Особое мнение Владимира Сизова от 3.06.14

Видео 14:34, 30 марта 2018 241 0

"Особое мнение" от 3.06.14

Владимир Сизов:

«Мониторинг эффективности вузов Минобрнауки использует как карательную «дубину». По его результатам государственные вузы реорганизуют, а в частных, которые реорганизовать нельзя, проводят дополнительные проверки. Как можно применять одни и те же показатели к совершенно разнопрофильным учебным заведениям?»



Печатная версия передачи:

В. Сметанин: Все верно — в эфире программа «Особое мнение». Меня зовут Владимир Сметанин. Здравствуйте. Я приветствую гостя студии — это Владимир Сизов, ректор Вятского социально-экономического института. Владимир Сергеевич, добрый день.

В. Сизов: Добрый день.

В. Сметанин: Спасибо за то, что нашли время посетить нашу студию, потому что у учебных заведений сейчас жаркая пора, сессия, выпускные. Честно признаться, я ежегодно в начале июня вспоминаю себя в студенческой юности, как сдавали экзамены, в школе в том числе — воспоминания приятные. Напомню слушателям, что на нашем сайте echokirova.ru есть не только аудио-, но и видеотрансляция эфира. Кроме того, заблаговременно на сайте размещаются анонсы «Особого мнения», вы можете узнать, кто будет гостем студии и задать ему вопрос. Приступаем к обсуждению нескольких тем, которые мы на сегодня запланировали. Я начинаю с блока экономических вопросов — тема для вас близкая, вы всегда охотно комментируете эти темы. В конце мая на заседании комитетов по бюджету, налогам и по экономическому развитию, торговле и предпринимательства в Заксобрании Кировской области были озвучены данные по исполнению бюджета области в 2013 году. Цифры, надо сказать, тревожные. В результате выяснилось, что госдолг Кировской области вырос более чем на 30% на год и достиг 76% от собственных доходов региона — они у нас составляют порядка 40 млрд рублей. Такие показатели, как объем промышленного производства, в области снизились почти на 1,5%, сельское хозяйство сдало — на 6% с лишним, также снижение финансовых результатов по части прибыльных предприятий — их число сократилось с 75% до 67,5%. Данные вам тоже знакомы. О чем это говорит?это серьезное ухудшение ситуации? Что ждет нас?

В. Сизов: Ситуация, конечно, не радостная, естественно, что ухудшается она. Этот долг — 76% - это результат 2013 года, а ведь ситуация продолжает ухудшаться. Я прогнозирую, что в 2014 году долг вырастет еще больше. Вполне возможно, что он достигнет и 100%. Понятно, почему это происходит: долг Кировской области увеличивается из необходимости выполнять существенно возросшие социальные обязательства, на которые у самой области нет денег — приходиться просить у центра, занимать. Однако что происходит: в сентябре — губернаторские выборы, и сейчас многие губернаторы думают не о том, как возвращать эти деньги, откуда брать, как рассчитываться, а о том, как пройти. Если социальные обязательства не будут выполняться, то ни один губернатора не пройдет, его могут просто не допустить как не справившегося с социальными обязательствами. У нашего главного кандидата в губернаторы просто нет выбора выполнять или не выполнять эти обязательства, он делает то, что может.

В. Сметанин: Но мы, избиратели, должны отдавать себе отчет, что выборы — это не ежегодная штука, они пройдут, и надо будет продолжать как-то жить с этим.

В. Сизов: Мировая практика показывает, что некоторые страны, регионы справлялись с долгом и большим, долг даже и 200% может достигать. Это было бы не страшно, если бы имелся мощный экономический рост. Когда он есть, регионы берут деньги для того, чтобы еще развиваться. Берут же предприятия деньги у банков, для чего? Чтобы развиваться, в виде кредита на развитие. А у нас это не на развитие, мы их проедаем.  Есть такой норматив, что критическое значение показателя по социальным программам не может быть выше 20% от валового регионального продукта, а у нас в области направлено на эти цели более 60% - почти 27 млрд рублей. Самому региону из такой каббалы не выбраться. Как я сказал, тогда должен быть существенный рост производства, а у нас спад. На обслуживание долга тратится только 2,3%. Если мы будем по 2,3% долг обслуживать, то долг, который есть сейчас, только через 30 лет выплатим, но он ведь еще увеличится, он каждый год увеличивается. Что делать? Как ни крути, нужно проводить жесткую социальную политику. 

