Пленум с Еленой Шмулевич от 13.05.14

Видео 14:34, 30 марта 2018 417 0

Ведущая: Елена Шмулевич
Гости: Марина Созонтова, Светлана Медведева
Тема: Женщина и власть: нужны ли они друг другу?



Печатная версия передачи:


Е. Шмулевич: Здравствуйте, в эфире «Пленум», и я с удовольствием представляю моих сегодняшних гостей. Это Марина Сергеевна Созонтова и Светлана Владиславовна Медведева. У нас сегодня девичник, и тема соответствующая. Мы говорим о женщинах во власти, о том, нужны ли они во власти и почему их так немного, и нужна ли эта власть. Надо сказать, что эта проблема такого политического гендерного неравенства актуальная для большинства стран, культур, религий и т.д., то есть это не российская проблема. Единственное, что ситуация складывается очень неплохо в таких странах, которые живут хорошо. И если я до сих пор хотела сказать, что они, наверное, поэтому живут хорошо, что у них женщины во власти – это Швеция Норвегия, в основном, северные страны, страны с самым высоким уровнем жизни, то теперь я не уверена. Может быть, просто потому что у них так все хорошо, поэтому они лояльны к женщинам, нет мужского шовинизма. Мы об этом поговорим, потому что вам как раз что сказать, есть, чем поделиться. Предварительно, чтобы понять мнения, мы начинаем с «Гласа народа». У нас есть опрос, который записан на улицах о том, что люди думают по поводу женщин во власти, нужны ли они, достаточно ли их и почему их немного.
Что могут мужчины, чего не могут женщины и наоборот?
- Мне кажется, нет в современных условиях такого, чего кто-то не может. Женщины могут всё, и мужчины могут всё.
- Женщины в отличие от мужчин могут красиво одеваться, изящно двигаться.
- Наверное, женщины в силу их менталитета, безусловно, более ответственны, и своих подчиненных воспринимают как детей.
- У мужчин лучше выстроено логическое мышление, они более последовательны. Женщины бывают чаще более эмоциональны.
Способна ли женщина управлять городом, областью или страной?
- Способна, безусловно.
- Я думаю, что способна женщина управлять.
- Есть же примеры яркие – Ангела Меркель.
- Я думаю, что да. Матвиенко
- Ирина Хакамада.
Как вы думаете, достаточно ли женщин в наших органах власти?
- Думаю, что нет.
- Думаю, да.
- Сколько есть. По половому признаку точно не нужно палки в колеса вставлять.
- Как должно быть, так оно и является. Поэтому, наверное, достаточно.
Кто или что мешает женщинам приходить во власть?
- Сами женщины не могут себе этого позволить, очевидно. Никто не мешает и ничто.
- Связи, наверное.
- Мне кажется, внутренняя готовность самих женщин. Если бы они активнее были, возможно, они большее количество мест занимали.
- Мужчины, может быть семья.
Вы бы хотели, чтобы нашим городом или области управляла женщина?
- По крайней мере, не имею ничего против. Не скажу, что очень хотел бы. Не с чем сравнивать.
- Я думаю, что нет. Не будем рисковать.
- Мне не принципиален этот вопрос. Не пол, а компетенция.
- Почему-то нет. Слишком много проблем. Жалко ту женщину, которая придет к власти.
Е. Шмулевич: Жалко ту женщину, которая придет к власти. Хотят ли женщины во власть? У некоторых это удается, у вас, например.
С. Медведева: По поводу того, хотят ли женщины во власть: кто-то, наверное, хочет. На своем примере скажу, что очень не хотела. Когда пришлось принять такое решение, на слабо взяли, ответила «да» с третьего раза. Две недели ревела. Конечно, никто не видел.
Е. Шмулевич: Это тяжело?
С. Медведева: Это тяжело, представляла, какой это вал проблем, какие придется принимать непопулярные решения. Было грустно, страшно.
Е. Шмулевич: А пацаны ведь не ревут, насколько я знаю. Это отчего происходит? От того, что они уверенней в себе? Марина Сергеевна, как вы думаете?
