Михаил Шевелев, главный редактор журнала "ТДТ"

Видео 14:34, 30 марта 2018 148 0

"Особое мнение" от 16.04.14

Михаил Шевелев:
"Разрешили квартиры приватизировать, все бросились приватизировать - деньги с неба упали. А потом, спустя годы, увеличили налог на имущество физлиц. И увеличили сразу в десятки раз, приводя к некоторой справедливости. Я уверен, что у законодателя сейчас есть ощущение восстановления некоторой справедливости. Но отсутствие правил игры приводит к формированию непонимания у предпринимательского сообщества..."


Печатная версия передачи:

Ведущая: Юлия Афанасьева

Гость: Михаил Шевелев

Ю. Афанасьева: На 101 FM программа «Особое мнение». Меня зовут Юлия Афанасьева. У меня в гостях Михаил Шевелев – главный редактор журнала «Товар-деньги-товар» и секретарь регионального комитета партии «Гражданская платформа». Михаил, здравствуйте!

М. Шевелев: Добрый день, Юлия!

Ю. Афанасьева: Я хотела бы начать сегодняшнюю программу с новостей федеральных, но коснется это всех. В налоговый кодекс России внесены изменения. Теперь бизнесмены, которые применяют упрощенную систему налогообложения, будут платить налог на имущество. Подписан документ 2 апреля, изменения вступают в силу через месяц. Как вы считаете, зачем это сделано?

М. Шевелев: Я полагаю, что тут нет какого-либо секрета. Необходимо наполнять бюджет местный, субъектов федерации и Российской Федерации. Если честно, я могу сказать следующее: необходимо вернуться в то время, когда мы вводили упрощенную систему налогообложения. Это начало 2000х годов, когда появились системы, которые позволяли достаточно просто организовать бизнес, в первую очередь субъектам малого предпринимательства. И что тогда произошло? Очень большой сегмент предпринимателей, людей, обладающих довольно серьезным имуществом, как минимум рыночной стоимостью до 100 миллионов рублей, получили вполне реальную льготу – не платить налог на принадлежащую им недвижимость, регистрируя ее на компанию, находящуюся на упрощенной системе налогообложения, вполне легально получая доходы. Они были освобождены от уплаты основного местного налога. Я подчеркиваю местного, по большому счету местный бюджет очень серьезно зависит от тех форм наполнения бюджета. Во все времена налог на недвижимость, на те объекты, которые неразрывно связаны с той территорией, где субъект осуществляет свою деятельность, это очень важно для местного бюджета. И по сути получили льготу. Я знаю очень большое количество предпринимателей, в том числе в нашем городе, которые пользуясь этой льготой, достаточно крупные, серьезные объекты не облагают налогом. В свое время, скорее всего, это было оправдано. Но, на мой взгляд, проблема заключается в том, что у нас отсутствует какой-либо прозрачный долгоиграющий, спланированный механизм принципа уплаты налогов, формирования налоговой базы, справедливого налогообложения. Налоговый кодекс является самым изменяемым кодексом по разным основаниям. И не всегда предпринимателям понятны правила игры. Все говорят о том, что происходит некое ухудшение делового климата, инвестиционной привлекательности. Многие люди понимают то, что достаточно долгое время был офшор, и сейчас он закрывается. Правда, я знаю, что ставки предстоит установить, но, тем не менее, система приходит в некое движение. Необходимо будет с балансовой стоимости и максимум с рыночной стоимости уплачивать налог на имущество. Весь процесс изменения налогообложения, правильность его формирования в долгосрочном периоде – хаотичный. Если бы это изменение было в силу какого-то последовательного приведения в некоторые заданные параметры, когда предпринимателю объясняют: переходим на такие-то правила игры, вы получаете это, мы ликвидируем вот это. Я думаю, что этот механизм мог бы быть принят. А у нас как получается: разрешили квартиры приватизировать. Все приватизировали, ничего не нужно платить, основной доход от продажи, с неба упали деньги. Потом долго не увеличивали налог на имущество физических лиц, а потом увеличили в десятки раз, приведя к некой справедливости. Я уверен, что сейчас у законодателей есть ощущение, что они формируют некую справедливость – люди, обладающие большим количеством имущества, в том числе недвижимостью, должны платить налог на имущество на той территории, где оно расположено, чтобы формировать инфраструктуру. Но отсутствие правил – почему это происходит именно сейчас – ведет к серьезному непониманию со стороны предпринимательского сообщества. У меня возникает недоумение. Об этом не говорили, или говорили не очень громко, а потом все очень быстро приняли. Это вызывает отторжение от действий властей и никак не ведет к повышению культуры налогоплательщика и уплачиваемости налогов. Такое немного сумбурное мнение, но оно основано на некоторой последовательности.

