Олег Прохоренко, главный редактор газеты "Бизнес Новости"

Видео 14:34, 30 марта 2018 895 0

"Особое мнение" от 11.02.14

Олег Прохоренко:
«Что касается последствий аварии в Нововятске... Людей всё-таки постепенно надо приучать страховать свои риски. Понятно, что это дополнительные траты, но государство в результате всё равно не сможет возместить ущерб...»

Печатная версия передачи:

Ведущий — Владимир Сметанин

Гость — Олег Прохоренко

В. Сметанин: Здравствуйте, в эфире программа «Особое мнение». Меня зовут Владимир Сметанин. Как обычно, «Особое мнение» — это всегда два голоса в эфире, но одно особое мнение. И сегодня мы услышим мнение главного редактора газеты «Бизнес-новости» Олега Прохоренко. Олег, добрый день.

О. Прохоренко: Добрый день всем.

В. Сметанин: Традиционно напоминаю, что на нашем сайте echokirova.ru есть не только аудио, но и видеотрансляция эфира. Вообще, на сайте много всего интересного, в том числе там есть форма для того, чтобы вы могли задать вопросы гостям «Особых мнений». Заходите, если есть желание, задайте вопрос прямо сейчас. Сразу же переходим к темам, их у нас сегодня много. Начнем с темы, которая обсуждается на протяжении нескольких дней, начиная с 5 февраля, когда это событие случилось. Я имею в виду аварию на ж/д переезде в Нововятске. По последним данным, создана комиссия по подсчету убытков.

О. Прохоренко: Да, комиссия, состоящая из представителей муниципальных властей, областных властей, представителей МЧС и Горьковской железной дороги.

В. Сметанин: Сейчас люди будут пытаться установить, какой нанесен ущерб. Там более 80 гаражей, два жилых дома, другое имущество. Людей туда не пускают, все оцеплено сотрудниками полиции. Ты накануне там побывал...

О. Прохоренко: Был вчера вечером на встрече, которая состоялась в ДК «Россия». Геннадий Плехов, глава Нововятского тер. Управления, вел это совещание, встречу с жителями — не было свободных мест, люди стояли в проходах. Хотя 80 объектов имущества, человек было 150, наверное, как минимум. Меня удивили некоторые вещи... Скорее даже не удивили. Как это обычно у нас происходит — люди спешат оформлять свое законное право на имущество. Понятно, что на автомобили у всех документы есть на руках, и те, у кого они пострадали, подают документы, оценщик оценивает, сколько тот или иной автомобиль такого года выпуска мог стоить, и человек получает сумму возмещения от страховой компании железной дороги. То, что касается имущества недвижимого, что касается гаражей, которые там стояли — далеко не у всех были оформлены права собственности, далеко не у всех есть документы на руках. Поднимали руки — человек десять всего готово на сегодняшний день представить документы о том имуществе, которое у них было. И здесь возникает проблема, потому что гаражи большей частью снесены, даже те, на которые не упала непосредственно цистерна, они были снесены позавчера. Идет зачистка территории, зачистка грунта, естественно, убирают все. Представитель железной дороги Сергей Овчинников заверил, что то что оставалось, было задокументировано, составлена схема. На следующий день, 6 числа, когда пустили рабочую группу на эту территорию, эти гаражи были сфотографированы и задокументированы — это то, что осталось. Большая трагедия, на самом деле, для людей — потерять недвижимое имущество, и еще потом доказывать...Но, к сожалению, у нас пока гром не грянет, мужик не перекреститься, моя хата с краю, может, ничего с ней не случиться, но тут вроде гаражи стоят на отшибе, не у дороги, но вот случилось.

В. Сметанин: Как думаешь, насколько честно будут возмещаться эти убытки, насколько объективной будет эта оценочная экспертная комиссия?

О. Прохоренко: С одной стороны, очень сложно людям будет доказать, если нет документов на руках, найти перфораторы, сварочники, колеса, которые у них там стояли... Что еще хранится в нас в гаражах? Лыжи, старые газовые плиты, машины. Может, им рыночная цена и копейка, но для людей они какую-то стоимость представляли и я не думаю, что они получает моральное удовлетворение от той суммы, которую им выплатят, и, самое главное, что смогут доказать, что у них все это было. Могут появиться люди, которые скажут: у меня там было три комплекса колес, пойди докажи, что они там не стояли. Я думаю, что железная дорога, так как это по ее вине произошло, на сегодняшний день склоняются к тому, что колесная пара была неисправна, они постараются минимизировать репутационный ущерб и выплатить справедливо людям за то имущество, что у них есть. Опять же людям нужно будет подтвердить сам факт наличия этого имущества.

