Особое мнение Юрия Шлемензона от 21.05.14

Видео 14:34, 30 марта 2018 225 0

"Особое мнение" от 21.05.2014

Юрий Шлемензон:

"Считаю, что "прямые линии" надо проводить систематически, не только перед выборами. Но я бы сказал, что губернатор должен сам отвечать на все вопросы и не подключать к делу исполнителей. Это будет говорить о том, что губернатор  владеет информацией, и его компетентность будет показана. В период предвыборной кампании это очень выгодно..." 



Печатная версия передачи:

Ведущая: Юлия Афанасьева.
Гость: Юрий Шлемензон.
Ю. Афанасьева: На 101 FM программа «Особое мнение». Меня зовут Юлия Афанасьева и у меня в гостях сегодня главный редактор телекомпания РЕН Киров Юрий Шлемензон. Юрий Львович, правильно представила?
Ю. Шлемензон: Да, член общественной палаты Кировской области.
Ю. Афанасьева: И член общественной палаты Кировской области. Я напомню, как можно с нами связаться: нас можно не только услышать, но и увидеть. На сайте echokirova.ru есть ссылка на онлайн-видеотрансляцию. Можно писать в твиттер – vyzvon43, можно писать мне в твиттер. В процессе программы читаем и кое-что озвучиваем. Юрий Львович, я хотела бы начать с «прямой линии» врио губернатора Никиты Белых, которая недавно прошла. Скажите, пожалуйста, вы смотрели?
Ю. Шлемензон: Я хотел бы начать своей дежурной фразой, чтобы обезопасить радиостанцию и себя тоже. Заранее сообщаю, что все сказанное мной в эфире – это мое оценочное суждение.
Ю. Афанасьева: Хорошо. Формальности соблюдены, давайте к нашим темам. Итак, «прямая линия». Смотрели? 
Ю. Шлемензон: Я слушал часть «прямой линии», процентов 70-80 я слушал. Вы имеете в виду вторую «прямую линию»?
Ю. Афанасьева: Да, которая была недавно.
Ю. Шлемензон: Я слушал прямую линию, она практически не отличалась по конфигурации от первой «прямой линии», которую я тоже слушал. Что хочу сказать по поводу этих «прямых линий»: их надо делать, делать систематически. Я могу вспомнить, когда мэром города был господин Киселев, то практически три недели в месяц на телеканале выходила программа, она была не такая, конечно, большая и объемная, но это город, а не область, шла в течение 15 минут, но это было каждые 3 недели. Одну неделю мы давали мэру отдыхать. Три недели в месяц проходили прямые линии. Они в двух вариантах шли: видео-вопрос из города и прямые телефонные звонки. Мэр находил время на это, это все же есть работа. Поэтому многие проблемные вопросы, которые возникали у населения, быстро «гасились». Главное – информация. Не всегда важно решение, главное понять людям, что происходит, и как с этим будут бороться. Такая прямая связь осуществляется. Я считаю, что нужно «прямую линию» проводить не только перед выборами, но Никита Юрьевич их делал, но не так часто, как сейчас. По таким технологиям подключались еще исполнители различных вещей, за месяц до выборов такие вещи проводить хорошо, подключая всех остальных. Но рядом с выборами, я считаю, что губернатор должен сам отвечать на все вопросы, это 100%. 
Ю. Афанасьева: Вы имеете в виду не приводить с собой исполнителей?
Ю. Шлемензон: Да.
Ю. Афанасьева: А почему?
Ю. Шлемензон: Так технологии говорят, которые давно уже были рождены, ими надо пользоваться. Это будет эффективней. Это будет говорить о том, что губернатор владеет информацией. Он не всегда может оперативно решить вопрос, но это покажет, что он владеет информацией, и его компетентность будет показана. До предвыборной кампании это очень выгодно.
Ю. Афанасьева: Согласитесь, не все же вопросы бывают приятными. Бывают и острые, и проблемные вопросы.
Ю. Шлемензон: На них тоже первое лицо должно отвечать.
Ю. Афанасьева: Хорошо, вы считаете такой формат общения эффективным?