Ю. Афанасьева: Правильно ли я понимаю, что всё, что не доплатили государству в предыдущие годы, друзья, заплатите, пожалуйста, сейчас?

М. Шевелев: Про прошлые годы забудем, а вот с этого момента правила игры немного меняются. Этот офшор мы закрываем, соответственно, вы обладаете имуществом, недвижимостью, с этой стоимости вам необходимо будет платить налог на имущество.

Ю. Афанасьева: Вы сказали, что основная цель - пополнение бюджета, как федерального, так и местного. Как вы считаете, добьется ли законодатель своей цели, потому что когда нашего русского человека прижимает, мы что делаем? Зачастую находим. Добьются ли целей?

М. Шевелев: Нужно учитывать, что параллельно идет реформа местного самоуправления. Существует сейчас серьезный законопроект, который серьезно меняет систему выборности мэров, меняет систему правил игры самого правления. На самом деле, самый большой упрек с точки зрения построения реформы местного самоуправления заключается в том, что на местном уровне отсутствуют реальные механизмы финансирования в достаточном количестве, чтобы этим самоуправлением заниматься спокойно, планово, долгосрочно. Если бы эти процессы были взаимосвязаны: вы платите налог на имущество, мы формируем налоговую базу, с другой стороны мы даем местному самоуправлению возможность больше принимать решений, полномочий, связанных с благоустройством той территории, с обустройством той жизни в том городе, в котором вы живете, это было бы как-то более понятно. Но ведь об этом никто не говорит. Поэтому, сказать о том, что русский предприниматель поймет и пойдет на встречу, скажет: «да, мы сейчас будем все платить», я далек от этого. Нужно будет определить рыночную стоимость. А это процедура очень непростая и длительная, будет очень много споров. В судах будет крайне большое количество споров о том, сколько на самом деле стоит недвижимость.

Ю. Афанасьева: Можно иметь старый гараж, но этот гараж будет стоять в центре города.

М. Шевелев: Я полагаю, что в соответствии с нашими принципами, этот старый гараж и будет самым дорогим объектом, который должен будет облагаться по хорошим ставкам. Доказать, что он является некоммерческим гаражом, будет очень проблематично. Очень много проблем будет именно в связи с тем, что такие действия должны быть последовательными и продуманными. Они должны лежать в какой-то парадигме существования вообще всей налоговой системы. Более того, я бы сказал, что если бы эта система государством была выстроена, она могла бы быть воспринята очень позитивно всем сообществом. Не надо было бы нам придумывать какие-то большие геополитические процессы, а можно было бы заниматься тем, что вот у нас есть очень серьезная реформа, мы будем жить вот так. Давайте здесь увеличим налоги, здесь, может, чуть снизим давление, здесь снизим барьеры, здесь увеличим, но за счет этого появятся ресурсы там. И вы сможете существовать немного по-другому. Это другого качества диалог, но я думаю, что мы к нему придем. У меня есть убеждение, что все, что происходит, так или иначе, меняет отношение к окружающему миру. Повышение налогов тоже не может быть бесследным, без последствий. Оно все равно каким-то образом приведет к тому, что изменится предпринимательский ландшафт.

Ю. Афанасьева: У вас своя аудиторская компания, вы главный редактор журнала. Изменения, касающиеся упрощения, вашего бизнеса коснутся?

М. Шевелев: Конечно, коснутся. Я должен сказать, что компания у нас небольшая, но если брать компанию, то ее в меньшей степени коснется, потому что она еще своим офисом не обзавелась. Но если брать мою деятельность как предпринимателя, то объект недвижимости есть. И так или иначе мне необходимо лично выстраивать свою политику. Могу сказать, что я больше готов к тому, чтобы платить налог. Я больше готов к тому, чтобы взаимодействовать по конкретным проектам в том городе, в котором я живу. Я больше готов к тому, чтобы понимать: чтобы в нашем городе что-то появилось, необходимо для этого три составляющих: идея, люди и деньги. Если мы говорим про какие-либо объекты, которые не всегда являются экономически эффективными, тогда мы однозначно говорим, что этими проектами люди занимаются в качестве альтруизма, вкладывают свои деньги, но тем не менее, стремятся к тому, чтобы в городе эта жизнь была. У нас немало таких проектов, которые реально являются с одной стороны некоммерческими, с другой стороны являются очень важными с культурной точки зрения для нашего города, с третьей стороны, явно требуют определенных финансов.

