Олег Прохоренко, главный редактор газеты "Бизнес Новости"

Видео 14:34, 30 марта 2018 453 0

"Я являюсь членом Совета школы, в которой учатся мои дети, и знаю, что, действительно, финансирование сокращено. И вот это вот лукавство: нет, образование финансируется на том же уровне, что и год назад. Потому что тот объем недофинансирования, который есть, финансируется за счет дополнительных источников. Это дополнительные услуги платные, какие школа придумает, либо добровольные пожертвования родителей... Не из воздуха же возьмется! Причем, это лукавство власти: деньги на всё выделены, давайте исполнять все требования — оно проявляется везде..."


Печатная версия передачи:

Ведущая — Светлана Занько

Гость — Олег Прохоренко

С. Занько: 13:05 в Кирове. Это программа «Особое мнение». Меня зовут Светлана Занько. Свое особое мнение сегодня высказывает Олег Прохоренко, главный редактор газеты «Бизнес-новости». Добрый день, Олег.

О. Прохоренко: Добрый день всем.

С. Занько: Поздравляю тебя с 1 сентября. Мы сегодня виделись уже на линейке. Думаю, имеет смысл начать наш разговор с образовательных тем. Начну с темы прошлой недели о закрытии Американского уголка в Герценской библиотеке. У нас в эфире была Надежда Гурьянова, директор библиотеки, которое было вынесено требование прокуратуры закрыть этот отдел. Как был закрыт отдел — была снята вывеска. Есть пояснения Надежды Павловна о том, как все это происходило, она это пояснение выдала. Самое главное, что из него следует, это то, что не распоряжение из Министерства культуры, что она не видит в деятельности Американского уголка никакой политической подоплеки, зато видит политическую подоплеку в самом закрытии уголка. Что ты думаешь по этому поводу?

О. Прохоренко: Ситуация очень интересна с той точки зрения, что речь зашла именно об Американском уголке. Как человек, который учился на факультете иностранных языков, я часто пользовался абонементом в иностранном отделе Герценки, мне было приятно читать «Хоббита» Толкиена в оригинале, а на корочке было написано: «Подарено Ее Величеством королевой Великобритании Елизаветой». Я учился в 1990-х годах, в то время было не очень хорошо с иностранной литературой, поэтому многие книги поступали именно в дар библиотеке, это касается и англоязычной, и немецкоязычной литературы, и другой. Американский уголок — один из таких жестов, который во всем мире практикуется. Есть Гете-центр в Германии, где практикуется так называемая «мягкая сила», государство проводит свою политику через открытие таких культурных центров, причем в той же Герценке есть и Немецкий культурный центр, он был еще в старом здании на улице Преображенской, тогда Энгельса. При "педе" торжественно открывался с представителем посольства французский уголок. Я не знаю, почему речь зашла именно об Американском уголке, точнее, знаю, это так или иначе связано с деятельностью Госдепа США, этой «мягкой силой» занимается ведомство по внешним связям. Я не вижу ничего страшного в том, что дополнительно библиотека черпает учебные пособия из других стран, пусть даже при заключении таких договоров. Если договора нет, он истек, ну сняли вывеску, а сейчас, как честные люди, и книги еще должны отдать? Я с трудом представляю, что здесь такое, и причем тут происки непосредственно руководства библиотеки. Или мы сейчас вычистим все иностранные уголки, прервем все связи с иностранными государствами по культурному обмену, не будут наши школьники туда ездить, к нам приезжать. Шаги должны быть последовательными. Если мы хотим продолжения экономических связей, культурных, образовательных, то не надо в одном месте отрубать, а в другом продолжать.

С. Занько: Даже если мы не хотим продолжения связей, разве мы не должны знать про другие страны?

О. Прохоренко: Профессия переводчика всегда была элитной, в любом случае, обучать иностранным языкам нужно, если мы видим себя важным, значимым участников на мировой арене.