М. Созонтова: Мне судить немного по-другому приходится об этом. Дело в том, что мой старший брат почти на 8 лет старше меня, и я росла среди мальчишек. Поэтому какой-то гендерный подход изнутри прошла и знала, что когда говорили «эмоциональные женщины»,  я эмоциональна была, и меня «на слабо» брали. Но это мне пригодилось – это естественный отбор. И когда мы говорим, почему кто-то во власти, я не знаю женщин таких, чтобы кто-то мечтал. У нас есть практика: обратите внимание, в школах всегда девочки впереди, они во всем участвуют, им это интересно. Я считаю, тут чисто психологически заложено, чтобы проявить активность, а потом немного уйти в тень. Тут только у одной в опросе прозвучало: семья. Я считаю, что женщины более ответственны. Не то, что они не хотят быть более активными или нет. Это будет говорить человек не очень хорошо разбирающийся в семейной жизни. Ответственная женщина, прежде всего, от того, какими станут ее дети. Это ее главное предназначение. Хорошо, когда рядом сильный человек. Но, к сожалению, факты, когда заслуженный работник или учитель, а лишен родительских прав. Если у тебя удается совмещать – хорошо, флаг в руки. Но если у тебя есть зыбкая почва, максимум, что ты должен сделать – это, во-первых, своим детям дать максимум, чтобы они себя реализовали.  А потом уже вместе с ними, то есть развиваться дальше.
Е. Шмулевич: Правильно ли я понимаю, что вы считаете, что женщина не может совмещать, условно говоря, заботу о детях и, например, ответственную работу? И если это так, то что мешает? У нас есть много бездетных женщин, и я бы не сказала, что ими полны наши органы власти. Давайте не забывать, что дети вырастают, и сильная мама не нужна. Она конечно, нужна, чтобы она была, чтобы с ней можно было поговорить, обсудить проблемы. Но такого трепетного внимания, как трехлетний малыш, ребенок 15, 16, 18, 28 лет не требует. 
М. Созонтова: Я говорю о том возрасте, когда формируется, когда ты ему нужен. Очень важно почувствовать. Когда ты себя навязываешь ребенку, это уже ошибка. А когда он в тебе нуждается и чувствует в тебе советчика, ты должен быть рядом в этот момент.
Е. Шмулевич: Вы думаете, что это наше решение?
М. Созонтова: Я не говорю о том, что это догма. Я говорю о том, что у многих не получается, у кого-то получается. Как говорят, флаг им в руки, когда это есть. Когда ты надежный, можешь в чем-то участвуешь, куда-то съездить, взять детей с собой, чтобы они тоже видели, что делаешь. Парашютным спортом занимаемся и с внуками прыгнули. Почему? Когда в старческом возрасте, что мы с парашютом прыгнули, скажут, как таких старух пускали? Надо, чтобы они видели, какой ты, что ты делаешь.
Е. Шмулевич: Что мешает городиться ребенку мамой-мэром, мамой-губернатором? Смотрите, что происходит. У нас соотношение мужчин и женщин мы знаем какое. Мужчин после 29 лет становится меньше. Это такой естественный отбор. Рождается мальчиков больше – 106 на 100 человек, если кто не знает. После 29 лет, к 30 годам их становится меньше. В целом на сегодняшний день, в России на 10 миллионов женщин больше, чем мужчин. Если мы раньше говорили, что семья – это ячейка общества, государства, всего, то надо предположить, что государство – это такое построение большой семьи. Что за семья, в которой одни мужики? Я стесняюсь произнести, что за странная такая семья? Нормальная, хорошая семья состоит из равновесия женского и мужского.
С. Медведева: В принципе, да. У меня семья - практически одни мужики, трое мужиков и я. 
Е. Шмулевич: Но без вас бы они, Светлана, не были семьей.  
С. Медведева:  Думаю, что да. Когда росли мои дети, я еще не была руководителем, но, например, такая профессия как тренер, связана с тем, что приходится очень много времени отдавать работе и много сил отдавать чужим детям. Своим явно этого не хватало. Спасибо моей маме, что она в каких-то технических моментах подставила мне плечо. Вы правы абсолютно в том, что не всегда количество времени, потраченного на воспитание важно, важен фактор участия, личный пример. Для моих мальчиков оказалась важной моя жизненная позиция, всегда активная. Они, глядя на это, выросли нормальными людьми, и я ими горжусь.
Е. Шмулевич: Я хочу понять: женщины не хотят во власть или их не пускают? Женщин там должно быть больше на ваш взгляд или достаточно того, что есть? Эти три губернатора на всю Россию женщин из 80 регионов. Это нормальная ситуация?