Ю. Афанасьева: Хорошо, Михаил, вы со своими деньгами готовы расстаться. Как вы считаете, сильно ли это ударит по предпринимателям?

М. Шевелев: Это ударит. Проблема в том, что это ударит внепланово. Сильно или не сильно, но больно. К этому нет готовности, в первую очередь, психологической. Большинству предпринимателей в этом сегменте, которые не просто живут на ренту, но которые работают, занимаются производством, торговлей, но торговлей, которая не приносит доходности, то есть в очень конкурентной среде. Для них будет очень сложно найти новые источники, резервы для того, чтобы оставаться на плаву. Очень многие из них живут на пределе рентабельности, в пределах некоего уровня выживания, когда достаточно людям деньги заплатить, рассчитаться по долгам и чтобы чуть-чуть осталось себе. В этом очень непросто существовать. У нас предприниматели не всегда те люди, которые стремятся стать богатыми, обеспеченными людьми. Очень часто наши предприниматели – это те, которые идут в бизнес от некой безысходности или от выбора формы жизни, когда есть желание заработать, прокормить себя и свою семью. Это принципиальная разница. Плох тот предприниматель, который не мечтает стать монополистом. У нас таких, к сожалению, очень немного.

Ю. Афанасьева: Почему к сожалению?

М. Шевелев: К большому сожалению, мы перешли в капитализм, но в большинстве своем мы остались образованными, работающими. Я могу сказать, что у нас очень много людей, которые умеют делать своими руками, думать головой. Но уметь делать деньги – это совершенно специфический дар, который впитывается с молоком матери и со сказками, которые рассказывали. Может быть, у нас это поколение появится, но явно после нас.

Ю. Афанасьева: Готовясь к нашей программе, я зашла на сайт партии «Гражданская платформа», которую вы представляете в Кировской области, в поисках новостей, и увидела на сайте петицию. Партия призывает гос. думу отказаться от принятия законопроекта, который дает силовикам право возбуждать дела по налоговым преступлениям без участия самой налоговой. Я знаю, что на сайте эта петиция «висит» достаточно давно, собираются подписи, сейчас там 11 тысяч. Как вы считаете, насколько реально заставить передумать гос. думу?

М. Шевелев: Вопрос реальности мало чего решает. Нужно думать о том, насколько реально бороться за права, бороться с тем подходом к предпринимательству, который существует со стороны контрольных органов. Ведь за этим стоит достаточно благое начинание. По большому счету, есть желание сформировать систему, при которой будет поставлен некий заслон рейдерству. Под этой благой миссией это законодательное новшество пытаются ввести. С другой стороны, проблема на сегодняшний день в том, что наши процедуры с точки зрения налогово-доказательной базы, то есть проведение проверки, доведение до логического конца каких-либо налоговых правонарушений, дают очень серьезные возможности для защиты налогоплательщиков. И это хорошо. Именно эти возможности сейчас и оберегаются, в том числе данной петицией. Может быть, можно сделать систему проще: тот, кто не платит налоги, тот, кто не несет ответственности перед государством за то, что ему предоставлена возможность заниматься предпринимательской деятельностью, он должен быть наказан. За экономические преступления должны быть самые суровые санкции, потому что экономические вопросы являются на сегодняшний день даже по политике. Самые эффективные меры, которые сегодня возможны, это меры экономической борьбы. Также вопрос в том, каким образом они будут воплощаться в жизнь. Когда есть требование от вышестоящих органов: вот тебе задание, вот тебе план, и ты должен этот план отработать, – он так или иначе будет приводить к тому, что люди, которые не виноваты и не знали о том, что они виноваты, могут реально попасть за решетку и лишиться всего, что они зарабатывали.