Ю. Шлемензон: Да, он должен присутствовать только в постоянном режиме. Даже президент недружеской нам американской страны еженедельно, когда находится в стране, выступает перед населением. Это не «прямая линия», но все равно поднимаются актуальные вопросы этой недели, и находит время, все же президент страны. Поэтому я считаю, что и первые лица области должны находить время на общение с населением. С этим все правильно делается.
Ю. Афанасьева: Если вы смотрели эту «прямую линию», то что важное вы для себя отметили? Возможно, вы услышали ответы на вопросы, интересные вам, или наоборот, чего-то не услышали?
Ю. Шлемензон: У меня вопросы одни, у населения – другие, хотя они часто на 90% совпадают. Во-первых, вопросы были со всего региона. Я все же больше интересуюсь жизнью города, прилежащей местности. Я слышал, что на вопросы отвечали достаточно компетентно, и помощники губернатора были готовы ответить на большую часть вопросов. Понятно, что все вопросы решить невозможно, но люди должны понимать, в каком порядке будут решаться эти вопросы, когда они будут решаться, что первое лицо знает о той проблеме, которая существует у него в регионе. Надо знать проблему, тогда будут находиться способы ее решения. Понятно, что во время прямой связи можно снять какого-то начальника. Я считаю, что это самый худший способ решения вопроса. Надо его учить, а если он не поддается учебе, тогда нужно снимать. Ну, сейчас накажем главу поселения по этому случаю, который был совсем недавно с памятником. У меня есть свое отношение к этому вопросу, и я так скоропалительно не принимал бы решение. Притом это не в компетенции первого лица – он мог только рекомендовать. Он в принципе так и сделал.
Ю. Афанасьева: Мы к этому вопросу обязательно вернемся. Я хочу еще немного поговорить о «прямой линии». Какой бы вопрос вы задали лично врио губернатора? 
Ю. Шлемензон: Меня больше всего сейчас интересует состояние дорог в регионе. Я езжу, например, по Слободскому району, и состояние дорог очень серьезное. Самое страшное, что эксплуатирующие организации даже не ставят знаки, предупреждающие об аварийном состоянии дорожного покрытия. Прокуратура сейчас занимается, и администрация занимается этим. Я думаю, что это не только в Слободском районе, и в других регионах. Я также понимаю, что это происходит в связи нехватки средств в бюджете области. Все равно исполнительская дисциплина, наверняка, хромает, потому что я совсем недавно был в туристической поездке по странам Европы, посетил не самую богатую страну – Испанию, ее север. И район Бильбао, где баски со всеми воюют, и увидел, что при уровне безработицы в 28% район достаточно хорошо себя чувствует. После этого понял, что уровень воровства в нашей стране не 30-40%, а, наверное, все 95%, потому что то количество детских площадок и всяких социальных мест для населения просто бросается в глаза, даже давит. При том, что все чисто, убрано, и это уровень безработицы 28%.
Ю. Афанасьева: А у нас уровень безработицы не помните?
Ю. Шлемензон: В области сейчас, кажется, 6% или 7%
Ю. Афанасьева: Может быть, надо сравнивать не только уровень безработицы, но и другие экономические показатели.
Ю. Шлемензон: Конечно. Это один из показателей. Конечно, ВВП на душу населения - тоже большая цифра. 
Ю. Афанасьева: «Прямые линии» губернатора, предвыборная, по факту избирательная кампания уже началась, согласны? 
Ю. Шлемензон: Нет. Она может, и началась, но по закону еще нет.
Ю. Афанасьева: По закону – нет, но де-факто. 
Ю. Шлемензон: В какой-то мере де-факто, да.
Ю. Афанасьева: Осенью всех ждут губернаторские выборы. Интересно, что пока никто, кроме Никиты Белых и Сергея Мамаева о своих губернаторских амбициях не заявил. Как вы считаете, почему?
Ю. Шлемензон: Если я не ошибаюсь, ЛДПР заявляло о своем представителе на выборах. Кирилл Черкасов делал такое заявление, если я не ошибаюсь.
Ю. Афанасьева: Я нигде не видела, не слышала.
Ю. Шлемензон: Это было весной. Я не говорю, что это будет конкретно Кирилл Черкасов. Но партия ЛДПР тоже собиралась.
Ю. Афанасьева: У нас сколько партий? Все остальные молчат, чего они ждут?