С. Занько: Я хочу привести комментарий, который последовал в течение эфира. Наш слушатель сказал, что правильно, что закрыл Американский уголок, потому что он не считает американцев за нацию.

О. Прохоренко: Считаешь — не считаешь, но языки знать надо. Мы думаем, что русский язык должны знать все, при этом не хотим... Надо понимать, что надо учить языки, неважно, какие, если сегодня язык межнационального общения — английский, то надо знать английский. Если это будет китайский — надо изучать китайский, чтобы как минимум оставаться важным, значимым игроком. Понятно, что мы — крупная нация и должны вокруг себя объединять народы. Многие государства, в прошлом входящие в состав Советского Союза, знают русский язык, дай бог, чтобы было стремление, были русский школы, над этим надо работать. Но зацикливаться только на русской языке и говорить, что будем только русский изучать, наверное, не совсем правильно. Также, как поползновения, что давайте ограничим словарь только русскими словами и словами, которые не имеют русского эквивалента. Я с этим не согласен, язык — живая субстанция, он всегда заимствует новые слова, особенно если нет эквивалентов, если они более удобны и не надо объяснять целым словосочетанием одно слово.

С. Занько: Надежда Гурьянова говорила, что все равно здесь присутствует политический мотив, и в глобальном смысле того, что происходит сейчас в стране, и в таком локальном, потому что прокуратура начала свое расследовании по следам публикации в одном из журналов, где приводились сведения, что в открытии уголка участвовал тогдашний губернатор, ныне врио Никита Белых, и что, дескать, способствует, видимо. Такие инструменты, политический момент предвыборной кампании, играют против кандидатов в губернаторы, или на руку, или вообще никакие?

О. Прохоренко: Если прокуратура за это взялась, то это серьезно. Я считаю, что это играет не на руку, но вряд ли будет серьезный выхлоп. Желаю Надежде Павловне, чтобы эта ситуация поскорее разрешилась. Что касается кандидата в губернаторы, понятно, что здесь возможна политическая подоплека, но эта тема звучала не только в период предвыборной кампании, она звучала и ранее — связи с Госдепом, и так далее. Думаю, спецслужбы бдят, и если есть какая-то шпионская деятельность, то она давно была бы уже вскрыта. Другое дело, что сейчас ситуация такая, мир накалился в связи с событиями на Украине, и вещи, которые раньше казались нормальными, сейчас обретают очертания такой вот угрозы национальной культуре, безопасности. Я думаю, что это время пройдет рано или поздно, дай бог, чтобы мы восстановили эти связи, чтобы было понятно, для чего это делается — Россию перестали воспринимать равным международным союзником. По словам руководства, никогда особо не считались со мнением, и хотим так сделать, чтобы сейчас считались.

С. Занько: По словам российского руководства?

О. Прохоренко: Давай отметем это, я хочу сказать, что это время пройдет. В любом случае, мы снова вернемся к тому, что нужно будет языки изучать, культуры, и свою не забывать. Это сейчас болезненно, но в данной ситуации это на руку оппонентам, особенно патриотам. Это такая игра, дай бог, чтобы она закончилась в нашу пользу. Была Грузия, сейчас Украина, не дай бог, еще в какой-то стране полыхнет. Это все вдоль границ России, понятно, что есть определенные интересы у НАТО подогревать такие конфликты, и мы ведем игру на верхнем политическом уровне, чтобы свои интересы защитить. Маленький уголок с американской литературой в библиотеке Герцена не должен быть картой в этой игре.

С. Занько: К образовательной теме еще вернемся, а сейчас я возьму узкую тему из Украины, которая связана непосредственно с нами. На прошлой неделе прошло сообщение, что

Комитет солдатских матерей Санкт-Петербурга по просьбе помощника Милонова признали иностранным агентом. Давление на правозащитную организацию оказывалось давно, но сейчас, в связи с тем, что комитет опубликовал информацию об убитых и раненых российских военнослужащих на Украине, было быстро принято решение о том, чтобы их внести в список иностранных агентов.