С. Медведева: Я не думаю, что не пускают. По крайней мере, со всеми, кого я знаю, все, кто ставил себе задачу какого-то карьерного роста, при этом сумел соответствовать тем требованиям, которые непосредственно власть предлагает для того, чтобы туда попадать.
Е. Шмулевич: Это какие требования?
С. Медведева: В первую очередь, на сегодняшний день это профессионализм, определенные знания, умение принимать решения. 
Е. Шмулевич: Я не думаю, что женщинам этого не хватает.
С. Медведева: Женщинам этого хватает, но думаю, что никто не препятствует вхождению во власть. Скорее всего, женщины менее амбициозны, либо амбициозны где-то внутри себя и не стараются карьерный рост ставить во главу угла. Если предлагают какую-то должность, наверное, они, как правильно многие сказали в опросе, более ответственны и воспринимают своих подчиненных как детей. А когда тебе предстоит ситуация, в которой будет много детей, женщины всегда к этому относятся очень взвешенно, и поэтому нечасто это предложение о занятии должности принимают. 
М. Созонтова: Я бы могла привести вот какой пример. В советский период, когда у нас руководителями хозяйства были в основном мужчины. Когда в 90-е годы все это рушилось, только те хозяйства оживали, где в конечном итоге вставали женщины. Это был край, когда знали, кто спился, кто ушел в свой бизнес, растащил и т.д., уже женщины брались, понимали, что надо впрягаться.
С. Медведева: Кто-то должен.
М. Созонтова: Женщины в большинстве своем не рвутся. Если рвутся – им нравится. Например, космонавты или в авиацию, потому что это удовольствие, это хорошо получается. Если мы говорим об учительской среде или медицине, предположим, можно разные сферы взять, работают профессионалы. Это так же, как на заводе инженер: ты выбираешь.  У одного хорошо получается работать с людьми, он идет по карьерной лестнице как руководитель, а второй просто идет в научную среду – изобретатель и т.д., у него голова работает в техническом направлении. У женщин такое же идет деление. Они сами выбирают для себя. Им интересно, получается, и если это замечено. Случайно зашла на какой-то сайт руководителей, женщин, которые жаловались исполнительной власти, почему мне сейчас проще, я в представительной власти. Большая разница. Когда там приходится наступать на себя, выполнять решения, которые ты внутри совершенно не приемлешь. 
Е. Шмулевич: Оспорить нельзя?
С. Медведева: Исполнительная власть не предполагает оспаривание.
Е. Шмулевич: Ты – начальник, я – дурак?
М. Созонтова: В этом отношении очень жестко. Когда в исполнительной власти это все наблюдается, человек должен себя ломать в чем-то. Готов ты себя сломить? Нет, если ты с этой структурой не готов. 
Е. Шмулевич: Получается, что мальчикам проще делать?
М. Созонтова: А мальчики думают, что должны зарабатывать. Он оклад получает, а каким путем – это никого не интересует. 
С. Медведева: У мальчиков одно полушарие работает одновременно. Он задачу выполняет и нечасто думает о том, как это выглядит со стороны, какие последствия за собой повлечет. 
Е. Шмулевич: В нашем правительстве было немного женщин на моей памяти. Это всегда финансовый отдел. На самом деле, самая тяжелая работа. Марина Сергеевна начала говорить про медиков, образования, вот мы профессионалы и мы туда идем. Я бы не сказала, что это выбор девочек, я бы сказала, что это навязанный выбор общества. Вот эти сестры милосердия, учителя. Мы растем в этой среде, у нас учителя – женщины, и это, между прочим, самые неблагодарные профессии с точки зрения материального обеспечения. Они, конечно, может быть, благодарные с точки зрения того, что воспитываешь детей, лечишь людей и спасаешь кого-то. Поэтому туда мальчики не идут. Получается, что женщина выполняет нелегкую работу, но получает за это куда как меньше. Я говорю сейчас только о политике. На моей памяти, в нашем правительстве было немного женщин, еще раз повторюсь – финансовый отдел. Светлана работала там. Потом какие-то уходят, почему вы там не приживаетесь? Что ломает эти отношения?
С. Медведева: Не знаю, почему не приживаемся. Всякие обстоятельства. Мое обстоятельство трудно назвать типичным.
Е. Шмулевич: Все эти истории, которые там происходят, не всегда приятные. Как вы считаете, они могли бы с мужчинами произойти?