Ю. Шлемензон: Они в глубоком раздумье. Это серьезный шаг. И финансово надо к нему подготовиться, морально. Чего они ждут – я не знаю, то партия решает.
Ю. Афанасьева: Может быть, вы считаете, что сейчас не очень удачное время для объявления имен и персоналий?
Ю. Шлемензон: Потом может оказаться поздно, потому что провести активную предвыборную кампанию в короткие периоды – очень сложно и затратно, если это делать по-настоящему, а не выступать в качестве спойлеров. Может и оказаться, что у нас нет конкурентов, и это еще хуже. Но вместе с тем, я считаю, что если Никита Юрьевич, который объявил, думая, что все вопросы решены, можно расслабиться, хотя не видно, что он расслабляется, то это тоже не будет верным решением. Спонтанно всякое бывает.
Ю. Афанасьева: Неделю назад у меня был в гостях главный редактор журнала «Товар-Деньги-Товар» Михаил Шевелев. Он сказал, что, по его мнению, раньше дня официальной регистрации кандидатов заявлять о себе не стоит. А этот день будет где-то в 20 числах июня. Если заявишься раньше, то получишь шквал критики. Вы согласны?
Ю. Шлемензон: Есть резон в этом. Но бояться, что будут применены какие-то черные технологии в предконкурентной борьбы, может и такой ход быть. Все равно это будет известная фигура. Это не будет 2 человека. В списке будет 6-7 человек, но не факт, что все пройдут фильтр. Может, это специально будет проводиться, как в Москве: не совсем конкурентных бойцов проводили, чтобы были выборы состоявшиеся. Если 2 человека выдвигаются – кто-то может сняться, и выборов не будет. Поэтому, я думаю, что 5-6 человек заявления подадут.
Ю. Афанасьева: Вы с идеей губернаторских выборов согласны? Что губернаторов надо избирать, а не назначать.
Ю. Шлемензон: Я вообще считаю, что всех надо выбирать, как делается во всем цивилизованном мире. Эта борьба с мэрами – выбирать или назначать – я, конечно, за то, чтобы выбирать. В любом случае. Говорят: пройдут не те, а я думаю, в конечном итоге население разберется, с кем ему жить, и будет выбирать тех, кого надо. 
Ю. Афанасьева: Вы сами – главный редактор телекомпании. Вы прекрасно представляете, что такое предвыборная кампания. Это массированная атака со страниц и экранов телевизоров, разных средств массовой информации, это предвыборные обещания и так далее. Но ведь нигде нет гарантии, что эти предвыборные обещания впоследствии будут иметь что-то общее с жизнью. Не считаете, что просто запудрят голову населению?
Ю. Шлемензон: Конечно, пропагандой можно запутать все, но если бы человек знал, что постоянно только через выборы можно стать руководителем, то себя так бы не вели те, которые выбираются разово. Если ты провалишь после выигрыша свою деятельность, работу, понятно, что в следующий раз тебя население не выберет. Поэтому если во многих странах назначают даже руководителей полиции – шерифов – выборами,  я думаю, что за несколько сотен лет люди к этому пришли, и это лучший способ. Может быть, не самый оптимальный, но один из лучших способов – назначение через выборы. Я понимаю, что руководителей предприятий не нужно выбирать выборами, это глупость. Владелец сам себе назначает кому его выгодно с экономической точки зрения. А в политике надо выбирать и ограничивать сроки пребывания.
Ю. Афанасьева: Ожидаете ли вы реальную борьбу за губернаторское кресло или вы считаете, что в Москве все решено Владимиром Владимировичем, и это будет просто такая декорация?
Ю. Шлемензон: Такая тенденция расписывается в прессе. Я видел неподписанную кем-то статью в многотиражной газете. Но это тоже технология написания таких статей.
Ю. Афанасьева: Вы-то как считаете, будет борьба?
Ю. Шлемензон: Я считаю, что будет. По крайней мере, господин Мамаев так говорит.
Ю. Афанасьева: И вы ему верите?
Ю. Шлемензон: Я не всегда верю господину Мамаеву, но в этом случае, наверное, да.
Ю. Афанасьева: Хорошо, поняла с этой темой. Я напомню, это «Особое мнение» Юрия Шлемензона, главного редактора телекомпании РЕН-Киров и члена общественной палаты Кировской области. Давайте продолжим о памятнике в деревне Салтыки, которую мы затронули в начале нашей программы. Скажите, пожалуйста, ваша телекомпания освещала эту ситуацию?