Ю. Афанасьева: Вы сказали, насколько реально бороться. Мы поняли, что бороться реально. Есть механизм, сбор подписей, ей собирают под петицией. Считаете ли вы, что будет результат? Например, соберем 100 тысяч подписей, будет тогда результат?

М. Шевелев: Вода камень точит. Вопрос: не будет ли поздно, когда этот результат будет. На сегодняшний день, в той ситуации, в которой мы находимся, результат однозначно будет. Сейчас у нас самый большой дефицит людей, которые готовы брать на себя ответственность, готовы делать дело не благодаря, а вопреки. У нас количество предпринимателей хорошего уровня не растет. Если мы оглядимся в родном городе, то много ли новых имен, новых предпринимателей, хорошего уровня? Их очень немного.

Ю. Афанасьева: Сложно у нас заниматься предпринимательством?

М. Шевелев: Не только у нас. Город Киров является среднестатистическим городом.

Ю. Афанасьева: Я имела в виду в России.

М. Шевелев: Успешный бизнес – прямой источник успешного хозяина, прямой шаг следующего развития. Если ты можешь справиться с бизнесом, можешь зарабатывать и обеспечивать работой, достатком семьи, которые у тебя работают, то ты можешь и больше, можешь обеспечить работой город и область. Я не понимаю, как этими шагами, которые демонстрируются по отношению к предпринимательству, получить кадровый резерв, который занимается развитием нашего будущего. Он для меня нелогичный. Максимум, к чему мы можем прийти, это то, что предприниматель хочет сказать: «гори все синим пламенем, буду я чиновником».

Ю. Афанасьева: Или уйду я в тень.

М. Шевелев: Или в тень, или еще каким-то образом, закрою предприятие, буду жить на ренту. Это самое худшее, что может произойти. Потенциал человека, способного делать дела меняем на то, чтобы он все купировал, получил некую возможность ренты.

Ю. Афанасьева: В Кировской области стартовал форум «Предпринимательство на Вятке». Бизнесмены формулируют список своих требований, просьб, пожеланий к власти, а чиновники по мере возможности стараются это выполнить. Лично у вас есть какое-то требование, просьба, пожелание? Что нужно поменять, какой нужен законодательный акт, порядок действий?

М. Шевелев: У меня лично к чиновникам пожеланий нет. Я привык рассчитывать на собственную силу. Есть одно пожелание: необходимо сменить парадигму поддержки предпринимательства с варианта «раздавать рыбку», то есть раздавать деньги и перевести это в режим «давать удочку». Кировские предприниматели приезжают из Германии и рассказывают, как подходят к ним и предлагают открыть производства – это за пределами нашего понимания. Ему сразу же предлагают готовый, упакованный цех с количеством электроэнергии и с количеством ресурсов, которые избыточны для его производства. Готовы предоставить различные льготные условия для того, чтобы он выдержал определенные параметры: «ты производи и продавай, а мы тебя обеспечим». Там ценность другая: работай, ищи идеи, а мы позволим где-то это делать. У нас, к сожалению, если говорить про стандартные промпарки, они до сих пор не появились. Сколько мы про них говорим, как мы о них не мечтаем. Это в том числе кроется и в том, что не относятся чиновники к этому процессу как к поддержке предпринимательства. Относятся как к чему угодно: как к требованиям сверху, некоторым возможностям освоить бюджетные средства, к тому, что

это просто необходимо, это у всех есть, а у нас нет. Но не к тому, чтобы поддержать.

Ю. Афанасьева: Я знаю, что в Кирове, прежде чем помочь, проводили исследования, самих предпринимателей спрашивали: «Чем вам помочь?». Отвечали: «Дайте деньги, лучше грантом, чтобы возвращать не надо было».

М. Шевелев: Как вопрос поставлен, так ответ и получен. Не учите меня жить, помогите деньгами.

Ю. Афанасьева: Как надо было поставить вопрос?