С. Медведева: Легко. Просто мужчины их по-другому бы воспринимали и не факт, что более достойно, чем женщины. Но, допустим, если сравнивать какую-нибудь отрасль, которая на наших глазах управлялась и женщинами и мужчинами, думаю, что на культуре Луиза Борисовна Волохова была далеко не худшим вариантом. 
Е. Шмулевич: Это опять же культура, такая сфера, которая у нас финансируется по остаточному принципу.
С. Медведева: Когда по остаточному – тем сложнее управлять. Это очень непросто. В культуре еще куча заморочек творческих.
Е. Шмулевич: С одной стороны мы говорим о том, что женщины не всегда готовы брать на себя эту ответственность и власть, а с другой стороны, когда мы все-таки находим этих женщин, которые на себя это взяли, выясняется, что они взяли на себя самое трудное, самое неблагодарное с точки зрения вознаграждения. У нас тема родилась в связи с тем, что в Петрозаводске избран новый мэр – это женщина 34 лет, которая там за 3 месяца навела какие-то расчудесные порядки, разобралась с перевозчиками пассажирского транспорта и снизила цену чуть не в два раза на проезд в троллейбусе – это то, о чем нам говорят десятилетиями. Мы понимаем, что чудес не бывает, и что тарифы на проезд и коммунальные услуги могут только повышаться, они могут двигаться в одну сторону все время. А тут вдруг человек приходит и оказывается, что они могут двигаться в другую сторону.
М. Созонтова: Я бы не торопилась. Я посмотрела все материалы, и меня насторожило. Срок очень небольшой. То, что касается транспорта и то, что ей пока удалось волевым каким-то решениям, я всегда сторонница фактических – надо расчет делать. Что и как по цифрам растет, что там меняется, кто завершает. Меня насторожила такая фраза, что она собирается – у нас  в городской думе вопрос стоял о более эффективном использовании муниципальной собственности, – всё это хочет распродать: нужно избавляться, нужно продавать. Это то же самое, что у крестьянки. У нее швейная машинка и корова. Продать можно то и другое вмиг, получить что-то. Там инфляция не такая большая, у нас это еще быстрее. А дальше на что жить?
Е. Шмулевич: Если это активы, которые неэффективны, они не управляются.
С. Медведева: Это мы можем сейчас предполагать, но сам посыл однозначный. Может быть, недостаточно профессиональные журналисты подали эту фразу, у нее может, было какое-то развитие. Но когда так заявляют – а у нас тоже таких заявлений было немало, - они всегда у меня вызвали противодействие. Нужен очень четкий расчет, что выгодно, а что нет, и когда это пригодится. Мы уже с детскими садами прошли ситуацию, когда так вот пораскидали, и теперь можно в центре взять и вернуть, а там ушлые арендаторы и собственнички настроили других хозяйственных, и эту площадку уже нельзя под детские сады использовать. У нее очень много тактических шагов, я не увидела стратегию. Какое производство и что может дать, чтобы это работало на налоги и на бюджет города. О заработной плате она говорила, что очень низкое в дошкольном образовании и детских садах, за счет чего она собиралась повысить.  Мне очень трудно с эмоциями, я всегда приземляюсь и прошу цифр, динамику. Поэтому с журналистской точки зрения материалы несколько популистские.
Е. Шмулевич: Есть реальные результаты, которые можно предъявить. Я согласна, что надо еще копаться и разбираться – это одна история. Что касается зарплат в детских садах, раз уж вы, Марина Сергеевна, заговорили. Я считаю, что государство обязано их повысить. Мы доверяем воспитателям самое дорогое, что у нас есть. Это позорная зарплата. 
М. Созонтова: Елена, а вы знаете, сколько получает помощник воспитателя детского сада? Я такой вопрос задавала на всех уровнях. В прошлом году после повышения на 300 рублей – 2600, в этом году – 3200. Это ставка, а то же самое и в образовании, и в медицине. Когда мы говорим о МРОТ, так вы, извините, сделайте хотя бы этот. А если ставку делаем ниже, то есть вынуждаем человека работать больше, чем на одну ставку и отжимаем от него все. И учителя, и к врачу приходишь, когда у него вторая смена, думаешь: «а я-то еще ничего», помогать нужно участковому, как-то бы ее освободить от этого. Поэтому в этом отношении нельзя делить ни медиков, ни врачей в такие унизительные положения и говорить о том, что средняя зарплата в Североморске – там врачи все вышли на забастовку, потому что у них средняя зарплата была показана 33 тысячи, а фактически – 19. Не надо лукавства. 