Ю. Шлемензон: Мы само поселение Салтыки освещали 2 раза. Мы нашли там для себя 2 темы. Первая тема, которая обсуждалась, включая российские сайты, это снос памятника. Если изучать все подробно, то законодательство было соблюдено. Но хотели как лучше, получилось как всегда, потому что решение депутатов о том, что этот памятник убрать, есть. Раз есть решение депутатов, его должны были убрать. Так как это сделали, некорректно, я считаю: день был выбран неудачно, что дало повод патриотам об этом много говорить и писать. Конечно, можно было и необходимо было сделать корректнее. Я считаю, что глава администрации, раз возникла такая ситуация, должна была моментально извиниться перед теми, кому это нанесло урон. На этом тема была бы закрыта. Но она раздувалась, выросла. Хотя там есть чем заниматься, и население там достаточно активное. Там есть храм Ильи Пророка, красивейшее здание. Оно, к сожалению, находится в тяжелом состоянии. Еще не повезло им, что господин Лебедев, который был депутатом Слободской думы, обещал восстановить, а это огромные затраты. Но вместе с тем население сделало там предел, восстановило, там проходят службы. Я думаю, что те, которые волновались по поводу памятника, лучше бы обратили на этот объект внимание, помогли населению его восстановить. Было бы намного больше пользы. Это действительно архитектурное произведение, и неплохо было бы его восстановить.
Ю. Афанасьева: То есть журналисты вашей телекомпании ездили в деревню Салтыки?
Ю. Шлемензон: Да, конечно.
Ю. Афанасьева: Скажите, пожалуйста, опрашивали ли они там жителей? Как жители относятся к сносу этого памятника?
Ю. Шлемензон: О том, что его надо убрать они приняли решение в прошлом году, чтобы сделать нормальный памятник. Они это сделали. Там было софинансирование, если не ошибаюсь, областного правительства, местного поселения, спонсоры были. Это все было сделано. Понятно было, что памятник находился в реально аварийном состоянии. Сообщение о том, что там могли быть какие-то бури воздушные, может, так и было, я не проверял эту информацию, хотя местное население об этом знает. Хотя если разобрать по пунктам эти законодательства, решение о сносе было принято 6 мая. Значит, это все законно. У нас есть исполнители. Проблема исполнительная всегда существовала и долго в нашей стране будет. По крайней мере, водителя этой машины тоже считаю неправым, потому что над каждым водителем есть руководитель, который должен был проконтролировать. Самая большая беда, что никто не контролирует действия исполнителей, не контролирует выполнение. У нас законов делается много. Счастье для наших жителей, что они необязательны к исполнению, потому что нет контроля. Если бы они контролировались, я думаю, многих вещей, о которых мы говорим в тех же «прямых линиях» просто не существовало бы. Когда мы строим дорогу, много ли видим проверяющих? Их практически нет. 
Ю. Афанасьева: Я не видела, но это еще не значит, что их нет.
Ю. Шлемензон: Их реально нет. Просто приемка иногда происходит отремонтированных участков – брали анализы битума, дорожного покрытия. Есть же порядок всех этих вещей. Но то ли у нас не хватает проверяющих, хотя число чиновников у нас растет. Необязательность исполнения закона – вот что самое страшное, что существует у нас. Не именно в регионе, а вообще в стране.
Ю. Афанасьева: Я еще хотела спросить, Юрий Львович: удалось ли вашим журналистам пообщаться с главой сельского поселения?
Ю. Шлемензон: С главой администрации, к сожалению, не удалось. Она была недоступна. Она, наверное, пряталась от всех и вся, потому что было много журналистов и интересующихся. 
Ю. Афанасьева: Как вы считаете, почему точка зрения самой главы сельского поселения так и не прозвучала кроме как в объяснительной губернатору? Она испугалась, растерялась?
