Особое мнение Михаила Курашина от 17.07.14

Видео 14:34, 30 марта 2018 160 0

«Что касается культурного наследия, хотелось бы, чтоб следом за принятием поправок в закон (ред: «О регулировании градостроительной деятельности в Кировской области») появилась либо на уровне муниципалитета, либо на уровне горадминистрации, либо департамента культуры отдельная программа развития исторического центра. Если программы не будет, то, по крайней мере, разрушать тот облик города, который сейчас есть, будет невозможно...»




Печатная версия передачи:

С. Занько: 11:05 в Кирове. Это программа «Особое мнение», меня зовут Светлана Занько. Свое особое мнение сегодня будет высказывать вице-спикер областного Заксобрания Михаил Курашин. Добрый день.

М. Курашин: Добрый день. Исправимся только — не 11:05, а 13:05.

С. Занько: Действительно, час дня, надо же. Начнем с наших вопросов. Я хочу оттолкнуться от вашего блога, который размещен в вашем «Живом Журнале» и у нас на сайте тоже. Вы описали свою поездку в музей-заповедник братьев Васнецовых, который располагается в Рябово, Зуевский район. Я бы хотела попросить вас вкратце для тех, кто не читал блог, в двух словах описать, что за комиссия и зачем поехала. 

М. Курашин: Хорошо. Предыстория вопроса имеет уже годовую продолжительность. Год назад в рамках поправок в бюджет мы рассматривали предложение по дополнительному финансированию музея-заповедника в Рябово, в частности, строительства дополнительных построек. Тогда нам было сказано, что этот мегапроект — один из туристических каркасов Кировской области, и движения в его сторону были необходимы. Чтобы было понимание по диапазону, за три года это порядка40 с лишним миллионов из областного бюджета.  Это очень немаленькая сумма. В связи с этим еще год назад была достигнута договоренность, что депутаты одно из заседаний комитета проведут непосредственно там, это было выездное заседание. В нем приняли участие не только сами депутаты комитета, но и заинтересованные депутаты.

С. Занько: Вы состоите в этом комитете?

М. Курашин: Я являюсь курирующим заместителем социальной темы.  Были представители Счетной палаты, Департамента культуры, Департамента строительства, музея братьев Васнецовых, музей-заповедник — его структурное подразделение. Количественно объемная делегация.

С. Занько: Количественно или качественно тоже?

М. Курашин: Количественно и качественно, потому что людей, которые были бы не в теме, там не было. Были люди, которые до этого не бывали в заповеднике, для них это было первое путешествие-экскурсия. 

С. Занько: Поехали посмотреть, как исполняется план?

М. Курашин: И как освоены деньги. Соответственно, то, что мы увидели, вызвало несколько вопросов. Это вопросы, связанные с качеством идеи и исполнения. 

С. Занько: Качеством идеи? А разве идея не декларировалась до того, как выделили деньги?

М. Курашин: Идея как раз декларировалась — в рамках усадьбы, где жили братья Васнецовы, будут построены строения, которые должны были бы дополнять эту усадьбу. На практике же выстроены объекты, слабо связанные непосредственно с семьей Васнецовых, потому что все же это была семья священников, а часть построек — это постройки крестьянского плана. Если была идея воссоздать крестьянский быт того времени, то она не реализовалась по причине того, что все-таки не было в крестьянских сараях железной оцинкованной крыши и так далее. Второй момент связан с качеством работы. Об этом рассказал Юрий Николаевич Лаптев, председатель контрольно-счетной палаты, что при проверке были выявлены нарушения, и на практике удалось посмотреть, что ряд строительных работ выполнен некачественно. Еще один из ключевых вопросов встал относительно стоимости за это строительство. Получалось, что достаточно дорогой квадратный метр в музей-заповеднике Рябово. 

С. Занько: Что значит достаточно дорогой квадратный метр? Он не соответствует заявленной документации, заранее подготовленной?

М. Курашин: Процедурно мы утверждали цифру, потом, на основании этой цифры, разрабатывался проект, и на основании проекта уже велись строительные работы. На сегодняшний момент мы по приезду видим, что тот стоимость объема произведенных работ завышена. 

С. Занько: Это по ощущениям? Еще расчетов, расследований не было?