О. Прохоренко: Я прочитал интересную вещь, Элла Полякова (возглавляет комитет) высказалась, что сейчас у нас единственный источник финансирования — президентский грант в 7 миллионов рублей. Какую бы позицию они не занимали, они действуют на деньги российского гранта. Очень странный, неприятный метод опорочить эту организацию через объявление иностранным агентом. Если с юмором подойти, наверное, неправильно, что солдаты у нас опекаются как мальчики, они должны нести всю тяжесть бремени военной службы, и если Родина посылает — это нужно, наверное. С другой стороны, если без доли иронии, весьма странная история с десантниками, когда молодые люди были призваны на военную службу, и вдруг оказываются в местах боевых действий, причем, как они говорят, неподготовленными. В данном случае, Комитет солдатских матерей — это та организация, которая должна сказать, что так делать не надо. Военные есть военные, они должны быть направлены на военную службу, если понадобится, защищать Родину, но для этого нужно быть уверенным, что ты идешь воевать, что есть определенная задача, которая перед тобой стоит, и что Родина в конце концов от тебя не откажется, не скажет, что случайно получилось. В данном случае, они абсолютно правы, я поддерживаю их позицию и считаю, что безосновательно сейчас на их негодование отвечать таким методом.

С. Занько: Каковы для них последствия, что их внесли в список иностранных агентов?

О. Прохоренко: Не знаю, могут закрыть, наверное, хотя, насколько я понимаю, несколько таких организаций, объявленных иностранными агентами, оспорили это решение в судах. Это скорее попытка нивелировать те письма, высказывания, которые они в паблик отправляли.

С. Занько: Возвращаемся к образованию. Хочу поговорить о такой простой и необходимой вещи, как продленка. На прошлой неделе были заявления, буквально 29 августа Владимир Бурматов, депутат Госдумы, член Генсовета «Единой России» указывает на недопустимость установления оплаты групп продленного дня при школах, ни в Москве, ни в регионах. Он подчеркивает, что финансирование российских школ в 2014 году осталось прежним, соответственно, объем бесплатных услуг, которые оказывает школа, также должен оставаться на уровне 2013 года. Это заявление последовало на фоне информации из большого количества московских школ, что в этом году группы продленного дня будут платными, и каждая школа будет самостоятельно устанавливать плату за продленку. Понятно, что продленка — это не единственная услуга, которую оказывает сейчас школа. Складывается такое ощущение, что все услуги, которые в полном/неполном объеме школа не может оказывать, а школа это мотивирует сокращением финансирования, несмотря на то, что официальных заявлений нет до сих пор, что эти услуги могут быть платными или вообще сокращены. Давай про продленку, например...

О. Прохоренко: Я бы, оттолкнувшись от продленки, говорил шире. Двуликость в отношении образования, да и чего угодно, выводит меня из себя. Я являюсь членом совета школы, в которой учатся мои дети, и знаю, что действительно финансирование сокращено. Это лукавство, что нет, образование финансируется на том же уровне, что и год назад — это лукавство. Тот объем недофинансирования, который есть, будь то продленка, будь то дополнительные занятия, ремонт школы, финансируется за счет дополнительных источников. Это дополнительные платные услуги, какие уж школа придумает — их ставят перед выбором, а выбора и нет, либо добровольные пожертвования родителей. Если недофинансирование составляет 20-40%, то все остальное должен платить кто? Родители? Но это дело добровольное, хочу — плачу, не хочу — не плачу.

С. Занько: Тебе не кажется, что если бы официальные лица, те самые чиновники, которые отвечают за это, также официально заявили о том, что финансирование российских школ сокращено, то... Я просто смотрю, как народ на такие заявления реагирует — тут подзатянем пояса, тут, извините, инфляция, здесь продукты подорожали, здесь Крым, а тут еще и война под боком идет. Народ говорит так, по крайней мере, в отношении Крыма — мы понимаем, мы поддержим. Так вот, если сейчас бы официально заявили, что идет сокращение на 40%, может быть, школам было бы проще найти взаимопонимание с родителями?