Ю. Шлемензон: Я думаю, она как женщина растерялась, и ничего бы такого не произошло. Ей никто, может, не подсказал, как себя вести. Такое тоже надо иногда делать. Есть глава района, который мог бы ситуацией заняться, подсказать. Я думаю, что если бы она в этот день, когда информация прошла,  публично извинилась, то накал страстей бы намного угас. Хотя он подогревался, мне кажется, в какой-то степени. Она же принесла извинения в конечном итоге. А если бы это было сделано вовремя…
Ю. Афанасьева: Помимо оценки самого поступка сейчас ведутся другие дискуссии. Есть такая точка зрения, что факт настолько громкой огласки этой истории – банальный пиар в погоне за популярностью. Мол, не нужно было так громко кричать, потому что памятник действительно состарился, крошился и не ровен час, упадет. Поставили новый – и вроде говорить не о чем. Вы в этой дискуссии на чьей стороне?
Ю. Шлемензон: Во-первых, кто кричал? Ну, был блог.
Ю. Афанасьева: Этого же Сергея Косолапова обвинили в самопиаре.
Ю. Шлемензон: Я не считаю, что это был самопиар. Он озвучил ситуацию. Потом СМИ, для которых в эти дни мало информации было, вы же представляете, все подхватили – надо же что-то рассказывать зрителям, радиослушателям. Подхватили эту тему, она достаточно острой оказалась, и стали ее распространять. Прошла бы эта информация 9 мая, когда СМИ отдыхали, наверное, не было бы такого большого резонанса. Замалчивать тоже не надо было, это неверно. Хотя могли воздержаться и те, которые озвучили, могли бы озвучить после 9 мая, это было бы корректнее. Ее озвучить не до 9 мая или 9 мая, когда она вышла? 
Ю. Афанасьева: 7 мая.
Ю. Шлемензон: Воздержаться в эти дни от озвучивания этой информации. Я бы ее точно выдал в эфир после 9 мая, что мы и сделали, не до. До 9 мая этой информации не было бы.
Ю. Афанасьева: Чтоб не портить людям праздник?
Ю. Шлемензон: Да, чтоб настроение не портить. Не главе района, а жителям. 
Ю. Афанасьева: Хорошо, спасибо за вашу точку зрения. Я знаю, что есть тема, на которую вы бы сами хотели поговорить, кроме моих вопросов. Это тема общедомовых расходов, которыми вы недавно занялись вплотную. Юрий Львович пришел с собственной квитанцией на оплату ЖКХ в эфир. Расскажите, пожалуйста, о конкретно вашей ситуации.
Ю. Шлемензон: Ситуация такова, что общедомовые расходы стали в 2014 году резко расти. Если привести пример, то по последней платежке общедомовые расходы на холодную воду в нашем доме составили 50% от общих расходов. Если расход 638 кубов, то общедомовые расходы – 270. Перегрев, я так думаю. Когда я стал изучать этот вопрос, выяснил, что государственная дума была озабочена проблемой общедомовых расходов. В 2013 году постановлением №344 нашего премьер-министра были введены некие ограничения на общедомовые расходы. Они гласили о том, что, во-первых, общедомовые расходы не могут превышать начисления по нормативам. Мы сами знаем, что нормативы «потолочные». Люди, которые стремились работать по индивидуальным счетчикам учета, и это правильно, так во всем мире и делается, они сейчас потратились на установку, платят по счетчику. Я могу привести пример, вот конкретно платежка лежит. Я должен платить за холодную воду 40 рублей 86 копеек, а общедомовые расходы плюсом 54 рубля. Даже больше, чем я затратил. На 100%. Есть такой пункт - водоотведение. Постановлением №344 с 1 июня 2013 года запрещено к общедомовым расходам относить водоотведение. Поэтому я считаю, что граждане могут обратиться к своей обслуживающей организации или в прокуратуру, которая об этом уже знает, и потребовать перерасчет с 1 июня 2013 года по сей день, если начисляются общедомовые расходы на водоотведение. 
Ю. Афанасьева: На самом деле, не все об этом знают и не все находят время на то, чтобы копаться в законодательной базе.
Ю. Шлемензон: Есть еще общедомовые расходы на электроэнергию. Чем пользуются наши добропорядочные службы, которые нас обслуживают? В связи с тем, что есть счетчики, считающие электроэнергию у вас на лестничной площадке освещение, лифты, отдельные дома оборудованы насосами. Если снимать с них показания, то можно по основаниям счетчика через общую площадь производить оплату. Что же делают наши мудрые организации, которые нас обслуживают? Они говорят: у вас нет общего счетчика, который включает и все ваши личные счетчики плюс этот. У нас же есть индивидуальные счетчики. Они говорят: еще должен быть счетчик, который вообще все в целом считает, а в противном случае мы будем считать вам только по нормативам. Сами знаете, что нормативы это дело такое…
Ю. Афанасьева: Они все завышены. 