М. Курашин: Есть заключение контрольно-счетной палаты, которое в том числе объясняет, что стоимость завышена. Есть понимание, что деревянный колодец не может стоить 600 тысяч рублей. При всем при том, что нельзя сравнивать этот колодец с колодцем в саду, все-таки идет речь о строительстве историко-культурного объекта, на такие проекты есть особые условия с точки зрения экспертизы и так далее, что приводит к удорожанию, но...

С. Занько: За эти деньги можно было набрать старого дерева тех времен, призвать мастеров, потомков, которые строили колодцы...

М. Курашин: Светлана, вы сейчас идете по пути следующему. Возник вопрос — что же дальше? Даже при понимании всех нюансов, связанных с исполнением, возникает вопрос, ради чего мы все это делаем. Иметь просто некий музейно-экспозиционный комплекс — это правильно, хорошо, важно. Он должен работать.

С. Занько: У нас вопросы и к самому комплексу возникли, и к тому, как он будет работать.

М. Курашин: С учетом того, что наш комитет лишь констатировал ситуацию, рассматривать вопрос о том, что правильно-неправильно — у нас есть заключение контрольно-счетной палаты, есть выводы, которые мы разделили. Есть решение кадровое. Со слов Юрия Николаевича Лаптева, некоторые сотрудники Департамента строительства были наказаны. 

С. Занько: Пожурили?

М. Курашин: Я не готов сказать, с его слов, вплоть до увольнения. Встает вопрос, что же дальше. Принципиально бы услышать от музея, района, Департамента культуры, куда собираются дальше идти.

С. Занько: Прошу прощения, про контрольно-счетную палату все понятно, и про наказания чиновников тоже. Что говорят музейные сотрудники и историки, насколько это действительно сейчас превращается в музейный центр? 

М. Курашин: Был достаточно интересный спор между руководителем музея Васнецовых и правнучкой Васнецовых, которая проживает прямо там, в комплексе. Она живет в Москве, приезжает сюда на летний период.

С. Занько: Сколько лет ей?

М. Курашин: Около 60. Она всегда открыто высказывает свою точку зрения на все вопросы. Достаточно сильно критикует. В ее видении развития комплекса предполагалось, что в основе все-таки должна лежать усадьба братьев Васнецовых. В этой связи построенные сооружения не вписываются в эту идею, потому что больше надо было сделать акцент на религиозную составляющую — восстановить церковь, быт. Музей же размышляет другим путем, что на самом деле, Рябово в период жизни Васнецовых — это не отдельные церковь и дом, где жили она когда-то, это была отдельная деревня, в которой проживали порядка 40-50 человек, 7-8 домиков: священник, простые крестьяне. Идея музея-заповедника — что это не только музей братьев Васнецовых, но заповедник. В их идее это и воссоздание в том числе быта той деревни.

С. Занько: Воссоздание деревни, или просто постройка нескольких домиков, которые имитируют это все? Представляете, сколько нужно будет средств, чтобы поддерживать все эти дома? Одно дело, когда в них люди живут и поддерживают их.

М. Курашин: Согласно отчету Департамента культуры, смета составляет порядка 2 миллионов рублей в год на содержание всего заповедника, включая зарплату, все эти объекты. Тут возникает вопрос — если верить сотрудникам музея-заповедника, то за прошлый год проходимость его составила порядка 15 тысяч человек. Доходная часть, то есть, то, что они получили, составила 370 тысяч. Если просто элементарно разделить, то получается, что в среднем каждый человек оставил 25 рублей. На этом фоне, даже понимая, что музеи чаще всего не бывают прибыльными, они являются убыточными, но 25 рублей с человека за посещение всего комплекса — все-таки мало.

С. Занько: 1 миллион 630 тысяч рублей нужно будет тратить каждый год, если 370 прибыли а 2 — затратка, каждый год год такая сумма на поддержание заповедника без строительства?

М. Курашин: Отсюда вытекает вещь, что необходимо все-таки пересмотреть вопрос ценообразования именно в музейной составляющей и вводить туристические продукты. 

С. Занько: Должна быть туристическая инфраструктура.

М. Курашин: Путевки, точки, событийные вещи, то, за что человек может и будет платить. 

С. Занько: А сколько там сотрудников?