О. Прохоренко: Несомненно. Если помнишь, была такая история с учебниками, когда на уровне Департамента образования заявлялось о том, что все учебники должны быть бесплатными, а в школах родителям говорили, что денег нет, давайте соберемся и купим. Кто лукавит? Школа? Не думаю. Школам некуда деваться, им вроде бы как выделили деньги, но совсем чуть-чуть, а остальное не из воздуха же возьмется. Эта ситуация с лукавством власти, что есть деньги на все, проявляется везде. Ты же знаешь, как «шманают» муниципалитеты, когда люди, которые возглавляют муниципальные образования, получают штраф за штрафом в силу того, что не могут выполнить ряд обязательств, которые должны делать, просто потому, что у них денег нет. У них есть на пять полномочий, а полномочия исчисляются на самом деле десятками. То же самое и со школами. Деньги выделены. Понятно, что фонд оплаты труда нужно оплачивать, причем нужно повышать в соответствии с последними требованиями, а это значит, что из других источников нужно урезать. Это касается ремонтом и тому подобное. Это было бы супер, чудо просто, если бы все финансировалось за счет государства или муниципалитета, но, к сожалению, все делается так, что перекладывается бремя недофинансирования на родителей, а родителям еще и с высокой трибуны говорят: «Не платите! Жалуйтесь! Школам мы дали в полном объеме!». В этой ситуации директора школа находятся между молотом и наковальней постоянно. Естественно, есть нюанс — руководителей учреждений здравоохранения обвиняют в том, что у них зарплата выше губернаторской. Я не знаю, как с директорами школ дело обстоит, не думаю, что у них зарплата заоблачная, но у них есть возможность кому-то зарплату увеличить, кому-то сделать минимально. То, что касается статьи зарплатной, ее надо выдерживать, год от года повышать, а все остальное, получается, не в приоритете — все, что касается обеспечения учебного процесса, ремонта школ, классов и так далее, и на это деньги выдернуть уже просто неоткуда. Школы подводят к тому, что давайте зарабатывать на дополнительных услугах, вводите эти услуги. В результате возникает недопонимание у родителей и недовольство, что еще за дополнительные услуги. В то же время дорожные карты — известен случай с Герценкой, когда им прописано несколько миллионов в год зарабатывать — на чем опять-таки? Люди все меньше ходят в библиотеки, читают электронные книги, и не так-то просто людям за деньги какую-то литературу давать. А потом начинается, что в этой библиотеке регистрируют свадьбы и виноватой оказывается библиотека, которая допускает Содом и Гоморру.

С. Занько: Внимательный читатель, Интернет-пользователь может, конечно, собрать всю историю финансирования нашего образования, достаточно просто набрать» финансирование уменьшилось в образовании», и вот, пожалуйста, новость от 9 января текущего года: «Финансирование развития образования в России урезали на 600 миллионов рублей», официальное сообщение на «РИА-Новости». Было сказано, что финансирование программ по развитию образования на 2011-2015 годы составляло 154,97 млрд рублей, теперь на 600 миллионов уменьшено. Вроде бы, по сравнению с миллиардами, не такая большая сумма, но однако, товарищи, это все дополнительное образование.

О. Прохоренко: Не нужно забывать, что при этом ставятся действительно жесткие рамки по повышению зарплат педагогам. Это значит, что все остальные статьи расходов так или иначе сокращаются. Не надо лукавить господам, которые занимают должности депутатов, что они выделяют средств на образование столько же, даже больше, чем в прошлые годы.