В. Сметанин: Может, не платить, а отстроить заново эти объекты?

О. Прохоренко: Вчера, после этого совещания, я разговаривал с людьми. Резонный вопрос был у жителей — нам бы землю предоставили. Понятно, что на этом месте строить гаражи нам уже возможности не дадут, если даже выдадут сумму, ну и что эта сумма? Другое дело, если бы выделили землю, и на деньги за возмещение построили новехонькие гаражи, во это была бы поддержка. Может быть, есть смысл прислушаться, есть смысл действительно восстановить. По разговорам, меньше всего ущерба нанесено ямам, в которых хранятся овощи — то есть, ямы не пострадали. Видимо, в качестве бомбоубежища они все-таки хороши, даже когда цистерны по ним прошлись — буквально только две-три ямы вскрыты были, все остальные запечатаны. Может быть, внутри все расплавилось, может, овощи пострадали, но сами ямы остались целёхоньки.

В. Сметанин: А нет такого разговора, что все может заглохнуть? Просто заглохнет, и все, никто не получит никаких компенсаций — как у нас с домом, на который кран упал — уголовное дело прекращено, виноват ветер. И тут тоже будет, что ветер виноват, так подул, что рухнули эти цистерны, и все.

О. Прохоренко: Я не думаю, что это произойдет, потому что тогда будет шум действительно громкий. РЖД — это не та структура, для них репутационный ущерб будет гораздо больший от этого резонанса, если люди будут возмущаться. У нас открытое информационное общество. Лучше по справедливости возместить ущерб, который был нанесен людям. Понятно, что будет пересматриваться, будет уточняться, по чьей вине, по какой причине это все произошло. Но то, что уже оценочная комиссия начала работать, уже начали принимать население в Нововятском районе — процесс этот будет небыстрый, понятно, что возмещение будет нескорым. Я просто поставил себя на место этих людей — есть у меня гараж, имущество, которое я могу хотя бы тысяч за триста продать, думаю, и в одночасье я его потерял. Как быть? А у меня еще не оформлено право собственности, но я был в гаражном кооперативе, из третьих рук этот гараж, машину там оставил — она сгорела. Сейчас я никоим образом не замешан в этом, я не виноват, что у меня там этот гараж находится, что в нем машина стояла. Поэтому с точки зрения властей, с точки зрения железной дороги, нужно сделать так, чтобы по минимуму обременить людей документальной волокитой и по максимуму объективно возместить ущерб, который был нанесен.

В. Сметанин: Кстати, городская администрация уже на протяжении нескольких лет ведет эту информационную работу, постоянно предупреждает владельцев этих гаражей, которые незаконно построены — убирайте их, мы будем сносить, ничего вам не светит, все равно придется рано или поздно что-то с ними делать.

О. Прохоренко: К сожалению, пока гром не грянет, пока не случится что-то подобное, человек не думает о последствиях. Помню, даже были войны, когда принудительно сносили гаражи, построенные без разрешения. Сначала предупреждали по-хорошему, вешали объявления, но ведь люди, приобретавшие их, тоже на что-то рассчитывали, скорее всего, перекупали из третьих рук, не думали никоим образом, что окажутся в незаконной постройке и деньги, которые они заплатили, будут пущены на ветер.

В. Сметанин: Живем одним днем — такая беда, такой принцип.

О. Прохоренко: И со страхованием так. Когда нынче затопило Дальний Восток, оказалось, что изрядная часть имущества не застрахована. Я, честно говоря, не страхую свое жилье, может быть, это не правильно, потому что всякое может случиться, даже в нашем спокойной регионе. Постепенно людей нужно приучать к тому, что нужно страховать свои риски. Понятно, что это дополнительная трата, но в результате государство все равно не сможет обеспечить всем возместить тот ущерб, который может нанести природная катастрофа.