М. Курашин: В количественном выражении не скажу, потому что они все являются сотрудниками кировского музея — это общее, но визуально, с точки зрения работы в самой усадьбе, мы видели человек 7-8, плюс есть еще некий обслуживающий персонал. Приятно, что там достаточно много молодых девушек, местных жителей, которые работают в музее. Люди держатся за это место. Если в ближайшее время мы не предпримем ничего такого «взрывного» с точки зрения популяризации, развития туристической составляющей, то, скорее всего, следует признать, что деньги потрачены зря.

С. Занько: Как мы в это Рябово попадаем?

М. Курашин: Есть два пути. Первый — это Киров, второй — Зуевка, электричка, и дальше нужно уже искать, каким образом добираться.

С. Занько: То есть, логистика не налажена. Дорога там хорошая? Честно? Я на Skoda Fabia проеду? 

М. Курашин: Есть один участок при съезде с трассы Зуевка-Богородское, там 11 км до комплекса, и там вам придется ехать очень медленно. Там асфальт, но качество дороги оставляет желать лучшего. Справедливости ради, побывав на днях в Кунгурских ледяных пещерах, я могу сказать, что там примерно такой же участок такого же качества, и это не мешает тысячам людей на автобусах и на машинах туда ездить. 

С. Занько: Пещера включена практически в учебную географическую программу.

М. Курашин: Не вопрос, с точки зрения туристической инфраструктуры я бы задумался, стоит ли включать. То, что касается Рябово, то со слов руководителя Департамента культуры Павла Сырцева, с нашим Департаментом образования заключается примерно такое же соглашение, что Рябово тоже будет частью образовательной программы. 

С. Занько: В некоторых школах Рябово давным-давно уже часть образовательной программы, и туда детей как раз возят, они и составляют, наверное, значительную часть посещающих Рябово. Вчера была у нас программа «Разворот на бизнес» с Олегом Прохоренко. Вторая часть программы была посвящена внутреннему туризму, тому, как развивается туристическая инфраструктура в Кировской области. Событийный туризм — все эти наши Глинышки, Вятские лапти, Истобенский огурец, очень странное впечатление остается. Не очень понятно, для кого это делается. Помните, когда был Истобенский огурец очень разрекламирован Никитой Белых, приехали со всей страны блогеры отведать огурцов и выпить водки, что уж говорить, понятно, что такое, и как-то получилось разместиться, и они были удивлены. Мне кажется, мало что изменилось с тех времен. Мы вчера связались с руководителями районов, где проходят Вятский лапоть, Истобенский огурец, и спросили, как туризм. В общем, про туризм мало кто говорит. У меня было ощущение, что это местные мероприятия для населения типа Масленицы, нет? Но мы ведь заявляем громко, что это развитие туристической инфраструктуры, что вот сколько у нас событий...

М. Курашин: Давайте говорить честно. Мы ожидаем, что вчера возродился Вятский лапоть, а сегодня он уже является туристическим трендом — нет, этого не будет. Мы ставим себе такую цель. На базе этих праздников — я посещаю Вятский лапоть на протяжении последних трех лет. Количество участников из других территорий растет. Другое дело, ключевая вещь — для чего мы проводим? С точки зрения развития туристической привлекательности могу сказать, что Вятский лапоть растет. Это в первую очередь видно по той торговле, которая там организована, видно по площадкам, видно по инфраструктурным элементам, таким, как организация питания, памятных мест. Здесь прогресс есть, чего не сказать об Истобенском огурце. Это праздник статичный, который больше затухает, нежели процветает. В эти выходные будет Казанская ярмарка в Малмыже. Мероприятие одно из древнейших, одно из раскрученных, одно из наиболее привлекательных для наших соседних республик. Буквально два года назад мы с организаторами и с главой района обсуждали тему, что нужно праздник постепенно превращать в туристический продукт.

С. Занько: Нужно ли? Зачем? Кому это нужно?

М. Курашин: В первую очередь, это нужно самим жителям. Праздники им нравятся. 

С. Занько: Если праздники им нравятся, это не значит, что их нужно превращать в турпродукт, Михаил.

М. Курашин: Праздники им нравятся, но, зная, с каким трудом каждый год находятся средства на их проведение, с каким трудом проходит их организация, возникает вопрос, что чтобы этот праздник стал традиционным...