С. Занько: Под конец хочу сообщить слова Анны Усачевой, секретаря Минобразования РФ: «Продленка платной не будет. В законе об образовании сказано, что учредители делать это вправе, но не обязаны. В Москве нормативы позволяют не делать это вообще, Москва не нуждается в такого рода деньгах». Вот очень интересно сравнить регионы и Москву

О. Прохоренко: Надо еще понимать, что в продленке очень жесткие подходы и требования. В группах продленного дня у младших школьников обязательно должно быть помещение для сна, но не каждая школа может позволить себе поставить кровати, выделить помещение и так далее. Продленка — это не просто что дети остались после школы, поучили уроки и ушли домой, это дополнительное образование, дополнительные часы внешкольной работы, серьезное бремя по финансированию. Кто это будет обеспечивать, я не знаю.

С. Занько: Интересно будет проследить, как будет складываться ситуация в Москве и как в регионах.

О. Прохоренко: Мы от Москвы в этом смысле отличаемся серьезно.

С. Занько: Да, это неоспоримо, и спорить не будем — прервемся на рекламу.

Реклама.

С. Занько: Продолжается программа «Особое мнение». Светлана Занько у микрофона. Свое особое мнение продолжает выражать Олег Прохоренко, главный редактор газеты «Бизнес-новости». Сообщение от 28 августа на портале «7х7» о законодателях Коми, которые высказались за предоставление сельским врачам отсрочки от призыва на военную службу. Члены президиума государственного совета Коми приняли решение обратиться с этой инициативой в Госдуму РФ. Мотивируют они это тем, что поступают жалобы и заявки от муниципальных образований республики, которые ощущают острую нехватку медицинских кадров. Дальше стали говорить, что не хватает не только не только врачей, но и учителей, и закончилось все тем, что «мужика на селе не хватает». Про мужиков решать не стали, но про учителей, врачей и агрономов, как мне кажется, это вполне себе назревшая инициатива. Как ты думаешь?

О. Прохоренко: У меня было непонимание, когда отменили отсрочку от армии как раз для молодых специалистов на селе. Сам учась на селе, я попал в такую ситуацию, когда была новая школа, и чуть не половина преподавателей были мужчины. Это была просто сказка — молодые амбициозные мужчины, которые пришли преподавать в школе. Понятно, что уровень зарплат их соблазнить не может, тем более, что жилищные условия бытовые, но в целом, когда с ребятами занимаются мужики, учат их мужскому делу, не обязательно ОБЖ, но физику, химию, историю — это потрясающе, это здорово. Что касается врачей, сейчас тоже большая головная боль у многих районных центрах, где даже есть жилье, подъемные, но ребята-целевики поступают в медакадемию, а потом отказываются от договора, выплачивают обратно сумму и остаются в областном центре. Думаю, был бы хороший выход, но надо ли изобретать велосипед и предоставлять отсрочку... У нас хотя бы формально осталась альтернативная гражданская служба. Ей пользуются те, кому религия, вера не позволяет идти служить в армию. Знаю случае, когда и в психбольнице ее проходили. А чем отличается — идешь на службу в село, работаешь в фельдшерском пункте, в сельской школе и так далее. Как ни назови, но дело это, в общем-то, правильное. Если у нас солдат не хватает, то это другое дело. У нас на селе не хватает элементарно молодых, амбициозных, интересных специалистов, которые между собой могли бы, объединившись...

С. Занько: Село вымирает, как сделали вывод законодатели в Коми, потому что мужика не селе нет. Инициатива хорошая, ты считаешь?

О. Прохоренко: Я всячески ее поддерживаю, потому что на сегодняшний день в школах и больницах остались женщины. Я нисколько не умаляю их значения, но хирургами, но некоторым другим специальностям должны работать все же мужчины. В участковых больницах должны быть мужчины, и в школах мужчины должны преподавать, закладывать какие-то основы гражданского самосознания детям. Не уверен, что эта инициатива найдет понимание, у нас уже был такой опыт, и его отменили в силу чего-то — сократили срок армейской службы до года и решили, шла военная реформа, но это сильно обесточило сельское население. Понятно, что изрядная доля молодых людей, отработав этот срок, уезжали в города, туда, где лучше, но кто-то закреплялся, кто-то продолжает по сей день работать. Если еще уровень зарплат неплохой в этой сфере, то почему не работать дальше? Для кого-то это хороший шанс себя испытать, попробовать, закрепиться и найти свое призвание в сельской местности.