В. Сметанин: Сокращать расходы на социалку?

В. Сизов: А как по-другому выйти и ситуации? Я думаю, после выборов губернатору придется идти на какие-то непопулярные меры, либо ожидать чуда, а чудо может произойти в виде высоких темпов инфляции, но думаю, для населения это будет еще хуже. 

В. Сметанин: Еще можем, например, нефть отыскать в Кировской области. 

В. Сизов: Она есть, но в плохом виде, не в производственных масштабах.

В. Сметанин: Сокращение социальных обязательств — это единственный путь решения проблемы?

В. Сизов: Не единственный, хотя, может, наиболее значимый по результатам. Жесткий отбор проектов для финансирования из бюджета — в этом году 11 млрд было потрачено. Я не знаю, я доверяю депутатам, что они потратили все верно, проекты были нужны и так далее, но 11 млрд — это сумма приличная. Может быть, если бы мы потратили не 11, а 5 или 6, то уже бы экономия была. Опять-таки, не могу сказать, могли бы их не потратить или не могли. Мировая практика подсказывает, для того, чтобы регион вывести из долгового состояния, ежегодный прирост инвестиций должен составлять не менее 25% от регионального валового продукта. Если мы каким-то образом сумеем достичь привлечения денег на таком уровне, тогда регион не будет обречен. Насколько я знаю, губернатор всеми силами старается это делать — деньги в  регион приходят.

В. Сметанин: 25% — могли бы через 4 года закрыть?

В. Сизов: В принципе, да, примерно так. 

В. Сметанин: На заседании комитета депутаты подвели в конце итоги. Огни сошлись на том что такая ситуация складывается не только в нашей области, но и в большинстве российских регионов. Это такая «отмазка», но действительно, по данным премьер-министра Медведева, по сравнению с 2012 годом госдолг регионов вырос в 2 раза по стране. Когда эта долговая яма приобретает масштаб всей страны, это еще более страшно?

В. Сизов: Что нам страх нагнетать, деньги-то ведь есть, просто они распределяются неравномерно. В центре деньги есть, он их активно тратит — Олимпиады провели, и Чемпионат мира по футболу скоро — масса проектов. Нет проблем с деньгами, есть проблема с деньгами у регионов. О чем это говорит? О том, что, наверное, налоговая политика, перераспределение налогов между центром и регионов не совсем справедливая. Наверное, в регионах должно оставаться еще больше денег, ведь в центре деньги откуда появляются? Из регионов же. Если не отчислять деньги (я не говорю, что не надо отчислять), то наша область не была бы дотационной. Сейчас в центр отчисляется примерно 51% всех налогов и менее половины остается в распоряжении региона и местных муниципалитетов. Я думаю, что если бы был сдвиг на 5-6% — это же реально. Принятие Думой поправки к налоговому закону решило бы все проблемы регионов. Мы должны понимать, что это совершенно не нужно нашему правительству, Москве это невыгодно. Им наоборот выгодно, чтобы регионы всегда были в долгах, всегда с протянутой рукой ехали в столицу. Тогда ими можно управлять, как угодно. К тому же, любого губернатора можно в любой момент снять, сказав, что он не справился с экономической ситуацией.

В. Сметанин: Даже при условии, что он выбран местным населением? Там же есть формулировка «за утрату доверия Президента».

В. Сизов: Я не знаю, как будет происходить в реальности, но сейчас как происходит (у нас же меняется выборная система) — если губернатор не выполняет обязательства, то его снимают. 

В. Сметанин: Продолжаем экономическую тему. Я сейчас возвращаюсь к визиту в наш город — он состоялся в прошлую пятницу. К нам приезжал полпред в ПФО Михаил Бабич и вице-премьер Дмитрий Рогозин. Их приезд был связан с обсуждением развития в нашей области и в стране в целом оборонно-промышленного комплекса. По словам Рогозина, необходимо заменить импорт оборудования, произведенного на Украине, отечественным оборудованием — для меня это было открытием, что на наших предприятиях оборонки было оборудование украинского производства. Более того, по словам Рогозина, задача стоит еще шире — не просто заменить оборудование, а разработать новое. Что касается «Молота», Рогозин пообещал обеспечить его все новыми и новыми заказами по линии обороны. Такая встряска по этой линии очень полезна, подытожил он. Это действительно такая соломинка, за которую стоит ухватиться?