С. Занько: Пусть жители сами его организуют, на свои средства. Если им нравится праздник, пусть сами себе праздник устраивают. Скинутся дворами...

М. Курашин: Здесь вопрос туристической составляющей будет играть роль, как дополнительного финансового источника.

С. Занько: Что вы лукавите, Михаил, какая туристическая составляющая? Доехать до Истобенска невозможно. Никите Юрьевичу в сегодняшнюю прямую линию написали: «Никита Юрьевич, скоро праздник — Истобенский огурец, но по всей вероятности, он может пройти без гостей, как как состояние автомобильной дороги Оричи-Истобенск аварийное». Какой туристический продукт?

М. Курашин: Еще раз привожу пример кунгурской пещеры, где тоже можно громко кричать, что нет дороги, но люди туда ездят.

С. Занько: Кунгурская пещера круглодично существует, а Истобенский огурец — один раз в год.

М. Курашин: В данном случае, вот событийная вещь — раз в год приехать на Истобенский огурец можно себе позволить, даже на вашей машине. Давайте поедем.

С. Занько: Давайте, вместе. Тогда уже будет более предметный спор.

М. Курашин: Я знаю эти проблемы, я сам сталкиваюсь с ними каждый год, когда езжу на Истобенский огурец. Это фестивали, у которых может быть туристический потенциал. 

С. Занько: Прощу прощения, не будем «убивать» всю программу на туризм, как-нибудь его в «Дневной разворот» отнесем. Сейчас перейдем к другой теме. Видно все-таки, что это боль какая-то, с этим надо что-то делать. У нас остается 4 минуты, беру маленькую тему. Наконец-то мы увидели картинки, которые выкладывает Клуб маркетологов. Напоминая слушателям, что это инициаторы проекта раскрасить дома, прилегающие к съезду к воротам нашего города, к железнодорожному вокзалу в стиле Дымковской игрушки. Вот, мы их увидели. Мы с вами, конечно же, не эксперты, Михаил, но какие-никакие жители города. Как вам нравятся эти картинки? Вы поставили бы свою резолюцию под решением раскрасить их в таком виде, в каком видим?

М. Курашин: Из категории черного юмора — если знать, что фасады большинства этих домов не ремонтировались долгое количество времени, то я буду рад всему, что угодно. Просто ради ремонта фасадов. Пусть что угодно рисуют, лишь бы под это дело отремонтировали фасад. Что касается эстетической картинки — наверное, что-то подобное можно было бы сделать для тех, кто въезжает в Киров, проезжает мимо. Такая визуальная картинка за окном. С другой стороны, посчитал кто-нибудь, сколько там домов и во сколько это обойдется? 

С. Занько: Приходили к нам члены Клуба маркетологов, они называли цифры, и они немаленькие, даже для просто узора, а не ремонта фасадов. Кстати, про ремонт фасадов никто ничего не говорил. 

М. Курашин: Я предполагаю, что первое, что скажут жители: «Сначала фасад отремонтируйте, потом рисуйте, что хотите». На мой взгляд, у нас есть несколько печальный опыт, много баннеров висит на въезде в город, где черно-белый Киров, две руки и какая-то надпись. Обратите внимание — выглядит достаточно пессимистично. Надпись «Мой любимый город» на фоне черно-белой фотографии жутковато смотрится. Я не знаю, чья это идея, кто «креатор», но считаю его неудачным примером. 

С. Занько: Возвращаюсь к своему вопросу — вы под картинкой, которую изобразили эксперты, дизайнеры, подписались бы?

М. Курашин: Рисуйте при условии, что отремонтируете фасад. 

С. Занько: Мы сейчас прервемся на короткую рекламу. Перед тем, как уйдем, скажу, сколько у нас важных тем. Видимо, мы не все охватим, но начнем с того, что депутаты вышли с инициативой внесения поправок в два региональных закона — «О регулировании градостроительной деятельности в Кировской области», точечная застройка и так далее, потом мне бы хотелось чуть-чуть про выборы, если получится, и возьмем еще вопрос формирования Общественной палаты, хотя думаю, что только два вопроса затронем. 

Реклама.