Ю. Шлемензон: У нас есть комиссии, которые проверяют эти нормативы. Но когда посмотришь близко эти затраты, которые включаются в эти нормативы, много возникает вопросов.
Ю. Афанасьева: То есть вы имеете в виду, что эти общие счетчики вовсе необязательны?
Ю. Шлемензон: По требованию обслуживающих организаций. Если вы хотите, чтобы вам считали нормально – ставьте еще один дополнительный счетчик. Хотя раньше их никто не ставил. В некоторых новых домах появляются.
Ю. Афанасьева: Это законно или нет?
Ю. Шлемензон: По тем документам, которыми они пользуются – да. Эти документы появились в 2013 году. Чтобы счетчик этот поставить – надо все зациклить, все счетчики на него свести. А это дополнительные немалые затраты на коммуникации. 
Ю. Афанасьева: Я предлагаю на этом прерваться. Я напомню, это «Особое мнение» главного редактора телекомпании РЕН-Киров Юрия Шлемензона. Сейчас мы уходим на рекламу и очень скоро вернемся.
РЕКЛАМА
Ю. Афанасьева: Мы возвращаемся в эфир. Это «Особое мнение» Юрия Шлемензона, члена общественной палаты Кировской области, главного редактора телекомпании РЕН-Киров. Юрий Львович, я предлагаю продолжить вопросом парковок в городе. Недавно мои коллеги в этой же студии в эфире программы «Разворот на бизнес» обсуждали вопрос наличия, а точнее отсутствия в городе муниципальных парковок. Я бы хотела спросить, какое решение этого вопроса видите вы? 
Ю. Шлемензон: Юлия, я хотел вам задать вопрос. А где они должны быть? Какие такие места? Цель парковки – разгрузить обочины, в том числе и дворы. У нас такие места, где скопления транспорта, есть?
Ю. Афанасьева: А подземные парковки?
Ю. Шлемензон: Подземные парковки – это хорошая вещь, дорогостоящая. В  каком районе есть интерес к этим парковкам? Куда приезжает много автомобилей, которые нельзя запарковать. 
Ю. Афанасьева: Центр города.
Ю. Шлемензон: Это улица Московская одна.
Ю. Афанасьева: Это улица Карла Либкнехта, улица Энгельса, улица Московская.
Ю. Шлемензон: То есть по Театральной площади. Можно сделать подземную парковку, и тогда все будут все равно в центре ехать. Парковка должна быть не в центре. Если мы хотим разгрузить центр – пользоваться общественным транспортом.  
Ю. Афанасьева: Вы имеете в виду, что центр города закрыть для автомобилей? 
Ю. Шлемензон: Не закрыть, проезжать можно, но не стоять. Можно подъехать, пассажиру выйти, и машина должна уехать.
Ю. Афанасьева: Подъехать, высадить жену с ребенком, и уехать. 
Ю. Шлемензон: Потом ее же забрать. В определенных местах, конечно, парковки нужны. Решит ли это ситуацию? Похоже, раз в других городах это решает ситуацию. Наверное, это верное решение, что они должны существовать. Они есть не только подземные, есть еще и наземные многоэтажные. Но для этого нужно место.
Ю. Афанасьева: Коллеги в этой студии обсуждали еще вопрос муниципальных платных парковок. Скажите, пожалуйста, лично вы готовы платить за право постоять пару часов где-нибудь в центре?
Ю. Шлемензон: Я думаю, что правильно. Раз во всем мире платят. Или я должен на велосипеде приехать, или пешком, в том числе в правительство области. Правительство имеет парковки во всем мире, рядом с ним парковки организованные. Я когда езжу в Европе и ищу не платную парковку, я стараюсь у муниципалитета запарковаться, там как раз это возможно в дневное время, если места есть. Можно поставить машину и спокойно уйти. У муниципалитета есть парковочные места бесплатные.
Ю. Афанасьева: Надо запомнить всем, кто ездит. Я не знала, на пример.