В. Сизов: Знаете, насчет встряски — если, допустим, машина попадает в яму, ее трясет, колесо может отвалиться... Трясти экономику — дело неблагородное и неблагодарное, можно вытрясти что-нибудь не то. Всегда нужно подходить поэтапно, плавно. То, что сейчас предлагается, надо было делать давно, постепенно. Что мы, не знали, какие отношения складываются с Украиной? Что, у нас это первая «газовая война»? Все прекрасно было известно. Эти заказы давно должны были поступить. А сейчас в одночасье, у нас почему-то думают, что если дали много денег, то можно сразу все изменить. Ничего подобного, деньги все не решают, нужны специалисты, их нужно готовить, должны быть организационные меры — все не так просто, на все требуется определенное количество времени. Года два назад Рогозин приезжал, и тогда тоже сильно возмущался, что за пять лет не смогли наладить еще один завод военный, а сейчас он хочет за несколько месяцев сделать. Если вы слышали, сегодня по радио объявили, что Сергей Шойгу, министр обороны, предложил упразднить рост оборонзаказов, который как раз курирует Рогозин, и Путин поддержал, что так и следует сделать. Поэтому все обещания, которые Рогозин сделал, могут раствориться в воздухе. Поговорил-поговорил, а на следующий день приняли другое решение, поэтому рассуждать на тему, все у нас будет хорошо или плохо, очень трудно. 

В. Сметанин: С обороной шутить нельзя, сфера такая специфическая. Что это такое? Это несогласованность в высших эшелонах власти по поводу этих направлений, перспектив? Каждый пытается выгоду свою урвать, заработать на этом политические очки?

В. Сизов: Не думаю, что несогласованность, у нас в стране все достаточно прямолинейно идет, вертикаль власти жестко выстроена. Рогозину дали указание — он его приводил в действие. Появилось иное мнение, иное решение — прежнее указание будет снято, дано новое, он его будет так же хорошо выполнять.

В. Сметанин: Год-два-три, и дело с точки не сдвинется?

В. Сизов: Дело сдвинется, потому что ситуация с Украиной реальна, это не какой-то виртуальный проект, но как он будет реализовываться? Будет ли он реализовываться именно на кировских предприятиях — это другой вопрос, потому что тогда Рогозин был уполномочить это заявлять, а сейчас с него эти полномочия снимут, и кому отдадут эти заказы - «Молоту», не «Молоту».... Много проблем. У нас завод «Лепсе» тоже является по большой части производителей военного оборудования, но ведь он — частное предприятие, акционерное общество. Есть большие неувязки в нормативной документации, законах, о том, как частному предприятию там госзаказ — большие проблемы. 

В. Сметанин: Аукцион, торги?

В. Сизов: Тем не менее, когда есть госпредприятие, или с большей частью государственного участия, разные подходы могут быть. Могут просто направить деньги госпредприятию, как у нас в стране делается.

В. Сметанин: Наполненность этих социальных программ, реализация, если бы у нас все было хорошо в плане оборонно-промышленного комплекса, предприятия бы развивались, заказы бы поступали, это же бы дало дополнительный толчок к развитию социалки?

В. Сизов: Конечно. Любые деньги, которые приходят в область, все равно тратятся внутри области ее жителями. Неважно, на какое предприятие они приходят, в дальнейшем они перекочуют по всем карманам. Любой приход — это всегда хорошо.

В. Сметанин: Еще к одному событию социальной, экономической жизни области возвращаюсь. Заместитель председателя правительства Кировской области Дмитрий Матвеев высказался за уменьшение числа льготников. Суть в том, что в рамках существующей системы помощь льготным категориям граждан получается незначительной — деньги размываются. Там действительно 100 рублей, 200 рублей, которые полагаются льготникам. Если сократить их, точнее исключить из списка льготников определенные категории граждан, то деньги будут расходоваться более адресно, не будут размываться, и тогда помощь будет действительно ощутимой. Как вам эта мысль, здравая? 