М. Шевелев: Понимаете, эти исследования… Что значит «Вам помочь?». Я издаю журнал. Как мне можно помочь? Мне можно помочь тем, чтобы все средства массовой информации находились в равных условиях. Независимо от того, кто выпускает и о чем журнал. 3000 тираж – получи субсидию. Как молоко сдал – получи вот столько-то. Это невозможно. Рекламой сам занимайся, с рекламодателями разговаривай сам. Если берем аудиторскую деятельность. На год контракт дать что ли? Это не разговор. У меня аудиторская компания. Для меня важны условия одинаковых подходов ко всем компаниям. Для меня важен рынок, который необходимо ограничить от интервенции каких-то московских компаний, которые серьезно забирают наш рынок. Если наши чиновники готовы в этом направлении помочь, я буду готов часами разговаривать в этом направлении. Когда касается элементарных вещей: давайте вы будете делать адекватные заказы, когда количество часов, которое предъявляет проверка, будет соответствовать ставке. Сразу все заканчивается. Предлагаете проверку за 250 тысяч, а мне за 35 приходит готовое дело. Просто нужны хорошие условия, где труд и качество ценятся.

Ю. Афанасьева: Нам надо прерваться. Это «Особое мнение» Михаила Шевелева.

РЕКЛАМА

Ю. Афанасьева: Это «Особое мнение» Михаила Шевелева, главного редактора журнала «Товар-Деньги-Товар» и секретаря регионального комитета партии «Гражданская платформа» в Кировской области. Давайте продолжим. Недавно чиновники отчитались о доходах за 2013 год. Никита Белых заработал чуть больше 2 миллионов, новый зампред Роман Антонов оказался самым богатым – 13 миллионов рублей в год. Как журналист, следите ли вы за этими отчетами: кто и сколько заработал, потратил?

М. Шевелев: Нет.

Ю. Афанасьева: Как, вам не интересно?

М. Шевелев: Не интересно. Если эту ситуацию разбирать, необходимо погружаться в нее. С точки зрения журналиста интересно журналистское расследование. Оно интересно в тех аспектах, когда поставлена цель, задача, научный интерес, проверка гипотез. Если брать декларации наших чиновников, то они достаточно просты, скупы. Продали имущество, получили зарплату. Как правило, они дивидендов не получают, доли переданы в доверительное управление либо родственникам, либо дружественным компаниям. Исходя из этого анализировать некоторую успешность применительно к дополнительной деятельности, находясь на службе у народа, не совсем интересно, правильно, и в общем-то для чего? Есть единственный момент в этом – он связан с коррупцией. Если анализировать доходы чиновников, то всегда должен стоять вопрос: на какой машине ездит, какие покупки совершил? Почему он может себе это позволить? Если брать страны развитые или те страны, в которых уровень жизни привлекает наших граждан, то там есть один нюанс: там контролируются не доходы, а расходы. У нас до сих пор эта поправка не ратифицирована на федеральном уровне. Сколько мнений я слышал, полагаю, что с существующей думой ,никогда не будет ратифицирована. Это самый элементарный способ: спросить – и получить ответ. «У вас дача в Майами? Поделитесь историей успеха». На сегодняшний день ценность в богатстве. Чем человек богаче, тем он считается успешней. Андрей Леонидович сказал: «Человек успешный – это тот, который много успевает». А у нас, к сожалению, эта категория успеха другая. Человек, который успел больше получить. У него дача, квартира, машина, отдых и т.д. Список очень простой. Поэтому мне не интересно заниматься тем, чтобы анализировать структуру доходов. Гораздо интересней брать расходы и то, почему у нас не ратифицируют. Если ты честно заработал деньги, это не только твой успех, это успех той страны, в которой ты смог сделать. Тогда это можно тиражировать, рассказывать, на этом примере появится новое поколение предпринимателей. А сейчас даже пример успеха тяжело показать.

Ю. Афанасьева: В прошлом году, если не изменяет мне память, добровольно отчитались о расходах некоторые чиновники: Никита Белых, Михаил Курашин. Если в этом году произойдет это самое, будете анализировать, сопоставлять?

М. Шевелев: Могу сказать, что эта открытость всегда симпатична. Но можно в любой открытости найти подвох.

Ю. Афанасьева: Если уж на то пошло, то в чем угодно можно найти подвох.

М. Шевелев: Я не хотел бы придумывать сейчас ситуации, но это стремление к публичности и открытости, к тому, чтобы показать, что я веду себя прозрачно и порядочно – видно невооруженным взглядом: в ежедневной деятельности, в текстах, которые человек пишет, в поступках. Эта открытость вербально видна. Я как аудитор с точки зрения открытости считаю, что это – высшая ценность. Разум плюс открытость дает возможность принимать решение очень ценные, и они практически всегда воплощаются в жизнь. Чем больше таких людей будет, которые показывают, чем они живут, чем владеют, тем больше шансов на то, что мы будем заниматься склоками, а мы просто будем делать и стремиться, чтобы у нас было не хуже.

