезу. Могу точно сказать, что если закрывают «Макдональдсы», то другой общпит близок к тому, что закроют, если подходить объективно. Я уверен, что здравый смысл восторжествует.

В. Сметанин: Проверки были в последнее время?

А. Вавилов: По моей информации, не было. Наверное, существует график проверок, я в Роспотребнадзор не лезу. У меня нет полномочий прийти в Роспотребнадзор и спросить, когда они придут проверять. Тем более, проверка внеплановая, три года они еще не отработали. Скорее всего, они обратятся в прокуратуру, чтобы получить разрешение. По идее, внеплановая проверка — это жалоба. Если кто-то пожалуется на «Макдональдс», то они вправе с согласованием с прокуратурой проверить его, и не только «Макдональдс», любое предприятие. Единственное, что жалоба должна быть объективной, не анонимной. Дай бог всем нам быть честными перед собой.

В. Сметанин: Пора нам ставить точку в «Особом мнении». Сегодня в гостях был Андрей Вавилов, руководитель регионального отделения «Опоры России». Спасибо большое, до новых встреч. 

А. Вавилов: Спасибо. 

Комментарии (0)


Создание и продвижение сайта