В. Сизов: У нас как всегда: говорим, что сделаем хорошо, а получается не очень  хорошо. Для меня очень свежи воспоминания о том, как выходили пенсионеры и другие категории льготников, перегораживали дороги, ложились на рельсы, когда отменили натуральные льготы, заменили их денежными выплатами. Как вы думаете, почему люди так протестовали против денежных льгот? 

В. Сметанин: Потому что не хватает этих денег.

В. Сизов: Да нет, заменили-то вроде равноценно. Натуральные льготы — это же услуги какие-то, и они все время дорожают. Если посчитать, за последние лет 10 они выросли раз в пять. Льготы с такой скоростью не растут. Вот 10 лет назад 100 рублей, 200 рублей — это были деньги, а сейчас это не деньги. Матвеев удивляется, мол, какие-то гроши, и давайте еще  и эти гроши сократим. Это очередной шаг к отмене льгот вообще. 

В. Сметанин: Такого же быть не может, государство несет социальные обязательства...

В. Сизов: Знаете, в нашем государстве возможно все, самые фантастические  и нелепые вещи могут быть. Я верю в то, что в нашем государстве может быть все.

В. Сметанин: Например? Что вас последнее удивило, поразило?

В. Сизов: Крым же мы забрали. Никто ведь даже предположить не мог. Я не противник, я считаю, что Крым всегда был российской территорией и совершенно случайно попал в Украину. Вопрос должен был быть как-то решен, и вот он так был решен. Это было для меня сродни чуду.

В. Сметанин: Резюмируя предложение Дмитрия Матвеева, вы против?

В. Сизов: Я против, лучше бы опять вернули натуральные льготы, и люди были бы более довольны.

В. Сметанин: Давайте сейчас до перерыва поговорим о законотворческой деятельности. Очень много претензий в последнее время вызывает законодательная деятельность Госдумы — «взбесившийся принтер» — непонятно какие законы, сиюминутные, непонятно, как они реализуются. Есть такой Институт законодательства сравнительного правоведения при правительстве РФ. Он предлагает для более качественного законотворчества ввести несколько так называемых «степеней очистки» законодательных инициатив. Например, это может быть независимая экспертиза специалистов и организаций, которые не участвуют в  разработке этого законопроекта, обязательное общественное обсуждение, и вот тогда, по мнению ученых института, мы выведем законотворчество России на более высокий уровень.

В. Сизов: Бывал в этом институте, знаю, что он из себя представляет. Подход верный, если поверить, что в нашем государстве живут честные и добропорядочные люди, и все, кто будет участвовать в этом процессе, также будут такие. Если бы все так было на самом деле, то и «очистки» бы не были нужны — сходу бы честные депутаты принимали правильные законы. Действительно, с нашими законами надо что-то делать. В 1990-х годах провозглашалась идея, что надо в России создать правовое государство, и вроде бы правильная идея, вроде бы. Понимаете, когда она проводилась нечистыми руками, то в итоге только выиграли некоторые политики, олигархи, а остальные граждане остались фактически бесправными. Есть такое правило в менеджменте — кто устанавливает правила игры, тот и выигрывает. И так во всем. Говорим, что, давайте введем этот механизм, или этот — где мы столько грамотных, а, главное, честных и неподкупных людей найдем, которые не ангажированы, а еще ведь им надо платить. А если мы им платить не будем — значит, их кто-то ангажирует. Идея по сути, может, и правильная, но она из разряда утопий. Мне кажется, она не будет поддержана ни на одном уровне по ряду причин — потому что это невыгодно законодателям, и потому, что это финансово не может быть обеспечено. Поэтому можно ли про эту инициативу забыть...

В. Сметанин: В России в принципе невозможно.