Е. Шмулевич: Мы говорим: у нас нищие в детских садах? Может, вы знаете помощника воспитателя какого-нибудь. Если мы говорим о том, что мы готовы забрать ответственность в какие-то сложные времена, то эти сложные времена настали. И если мы говорим о том, что в странах с более или менее благополучной ситуацией с наличием в политике женщин, принимающих важные решения для всех людей – там прям здорово, жить приятно, то, например, там, где эта ситуация худшая – Таджикистан, например – вот же все наглядно. Значит, пора туда идти. Вопрос – как это обеспечить, как стимулировать женщин, тех, кто может?
С. Медведева: Тут какие-то стимулы сложно придумать. Соглашусь с тем, что женщины идут не за зарплату. Тут какого-то высшего порядка, какая-то миссия. Они идут, потому что считают должным пойти и сделать именно это.
Е. Шмулевич: Может, тяжесть эта работы, бремя власти, может быть сильно преувеличено специально, чтобы женщины боялись и не шли? Я не знаю ни одного начальника-мужчины именно во власти, не в бизнесе – в бизнесе тяжело, но тоже ребята не жалуются, - а чиновника, кому было сильно плохо, и он бы жаловался. Потому что можно уволиться, просто уйти. Но никто не уходит с этой тяжелой непосильной работы, на которую тебя привозят и увозят на служебном автомобиле. Никто же не умер. Может, просто напугали женщин, что это не по вам.
С. Медведева: Не думаю, что пугают. Просто женщина, глядя вокруг себя, примеряет на себя и взвешивает все. Поэтому не стремятся.
Е. Шмулевич: А не надо специально воспитывать девочек с какой-то направленностью, чтобы они не душили в себе эти лидерские качества. 
С. Медведева: Таких воспитывали в лидерских качествах, в амбициях. У меня бабушка была персональный пенсионер Кировской области, в войну была начальником хлебной группы города Кирова, в молодые годы – комиссаром полка, и всегда ставила передо мной задачу быть лучше всех. Она командовала всем своим двором и мечтала стать для меня примером. В плане того, что я должна все делать лучше всех и быть на виду – она этого достигла. Но в плане того, что я хочу возглавить управление спорта, она не достигла этого, потому что глядя вокруг на то, как мои коллеги и знакомые в исполнительной власти мучились, это непритягательно.
Е. Шмулевич: Вы там мучились?
С. Медведева: Исполнительная власть того уровня – руководитель направления ведомств. Это такая незавидная роль – уравновешивать желания низов и возможности верхов. Особенно, когда ты приходишь изнутри этой системы, и ты знаешь, как тяжело внизу жить и пытаешься договориться, убедить верха в том, что нужна какая-то помощь, увеличение финансирования, масштабные преобразования – очень незавидная роль, это трудно. Но зато, когда добиваешься результата, это ни с чем несравнимое счастье.
Е. Шмулевич: Когда мы говорим о каких-то сложностях работы женщин во власти, все время подразумеваем, что над ней еще куча народу. А если бы над ней была такая же женщина как минимум или вообще никого, то было бы проще? Я на мальчиков в этой ситуации смотрю. В них очень отлажена жизнь в этой системы. Он не может справиться – дает команду подчиненному. А вы зачем сами беретесь?
М. Созонтова: Мне, наверное, проще, потому что всю жизнь работаю в журналистике. Я всегда делала то, что хотела. Какой-то критерий работы в журналистике, текст, предположим, интервью, очерк или еще какой-то материал, и ведешь за собой и показываешь как. 
Е. Шмулевич: А потом вы были главным редактором, на вас свалились административные, хозяйственные проблемы.
М. Созонтова: Да. И в этом отношении я человек достаточно жесткий. Газета – это производство. Тут не просто хочешь или не хочешь. В театре постановки каждый раз по-разному. Газету ты не можешь выпустить на три четверти без куска текста. Хотя, некоторые и без текста выпускали. Поэтому это производство требует очень жесткой дисциплины. Всегда надо уметь отмечать людей, когда им удается не забывать об этом. Когда первоначально один на один беседуешь с человеком и понимаешь, что за проступок у него был, и если он не принимает решения, приходится гласно. В отношении жесткость – это воспитание. Меня тоже готовила мама. Мой дедушка был комиссаром железнодорожных мастерских. 