С. Занько: Продолжается программа «Особое мнение». Меня зовут Светлана Занько, и свое особое мнение сегодня выражает вице-спикер Заксобрания Михаил Курашин. В перерыве мы еще продолжали говорить о туризме в нашей области, думаю, придется развивать эту тему дальше, но не в рамках сегодняшней программы. Мы поговорили до перерыва о том, что представлены уже картинки, образцы рисунка, который собирается Клуб маркетологов нанести на дома в городе Кирове, на въезде у ж/д вокзала, у путей. Снова мы будем говорить о внешнем облике города, о застройке. Этому я посвящу буквально 3-4 минуты, потому что мы об этом очень много говорим. Дело касается точечной застройки. Депутаты областного Заксобрания вышли с инициативой внесения поправок в два региональных закона. Изменения касаются части регулирования градостроительной деятельности в Кировской области. Мы снова говорим о точечной застройке и об исторической ценности города, как ее сохранить. Все, кто желает с этими предложениями ознакомиться подробнее, можете на сайте Заксобрания посмотреть, законопроект есть, мы его подробно разбирать не будем, но он направлен на полную ликвидацию точечной застройки, насколько я понимаю, и там  описаны или не описаны критерии, что считать точечной застройкой, и исторический облик города — что можно, что нельзя. Вы считаете, что это предложение дельное? Вы его поддерживаете? 

М. Курашин: Конечно, поддерживаю.

С. Занько: Тогда, если предложение дельное, и вы его поддерживаете, и оно будет принято, то что оно изменит в жизни города?

М. Курашин: Если общими мазками,то запрет на точечное строительство за исключением реставрации, когда дом находится в совсем плачевном состоянии, то он может реставрироваться в этой части. Что касается культурного наследия, хотелось бы, чтоб следом за принятием поправок в закон появилась либо на уровне муниципалитета, либо на уровне горадминистрации, либо Департамента культуры отдельная программа развития исторического центра. Мы помним давно, как хотели сделать улицу Московскую пешеходной, до этого был проект, когда хотели сделать пешеходной Спасскую, соединив ее дворами с Московской. Этих идей витает достаточно много. На это мы можем наложить то, что связано с планами подготовки к юбилею города, к 650-летию. Первым всплеском активности по данному вопросу для депутатов стали жалобы, которые пошли от «Эха Москвы»...

С. Занько: Прощу прощения, Михаил. Я рада, что вы нас в активисты включаете, но у меня вопрос был другой. То, что мы хотим, все наши чаяния и надежды мы помним. Что изменит закон в городе? Что, завтра городские власти подорвутся и начнут соединять Спасскую с Московской? Или станут реставрировать здания?

М. Курашин: Поправки в закон, связанный с культурным наследием, должны определить понятие культурно-исторического центра, и на следующем этапе должна появится программа по его развитию, по реставрации домов. 

С. Занько: В законе не может быть требования даты создания программы. Кто это сделает?

М. Курашин: Очень хочется верить, что муниципалитет совместно с общественниками. 

С. Занько: Если муниципалитет не сделает, то, благодаря этому закону он не сможет нарушать облик города, который сейчас существует, пока не сделает программу.

М. Курашин: По крайней мере, разрушать тот облик города, который сейчас есть, будет невозможно. 

С. Занько: Ясно. Дальше, на три минутки у меня вопрос. Он касается предстоящих выборов губернатора области. Начнем с жалоб кандидатов в губернаторы на муниципальный фильтр и на все, что происходит вокруг сбора подписей. Уже несколько жалоб мы получили, в СМИ осветили. В частности, кандидат от КПРФ Сергей Мамаев жаловался на то, что оказывается давление на депутатов, но тем не менее, первый заявил, что собрал подписей больше, чем нужно, сейчас они проходят проверку. Независимый кандидат Тарнавский тоже жалуется, об этом пишут «Известия», хотя его коллеги по партии «Справедливая Россия» говорят, что если бы пришел к ним Тарнавский, то они помогли бы ему собрать подписи, но что-то он не заходит в региональное отделение. Напомню слушателям, что вообще-то региональное отделение «Справедливой России» поддержало Никиту Белых, тем не менее, господин Доронин не отказывался помочь Тарнавскому. Тот не заходит, но жалуется. Прокомментируйте, пожалуйста, эти жалобы кандидатов. Они справедливо жалуются?