В. Сизов: В России возможно все в принципе. Эта инициатива их тех, что по финансово-политическим соображениям не будет поддержана,или будет сделана в такой форме — сейчас же обсуждаются проекты законов или каких-то положений министерских, они вывешиваются, обсуждаются. Я сам участвовал в обсуждении некоторых законов и положений в Министерстве образования, когда они вывешивались на сайтах. Ну, обсудили, прислали, указали им даже не ошибки грамматические в тексте. Ответили: «Спасибо», но положения утвердили в том виде, в каком они были первоначально, даже запятые не расставив там, где мы им указали. Можно обсуждать сколько угодно, но где критерии, будешь ли ты услышан, или нет?

В. Сметанин: Как можно изменить эту ситуацию? Как улучшить качество и общепризнанность законов в стране? 

В. Сизов: В других государствах же как-то делают. В нашем государстве это может быть только волевым усилием высшей власти, другие способы у нас невозможны, потому что ведут людей в тюрьму, на Болотную площадь, к судам и так далее. Я к этому не призываю. Я призываю высшую власть иногда прислушиваться, о чем говорят люди. Не все законы им нравятся.

В. Сметанин: У нас сейчас перерыв. Пара минут и мы вернемся в студию.

Реклама.

В. Сметанин: Продолжается особое мнение Владимира Сизова, ректора Вятского социально-экономического института. Переходим к блоку образовательных вопросов. Вот какая тема: в середине мая появились результаты очередного мониторинга эффективности вузов в стране. Его регулярно проводит Минобрнауки уже не первый год. Появился очередной список вузов, немного сократилось количество малоэффективных или неэффективных вузов. Наивысший балл у нас по городу получил ВятГУ — баллов. Вятский социально-экономический институт — 3 заработал. Много вопросов возникает в связи с этим мониторингом у специалистов. В частности, генеральный секретарь Всероссийского союза ректоров Ольга Каширина потребовала пересмотреть методологию этого мониторинга. По ее мнению, это фактор настоящего разрушения всей образовательной системы. Например, когда неэффективными признаются инженерные вузы, в то время как у нас в стране вроде как приоритет отдан инженерным специальностям. У вас это какие эмоции вызывает?

В. Сизов: У меня эмоции уже немного «перегорели». Честно говоря, то, что делается в области мониторинга — это полный беспредел, по-иному это не назвать. Организаторы того, что в 2014 году было сотворено, вообще-то по справедливости должны ответить перед законом. То, что они творят — это полное беззаконие. Мониторинг обозначен в 98 статье закона об образовании, и там он определяется как систематическое наблюдение за состоянием системы образования, об эффективности речи не идет. Слово «эффективность» решили снять. Есть социальное понятие эффективности, а есть экономическое. Условно говоря, на рубль вложенных денег какой экономический эффект вы получаете. Если эти показатели мониторить, то все ровно наоборот, чем больше ты потратил, тем более эффективен. А «выхлопа», то есть, что на эти деньги страна получила, никто не учитывает. Там учитывают момент, сколько вы потратили на научные исследования, а эти исследования вообще оправдались или не оправдались? После них были созданы какие-то приборы, новые технические устройства? Это вообще никого не интересует. Я написал пять статей в различные журналы ВАК по поводу абсолютно неправильной методологии, неприемлемых критериев мониторинга. Если говорить об эффективности — я ответственно заявляю, я писал об этом в том числе в совет ректоров — ни один критерий мониторинга об эффективности образования не свидетельствует вообще. Первый критерий — средний балл ЕГЭ поступивших в ваш вуз, причем тут только очников считают. И не менее 60 баллов должен быть. Это значит, 180 баллов. За последние три года я знаю, у меня сын поступал, люди и со 150 баллами могли поступить на бюджетные места. В принципе, если у тебя 180 баллов, ты поступишь на бюджетное место, это раз. Я вам говорил: кто устанавливает правила игры, тот и выигрывает. Уже априори понятно, что это делается под вузы, в которых есть много бюджетных мест. Балл ЕГЭ говорит о качестве обучения в школе, но не в вузе. Причем тут вуз? Непонятно. Далее, объясните мне, каким образом количество иностранных студентов говорит о качестве образования в вузе? Большинство вузов, филиалов не прошли именно по тому, что не едут к ним иностранцы обучатся. Даже если и приедут, а чего ради мы этих иностранцев обучаем? Чтобы они потом где-то там проявляли знания? Какое это имеет отношение к качеству образования, хотя у нас есть иностранцы, да. Я считаю, что наш вуз неплохо смотрится, потому что мы в одной когорте в ВятГГУ, с юридической академией. То, что ВятГУ набрал 6 баллов — это какой-то перебор. Я не даю оценок...