Ю. Шлемензон: В Европе пользовался таким делом не один раз. Это не всегда бывает удобно по месту, куда тебе надо добраться, но то, что у муниципалитета есть определенное количество парковочных мест, удобно. Я не знаю, куда машины ставят сотрудники муниципалитета, но их там намного меньше. У самого муниципалитета есть места для инвалидов, на которых у нас во многих местах ставят машины. Как приедешь в «Metro» - 6 парковочных мест, они первыми заняты. Самое посещаемое инвалидами место – это «Metro» или  «Jam Молл». Крутая машина стоит на месте, где должны парковаться инвалиды.  
Ю. Афанасьева: Скажите, пожалуйста, Юрий Львович, на платной парковке, какая бы сумма была для вас приемлемой в час?
Ю. Шлемензон: Я думаю, что она сопоставима с другими городами. Москва – это отдельная страна. 
Ю. Афанасьева: Москва – это отдельная история.
Ю. Шлемензон: Я думаю, что парковка должна 10-20 рублей стоить. 
Ю. Афанасьева: 10-20 рублей в час?
Ю. Шлемензон: Иначе ее образование не будет иметь смысла.
Ю. Афанасьева: Блогер Роман Орловский пишет в твиттер: «Предлагаю всех пересадить на велосипеды».
Ю. Шлемензон: Для того чтобы всех пересадить на велосипеды, надо еще больше денег тратить. Надо велопарковки, велодорожки, безопасность обеспечить. Мы же не Голландия, где люди цивилизованные, даже премьер-министр ездить на работу на велосипеде. Не каждый день, но ездит.
Ю. Афанасьева: Хотела бы я еще об одной инициативе поговорить. Инициатива городской администрации. Сейчас готовится проект реконструкции привокзальной площади. В частности, собираются решать вопрос о сносе рынка. Вы согласны с такой постановкой вопроса?
Ю. Шлемензон: Да, согласен. Хотя я очень люблю рынки. 
Ю. Афанасьева: Чем там мешает рынок?
Ю. Шлемензон: Он не мешает, он просто безобразный. Во всем мире рынки используются с утра до обеда. Потребитель должен самую свежую продукцию, произведенную в регионе или привезенную в регион, употребить до обеда. Нигде рынки после обеда во всем мире не работают. Иногда, бывают в азиатских странах ночные рынки. Я когда приехал в город Киров и как дурачок приперся, как обычно, к 6 утра на рынок – там одни сторожа ходят. Я уже привык к этому, поэтому на рынок в 6 утра не хожу. Хотя, бывая в других странах, мне люблю посещать рынки, мне нравится атмосфера, запах.
Ю. Афанасьева: Вы считаете, что он должен быть более цивилизованным?
Ю. Шлемензон: Они должны быть чистые, организованные, должны иметь доступ для местного производителя. Главное - местный производитель, который торгует на рынке.
Ю. Афанасьева: На наших рынках так и есть, разве нет?
Ю. Шлемензон: Там частично присутствует продукция местных производителей. Частично, поверьте мне. А так – она завозная в основном. Вы были на рынке у вокзала? 
Ю. Афанасьева: Честно говоря, очень давно.
Ю. Шлемензон: О качестве продукции судить – я не говорю, что она 100% плохая, бракованная, - но когда она квасится там сутками, мест хранения цивилизованных там нет практически, отдельные холодильники и морозильники есть. Но не в таком виде рынки должны существовать, у нас же не 90 год. Посмотрите на другие города, которые вокруг нас, я не говорю про Москву. Но рынки все имеют цивилизованный вид. Идеальный порядок, чистота, они светлые. Хотя буржуи, которые в Европе, у них рынки уличные. Есть национальный рынок один, 2-3 по районам, но в основном используются уличные рынки: они приехали, отторговали, если овощная продукция – с прилавков, то мясная – с тонаров, такие автомобильчики с холодильниками, где прилавки готовые есть, они выпускаются в Российской Федерации. У нас тоже на таких торгуют. Они отторговались в 12 часов, крайний срок – 2 часа дня, все разъехались, площадь убирается, люди вечером там гуляют. Это происходит в центре города.
Ю. Афанасьева: Мне кажется, наш роспотребнадзор сошел бы с ума, если бы это увидел.