Е. Шмулевич: Вы обе это говорите и обе туда пришли, где в основном мальчики. В основном же девочек воспитывают так: «Ты же девочка! Куда же ты лезешь?»
М. Созонтова: Я не соглашусь. У меня сын и дочь. Но дочь стала инженером-геодезистом. У нас в семье никогда не было такого: раз ты девочка, то медицина или нет. Конечно, существует такой шаблон, но по своей семье я никогда не накладываю этот шаблон.
Е. Шмулевич: Это, скорее, исключение. Есть общее понимание женской миссии – сидеть и не высовываться. Не знаю, кому так удобно.
М. Созонтова: Иногда бывает мужьям удобно, иногда – начальству удобно.
С. Медведева: Мужьям точно удобно. Женщина, которая всегда на виду – проблема.
М. Созонтова: Сын, когда узнал, что я перехожу в сектор печати с телевидения, послал меня работать в другую организацию.
Е. Шмулевич: На этой оптимистической ноте мы прервемся на рекламу. 
РЕКЛАМА
Е. Шмулевич: В эфире «Пленум». Я напоминаю, что у нас девичник. Мои гости – Марина Созонтова и Светлана Медведева. Мы говорим о женщинах во власти, почему их недостаточно, по мнению некоторых или вполне достаточно. Мы почти пришли к выводу о том, что не то, чтобы нас не пускали, мы просто не хотим. Осталось понять, почему мы этого не хотим. Я вернусь к этой метафоре, которую привела в начале программы. Вот есть семья. Мы понимаем, что гармоничная семья – это там, где папа и мама имеют какие-то равные возможности и права. Пусть у кого-то в чем-то больше обязанностей, меньше прав. Такие семьи крепче, лучше, счастливее, светлее, от них лучше всем. По логике, как мне кажется, это женское и мужское начало должно быть уравновешено во власти. Есть вещи, которые мужчины по определению не понимают. Я приведу простой пример журналистский. Когда мы бились за горячую воду, то мужики вообще не в курсе есть ли она. Душ он холодный принял или где-то в баню сходил с пацанами – ему нормально. Посуду он не моет и может 2 недели не узнать, что нет воды. Если женщина возглавила это, то, по крайней мере, у нее была бы воля к победе. Я понимаю, что когда ты приходишь во власть и эту систему видишь изнутри, открывается много вещей, с которыми бороться сложно, и порой кажется, что невозможно, но однако, если есть желание это сделать… Давайте я так сформулирую вопрос вам обеим. Надо ли все-таки, на ваш взгляд, чтобы женщин было больше, и если да, то как это можно сделать? Как можно помочь туда прийти? Или их хватит?
С. Медведева: На мой взгляд, женщин должно быть больше. На самом деле, женщины более системные, ответственные и менее амбициозные, что на пользу делу. 
Е. Шмулевич: И вообще они добрее.
С. Медведева: Не всегда. В моем случае – доброта это для друзей. На работе проще быть конкретной и строгой. За дело похвалить, за дело поругать. 
Е. Шмулевич: Я не в отношении коллег и подчиненных, я говорю о расположении  к миру, о желании сделать жизнь в обществе лучше.
С. Медведева: Это правда. Эта миссия, которая возложена на женщину – любить, развивать, улучшать, - все равно присутствует, чем бы ты ни занимался.
М. Созонтова: Я бы с другой стороны зашла. У меня много проходит встреч в разных коллективах – мужских и сугубо женских. Когда выступает или идет на контакт женщина и показывает, что она может, как она мыслит и как действует, что предполагает стратегически, тактически, мы должны готовить общество к тому, что это за человек. Сегодня таких встреч нет. Я прихожу на встречу, мне говорят 40 минут и не больше. 2 часа людей не отпускают, тот же начальник забывает об этом. У нас не стало прямого общения. А в этом  человек очень проявляется, понимает: а ему можно доверять? А вообще женщинам можно доверять или нет? Посмотрите, кого нам сегодня показывают. У нас только мужчины на экране и блондинки. Это задача на уровне государства, политики. Женщину показывают дозированно. Поэтому если будет меняться политика, и женщин будут показывать, то будут думать: «а я ведь, наверное, тоже смогу». 