Ю. Афанасьева: Аудитор и журналист… Термоядерная смесь.

М. Шевелев: Сам удивляюсь.

Ю. Афанасьева: Я еще хотела поговорить вот о чем: фонд развития гражданского общества недавно опубликовал рейтинг эффективности губернаторов. Никита Белых в нем улучшил свои позиции на 4 сточки, он по-прежнему где-то в середине. Михаил, как вы считаете, нужны ли такие рейтинги и кто придает им значения?

М. Шевелев: Однозначно, рейтинги нужны. Нужно смотреть, как он составлен, но я не думаю, что там есть какие-то подвохи. Вопрос в том, если бы Никита Юрьевич возглавлял бы, например, Свердловскую область, у него бы рейтинг был бы автоматически выше. Если Московскую – еще выше. Это вопрос сослагательного наклонения. Реально мы имеем то, что имеем. Вопрос – когда рейтинг составляется из раза в раз одинаково, тут можно отследить динамику: успехи, неудачи. Я считаю, что это даже для самого респондента, который подлежит исследованию, очень важно. Очень сложно оценить себя со стороны. Когда тебя оценивают, есть смысл задуматься: а что за это время было сделано хорошо, плохо, правильно, неправильно? Тем более, там есть показатели, которые позволяют увидеть свои упущения. На посту любого руководителя ты не можешь идеально повышать свой рейтинг по всем существующим позициям. Где-то выигрываешь, где-то проигрываешь. Сказать относительно места ничего не могу.

Ю. Афанасьева: Вот эти 4 строчки, на которые он поднялся, насколько они важны в перспективе грядущих выборов?

М. Шевелев: Я думаю, что это погрешность. Если бы это было 40, тогда бы мы ощутили это с вами, выходя на улицу. Думали бы: «Вот это изменения произошли!». Это погрешность, которая является текущей и не является кардинальной. С позиции выборов вы оцените эти 4 строчки рейтинга. Насколько они итого увеличили рейтинг популярности Никита Юрьевича среди избирателей Кировской области. Вообще считаю, что там близко к нулю.

Ю. Афанасьева: Я бы хотела коротко за 3 минуты рассказать вот что: все партии готовятся к выборам. Какая предвыборная работа у вашей партии?

М. Шевелев: Я знал, что мы не обойдем тему губернаторских выборов, тем более интрига есть относительно места и кандидата партии. А я подумал еще: у нас от «Единой России» нет кандидата на сегодняшний день.

Ю. Афанасьева: Вы же сами говорили, что все ждут.

М. Шевелев: Мы понимаем, что это выборы федерального уровня. Я в данном случае полагаю, что большинство партий, за исключением коммунистов, на сегодняшний день занимаются тем, чем занимаемся мы: аналитикой и сбором информации, что происходит и каким образом стороны готовятся к нашему будущему. Это предстартовое состояние очень соответствует информационно-предварительному этапу.

Ю. Афанасьева: Вы проводите опросы, собираете экспертные мнения?

М. Шевелев: Да.

Ю. Афанасьева: Почему про «Единую Россию» заговорили?

М. Шевелев: На сегодняшний день время идет, а расклад сил не меняется. Это кому-то выгодно. Еще знаете как бывает в бизнесе: доли рынка поделены ровно. Есть такие ситуации, когда эти комбинация из двух-трех игроков может существовать длительное время. Возможно, одна из таких комбинаций появляется в Кировской области, когда есть определенное противостояние, и больше никто не желает входить на этот рынок. Я не считаю, что Кировская область такой популярный объект, что стать губернатором и продемонстрировать все свои лучшие качества – это предел мечтаний, мечта всей жизни. Это далеко не самый последний аргумент позиции того, что у нас столько кандидатов и от каких партий.

Ю. Афанасьева: Я поняла вас. У нас, к сожалению, заканчивается время. Ждем июня, когда вы, наконец, представите в нашем эфире имя и фамилию кандидата от вашей партии. Я напомню, это было «Особое мнение» Михаила Шевелева. Всего доброго и до свидания.

Комментарии (0)


Создание и продвижение сайта