Ю. Шлемензон: Роспотребнадзор давно бы сошел с ума, зайдя в любое кафе или ресторан. А пожарники вообще бы застрелились, не заходя даже туда.
Ю. Афанасьева: Раз мы заговорили о местных товаропроизводителях, у нас осталось мало времени, и я хочу коротко успеть обсудить: на неделе прошла закупочная сессия «Магнита», и местные товаропроизводители, как обычно, жаловались, что им трудно попасть на полки. Эту дискуссию мы все уже знаем. Я хотела о другом спросить. Несколько лет назад в нашем городе не было ни одного федерального ритейлера. С приходом Никиты Белых они все-таки появились в области. Как вы считаете, появление федеральных торговых сетей в нашей области пошло в плюс, в минус? Оцените как потребитель, вы же туда тоже ходите.
Ю. Шлемензон: Я хожу только в один магазин, в «Магнит» не хожу принципиально, потому что там не все так хорошо. Я заходил в «Магнит» несколько раз, но больше я туда ходить не буду. Я хожу в «Metro», хотя у нас были магазины до прихода «Metro», в которых были интересные продукты. На улице Ленина был магазин, который закрылся, на улице Карла Маркса был «Персона» - закрылся. Я хожу в этот один магазин. Иногда в «Глобус». А то, что пришли сети – это конкуренция, это хорошо, наверное. А то, что они стараются торговать продукцией зарубежных производителей – это плохо.
Ю. Афанасьева: Мы с вами как потребители от этого выиграли или проиграли? 
Ю. Шлемензон: Я думаю, что мы все же выиграли, потому что часть продукции, которую приходилось везти из Казани или еще откуда-то, которой просто в Кирове не было – сейчас есть. Свежая овощная продукция есть на прилавках круглосуточно. 
Ю. Афанасьева: В нашей родной кировской торговой сети тоже всегда все это есть. В чем выигрыш?
Ю. Шлемензон: Не все есть, ассортимент различен, поверьте мне. Так как сам готовлю, точно знаю, что ассортиментом отличаются магазины, притом значительно. То, что есть в «Глобусе» - нет в «Metro», то, что есть в «Metro» - нет в «Глобусе», например. Про «Магнит» для меня вообще закрыта тема, не хочу обсуждать. Очень крупный ритейлер, который занят выбиванием денег и ничего более. Кому-то нравится.
Ю. Афанасьева: На этой же сессии глава департамента сельского хозяйства Алексей Котлячков высказал претензии по поводу качества продукции. Вы согласны с этим или нет?
Ю. Шлемензон: Согласен, поэтому в «Магнит» и не хожу. Меня качество продукции в «Магните» совсем не удовлетворяет. В «Metro» иногда есть проблемы, но их намного меньше там, частичные проблемы. А «Магнит» для меня – табу.
Ю. Афанасьева: По поводу местных производителей на полках федеральных торговых сетей. В переговоры с сетями включился Никита Белых, включился департамент сельского хозяйства, только местные производители до сих пор с сетями бьются. Как вы считаете, что же все-таки нужно сделать, чтобы попали наши продукты на полки в большом количестве?
Ю. Шлемензон: Это очень сложный вопрос. Во многих регионах есть эта проблема. Но это только решается, если это возможно, политическим путем.
Ю. Афанасьева: То есть волевым решением?
Ю. Шлемензон: Да, должен найти руководитель, как это сделать. Хотя, это не его функция. В какой-то мере и его, но в целом – нет. Хотя с сетевиками борются везде. Это крупнейшее лобби в нашей стране, у ритейлеров корни не только российские.  
Ю. Афанасьева: Кировская область не уникальна в этой ситуации? 
Ю. Шлемензон: Нет, не уникальна. Бывает и хуже. У нас хоть молочная продукция попадает, бывает мясная. В некоторых регионах вообще ничего не попадает.
Ю. Афанасьева: Хорошо, Юрий Львович, у нас закончилось, к сожалению, время. Я благодарю вас за этот эфир! Я напомню, что у меня в гостях был главный редактор телекомпании РЕН-Киров и член общественной палаты Кировской области Юрий Шлемензон. Спасибо вам большое, всего доброго и до свидания!
Ю. Шлемензон: До свидания! 


Комментарии (0)


Создание и продвижение сайта