С. Занько: Как ты считаешь, если бы довели военную реформу до того уровня, что у нас бы была полностью контрактная армия, это решило бы вопрос и необходимости в солдатах, и в присутствии на селе учителей, медиков и агрономов?

О. Прохоренко: Боюсь, контрактная армия в нашей стране — это утопия, потому что границы обширны, чтобы их защитить, никаких контрактников не хватит, и денег тоже. Просто увещевать, что это долг, и за небольшие деньги и иллюзорные перспективы приобретения недорогого жилья, конечно, этим молодых людей в армию не загонишь.

С. Занько: Хочу перейти к следующему вопросу, он касается непосредственно нашего города. Это ситуация с торговым центром «Преображенский пассаж» и магазином «Магнит» и «Магнит косметик», которые внезапно открылись, как выяснилось, безо всяких разрешений изменив таким образом исторический образ города своими плитками красно-белого цвета. Самое смешное, выяснилось, что без разрешения открылся федеральный сетевой магазин в историческом центре города и только тогда, когда был рейд администрации, обратили внимание, что брусчатка снята, а то, что там без разрешения магазин сети открылся и все завесил свой плиткой, здесь никаких комментариев от города не последовало.

О. Прохоренко: Ситуация показывает, что происходит у нас в управлении города, я имею в виду не верхние эшелоны управления, а территориальные управления, что у них нет на сегодняшний день ни контроля, ни полномочий. На самом деле, аналогичная ситуация была в Слободском, когда открывалась «Пятерочка» в центре города, где стоит колокольня. Городские власти изначально поставили вопрос так: это исторический центр города, поэтому никаких помидорок на фасадах быть не должно. Их нет. Этот вопрос решаем. Если у федеральной сети есть интересы здесь разместиться, пусть учитывают местные реалии.

С. Занько: Отправить наших чиновников поучиться в Слободской?

О. Прохоренко: Я думаю, что они сами умеют вести переговоры. Все-таки, это кажется лукавством, что магазин открылся, либо это такая сверхнаглость, за которую нужно штрафовать. Может быть, штрафы уже заложены в затратную часть федеральной сети. Я не

знаю, как это могло произойти, загадка, но напоминает скорее не смешной анекдот.

С. Занько: За такие вещи должны наказывать?

О. Прохоренко: Для того, чтобы наказывать, нужны жесткие нормы.

С. Занько: У нас нет норм?

О. Прохоренко: Если смотреть за тем, какие рекламные щиты висят и так далее, я не уверен, что они есть в четко сформулированном виде. Что касается перепланировки, конечно, это нонсенс, что ничего не заявлено, за это могли бы просто закрыть.

С. Занько: У меня вопрос, когда будут закрывать чиновников, которые закрывают глаза на это? Не надо меня и самого себя убеждать, что ты едешь по улице Энгельса и не видишь, что там делается, не в курсе, что происходит в теруправлении, или что если едет господин Драный или господин Быков, то они не видят, что творится на этой улице.

О. Прохоренко: Какая-то странная история, что это во время рейда было вдруг обнаружено. Наверняка там было и согласование.

С. Занько: Остановимся на том, что штрафы, которые могут последовать, как ты сказал, заложены в программу ритейлера. Это было особое мнение Олега Прохоренко, главного редактора газеты «Бизнес-новости». Я тебя благодарю за то, что ты пришел. Я, Светлана Занько, прощаюсь с вами. До свидания.

О. Прохоренко: До свидания, всего доброго.

Комментарии (0)


Создание и продвижение сайта