Е. Шмулевич: А как же, Марина Сергеевна, будет меняться, если пацанам хочется видеть гламурных блондинок, а те, которые не блондинки пусть берут пример и становятся гламурными, сидят дома, хлопают глазками, ну и вообще ухаживают за собой и радуют глаз, желудок и еще какие-то части тела. Собственно говоря, им ведь удобно. Их понять можно, у них понятная, грамотная позиция с мужской точки зрения. 
С. Медведева: Пацаны, власть предержащие в России, все-таки, наверное, не только на блондинок смотрят. Больше появляться женщин стало и в Государственной Думе, и в исполнительной федеральной власти.
Е. Шмулевич: Я как раз против блондинок ничего не имею. Я говорю о том, что им удобно, чтобы все были помягче.
М. Созонтова: Всегда говорят – избрали то, что заслужили. Этот процесс очень длительный. Туда загонят таких, каких удобно: и не высунется, и против не пойдет, и будет квоту выдерживать, а решать они. Когда эти встречи проходили в трудовых коллективах, потому что невозможно сегодня людей собрать, чтобы просто с ними пообщаться, ответить на вопросы, которые их волнуют -  у нас нет сегодня этого. Считается только через каналы та информация, которую сочтут, что она нужна в таких пропорциях и соотношениях. А люди не получают то, что хотят почувствовать. Скажут: «А слушай, у нас Петровна во как может. Петровна, давай-ка попробуем тебя в депутаты». Через это надо пройти, чтобы люди поняли.
Е. Шмулевич: У нас нет доверия к женщинам, правильно я понимаю?
С. Медведева: Доверия нет однозначно. Даже мои коллеги, которые в какой-то период были равными, потом подчиненными, сказали: «Мы твое назначение восприняли в штыки. Мы не верили, что баба можем управлять спортом. Сегодня мы благодарны тебе за все, что ты сделала, за то, что ты осмелилась сделать то, о чем мы мечтали, но не смогли». Действительно не верят. Есть стереотип, есть мнение, что женщина не сможет, не хватит характера, не хватит смелости.
Е. Шмулевич: А кто создает это?
С. Медведева: Это общественное мнение.
М. Созонтова: Установка идет сверху. А кто формирует общественное мнение, которые говорят: дозированно.
Е. Шмулевич: Я хочу сказать, что спасение утопающих – как известно. Пока мы не захотим что-то в этом смысле поменять. Я хочу сказать, что на самом деле, кроме благополучия общества и какой-то приятной жизни. Я ездила снимать на «Красный Якорь» и я  была просто потрясена. Там Галина Петровна Чистякова. Кто-то скажет, что эти клумбы, эти домики ничего не значат. Еще как значат! Люди заходят и как на праздник пришли. Можно, конечно говорить: пусть бы она сидела там каким-нибудь завхозом, тогда никто бы ей не дал никто это устроить для людей. Она может устроить только тогда, когда она директор. И кроме этого блага, которое женщина способна принести людям, которые вокруг нее, ближним или дальним. Я хочу сказать, что я видела женщин в Швеции, и они сильно счастливее многих других. Эта самодостаточность, установки, поменянные в обществе о том, что курица – не птица. Они выбирают мужей. Я познакомилась с тетенькой, которая в 58 лет вышла в четвертый раз замуж за 27-летнего мальчика, и никто даже не может ее за это осудить. Она выбирает. Нас воспитали так, что у нас списывают за каким-то возрастным пределом женщин, а мужики молодцы и они еще много чего могут. Я хочу сказать, что это меняет жизнь не только такую - благоустройство города, условно говоря, это меняет очень серьезно жизнь ментальную, социальную и т.д. И никто кроме нас этого не сделает. Надо просто подумать – как, откуда начать. 
С. Медведева: И осмелиться это сделать.
Е. Шмулевич: Давайте кого-нибудь выдвинем на выборы. Так просто пока. Между прочим, мэр в Петрозаводске была техническим кандидатом, как все говорят. Давайте какого-нибудь технического кандидата выдвинем и посмотрим, что с ней будет. Я благодарю наших гостей. Наше время в эфире подошло к концу. Это был «Пленум» и гости Светлана Медведева, Марина Созонтова. Спасибо вам огромное! По-моему, мы чудесно поболтали. 
С. Медведева: Спасибо!
М. Созонтова: Спасибо, всего доброго!




Комментарии (0)


Создание и продвижение сайта