В. Сметанин: Кстати, высший балл был 7.

В. Сизов: 7 по стране никто не набрал. 6 баллов набрали всего 4 вуза, один из них — ВятГУ наш, другой вуз московский, вычитал про него в «Московском Комсомольце», что он уже два года не работает. В нем нет студентов, не ведется преподавание, однако по показателям мониторинга он вдруг 6 баллов набирает. Возникают сомнения вообще по поводу самой системы проведения. Третий вуз далеко не МГУ и не СпбГУ. МГУ набрал только 5 баллов. Единственный вуз, который входит в сотню лучших по мировым рейтингам газеты «The Times» и так далее — это только МГУ. Почему-то нашего ВятГУ там нет.

В. Сметанин: Этот рейтинг вообще имеет какое-то практическое значение? Вот получил Минобрнауки эти данные, и что?

В. Сизов: В соответствии с законом, мониторинг — это наблюдение за состоянием системы образования, но в реальности Минобрнауки использует как карательную «дубину». По его результатам государственные вузы реорганизуют, а в частных, которые реорганизовать нельзя, проводят дополнительные проверки. 

В. Сметанин: То есть, реальная сила есть у этого мониторинга, конкретные действия потом могут быть?

В. Сизов: Конкретные действия происходят, перестановки происходят, но происходят все равно волюнтаристски. Как можно применять одни и те же показатели к совершенно разнопрофильным учебным заведениям? В прошлом году один показатель был лучше, в этом хуже, почему — потому что ввели дополнительный показатель, потому что опять-таки под государственные вузы, там, где много очников. Если у тебя мало очников, то ты хуже. А причем тут очники? Я думаю, что должно все-таки качество знаний оцениваться. То, что этот рейтинг несправедлив и показывает отношение знаковых фигур — опять-таки в «Московском комсомольце» прочитал, что на заседании рабочей группы Минобрнауки, где обсуждалось, какие вузы признавать эффективными, какие нет, произошел скандал. Заместитель мэра Москвы Печатников, такой достаточно известный человек, как Исаак Калина — руководитель департамента образования Москвы, депутат Госдумы Александр Хинштейн, очень известный политолог Вячеслав Никонов, бывший заместитель министра Николай Булаев покинули зал заседания в знак протеста против того, что творится с мониторингом. Они заявили, что не хотят участвовать в этой процедуре, которая заранее прописана, результаты заранее известны и так далее. Почему я говорю, что рейтинг мониторинг прост беспредельный? Поймите меня, в этом году он проходил так: пойти туда, не знаю, куда, найти то, не знаю, что. В марте совет ректоров просит рассмотреть, прислать предложения, какие показатели должны быть в рейтинге, давайте всем миром обсудим, как мониторить нашу систему. Все присылается, все говорится, вдруг в апреле Министерство присылает показатели, совершенно иные, которые даже не обсуждались, причем в них нет критериев — ты скажи, какой критерий проходной, какой нет? Его нет. Критерии появляются только 20 мая, через месяц. Знаете, за месяц можно так результаты исправить тем вузам, которым это нужно исправить и понизить тем, каким не нужно исправлять. То есть, он по определению непрозрачный. Назвать его честным нельзя, назвать его объективным — нельзя. Поэтому этот мониторинг ни о чем.

В. Сметанин: Владимир Сергеевич, у нас остается несколько секунд. Есть попытки изменить власть вразумить? Как вы думаете, они тщетны?

В. Сизов: Я думаю, что не тщетны, потому что этой ситуацией многие возмущены. Она плохая, потому что люди страдают. У нас умер один из директоров филиала — думаю, эта ситуация здесь тоже сыграла свою роль, потому что его филиал подлежал закрытию.

В. Сметанин: Я благодарю Владимира Сизова, ректора Вятского социально-экономического института. Завершается программа «Особое мнение». Всего доброго вам, до свидания, до новых встреч в нашей студии.

В. Сизов: Спасибо, до свидания. 

Комментарии (0)


Создание и продвижение сайта