М. Курашин: Нет. Могу сказать, как ведется сбор подписей в поддержку врио — достаточно открыто и публично. «Единая Россия» заявила, что поддержит, и организовала сбор подписей. «Справедливая Россия» заявила, что поддержит, и тоже организовала сбор подписей. Тысяча подписей, которая на настоящее время есть у врио губернатора, была открытой. Почему не могут собрать другие кандидаты подписи — цифры разные, плавающие в разных выступлениях. Вопрос заключается в том, что, если ты понимал, что тебе надо собирать подписи, тебе надо было работать не в «Известиях», не начинать жаловаться, что выборы грязные еще до объявления выборов, надо было, наверное, ехать к депутатам в районы и собирать на месте. Насколько я знаю, ни Тарнавский, ни Мамаев в районах не бывали. Думаю, кампания будет построена целиком на том, чтобы говорить, что эти выборы нечестные. То, что касается позиции Тарнавского — он месяца два назад впервые появился в Кирове, и пошли слухи, что он собирается выдвигаться, и он даже тогда не зашел в региональное отделение.

С. Занько: Да, он странным образом появился, да. 

М. Курашин: Тогда еще решение о поддержке врио губернатора не было, были обсуждения возможных кандидатов, рассматривались разные варианты — Доронин, кто-то еще. Если бы Тарнавский появился в региональном отделении, то вполне вероятно, что был бы диалог.

С. Занько: Такие забавные изречения можно слышать, что он не хочет быть губернатором. Это не мое утверждение, это комментарии в Интернете. 

М. Курашин: Думаю, и Сергей Павлинович, и Черкасов также не хотят быть губернаторами. Может, Сергей Павлинович чуть больше хочет стать губернатором, но насчет остальных складывается впечатление, что не хотят.

С. Занько: С другой стороны, слава богу, хоть какая-то движуха вокруг этих выборов. Предложен новый принцип формирования Общественной палаты. Депутаты ОЗС предлагают от себя тоже выдвигать членов в Общественную палату. Понравилось вам такое предложение?

М. Курашин: Нет.

С. Занько: Стоп, мало времени, останавливаю. Если оно принято, вы бы кого из депутатов ОЗС отправили в Общественную палату?

М. Курашин: Речь идет не о том, что мы направляем, а что участвуем. На настоящий момент есть две части палаты — губернаторская и общественная, и предлагается еще третью ввести. То есть, не сами члены Заксобрания, мы бы выбирали тех же представителей общественных организаций. Сложная конструкция, согласен. Я не понимаю целеполагания. Если мы хотим организовать работу взаимодействия с Общественной палатой — нам сейчас никто не мешает. Если я, Мария Созонтова, участвуем в работе Общественной палаты, общаемся с ними, нам неважно, губернаторские они будут или ваши. Если речь о том, чтобы просто было — таких примеров много можно привести, когда ради «галочки»...

С. Занько: Кто инициатор?

М. Курашин: Лихачев, председатель комитета по законодательству. 

С. Занько: Все вопросы к Лихачеву. Хорошо, остается буквально две минуты, и я хочу вас все равно спросить по Общественной палате. Как вы считаете сейчас, каких людей не хватает в Общественной палате?

М. Курашин: Не хватает людей, которые бы кроме умения декларировать были готовы за что-либо еще взять ответственность. Посещая их мероприятия, участвуя в их заседаниях, слышишь, что разговоры идут правильно, но дальше за разговорами должны пойти действия — разработка закона, каких-то предложений. Живой пример — разработка закона о поддержке некоммерческих организаций. Я не говорю, что этому вопросу лет 15, но...

С. Занько: Из всего количества людей в Общественной палате сколько эффективно работают?

М. Курашин: Я не контактирую со всем составом. Я думаю, что реально, может быть, четверть. 

С. Занько: Сейчас последовало предложение от секретаря Общественной палаты оценивать работу. Правильно?

М. Курашин: Да, оценивать и ратировать. Так и должно быть.

С. Занько: Это было особое мнение Михаила Курашина, вице-спикера ОЗС. Большое спасибо, что пришли. Меня зовут Светлана Занько, всем до свидания.

М. Курашин: До свидания.

Комментарии (0)


Создание и продвижение сайта