В. Сметанин: Да, живем одним днем, но все-таки давай мы с тобой попытаемся заглянуть в день завтрашний, может, даже в послезавтрашний по части цен на топливо — тема, которая меня очень волнует, тебя, как автомобилиста, тоже. Очень много информации поступает в последнее время. Такое ощущение, что в очень ближайшем будущем произойдет резкий скачок цен на нефть, потому что с начала года, по официальной информации, резко возрос экспорт нефти за рубеж, в связи с этим может создаться дефицит топлива внутри страны. Экспорт увеличился, потому что упал курс рубля — нужно большие объемы продать, чтобы те же самые деньги получить. Буквально накануне президент Союза нефтепромышленников России Геннадий Шмаль высказался за то, чтобы у нас, в России, существовал социальный норматив на бензин — определенное количество литров, которое выдается одному автомобилисту по низкой цене, а если этот лимит превысил человек, то плати уже с наценкой . У тебя какие ощущения в связи с происходящим?

О. Прохоренко: И система лимитирования, и система талонов могут привести в конечном счете к одному — к дефициту бензина. Люди с этими талонами будут ходить искать, где их отоварят. Я считаю, что это путь тупиковый, мы его уже проходили. Ты правильно сказал — нужно смотреть в будущее, смотреть в ту сторону, чтобы делать более экономичные автомобили, причем производить их внутри страны. Бесплатный сыр может быть только в мышеловке, и даже если будут лимитироваться какие-то талоны, социальные послабления для неимущих — причем неимущих очень условно, человек может отчитываться не по полным своим доходам, как мы понимаем, сложно будет определить, кто прав, кто нет, кто действительно неимущий, а кто просто показывает маленький доход. Лучше бы эти деньги в данном случае пустить на субсидирование процентной ставки по малолитражным автомобилям. К сожалению, «Ё-мобиль» у нас создан не был. Может быть, пустить на развитие сети автозаправочных на сжиженном газе. Есть у нас альтернативные виды топлива — то есть, каким-то образом находить в будущем перспективные способы развития экономики, которые дадут потом больший потенциал. Я был в Норвегии, в Осло, и с удивлением увидел огромное количество электромобилей — это было год назад. Маленькие автомобильчики, похожие на акул, в Норвегии сами для себя делают именно потому, что у них практически халявная электроэнергия для тех, кто ее производит. Если бы не надо вкладываться в строительство самих сооружений, потому что у них большое количество водопадов, на них ставят гидроэлектростанции и производят огромное количество недорогой электроэнергии. Тем самым они улучшают экологию, развивают свою промышленность - какие-никакие, но автомобильчики у людей пользуются спросом. Розетками на улице можно подзаряжаться бесплатно, у домов, понятно дело, «мотает», но за меньшую стоимость. Тоже перспективно, почему нет? Конечно, у нас другие климатические условия, но можно в эту сторону тоже думать. Водород — есть топливо, у нас производится био-топливо, то есть, нужно думать туда, а не вводить талоны. Мы уже десять раз проходили и каждый раз удостоверялись, что это неправильно. Это тупиковый временный путь.

В. Сметанин: Вот ты Норвегию упомянул — по последним данным, в Норвегии сейчас самый дорогой в мире бензин. 95-ый в переводе на рубли порядка 80 стоит.

О. Прохоренко: Да, но у них и самый высокий в Европе, я думаю, уровень доходов населения, причем уровень безработицы тоже самый низкий в Европе. Все люди трудоустроены, у всех приличный уровень зарплаты, но если ты еще хочешь экономить, ты покупаешь электромобиль. Конечно, на нем не погоняешь быстро, но это средство передвижения. На нем можно перевезти семью, можно перевести какой-то груз и для них организованы отдельные парковки — то есть, инфраструктура создана. Туда, куда на автомобиле заехать нельзя, на электромобиле — пожалуйста, заезжай, паркуйся. Если мы начнем в эту стороны думать...Понятно, что велосипедный транспорт нам не совсем «катит» - климат не тот, но менять виды топливо, удешевлять его, делать двигатели, которые потребляют меньшее количество топлива — это делать можно.

В. Сметанин: Хочу еще «добить»: у нас огромная газонефтедобывающая страна, мы постоянно толкаем на запад эту нефть, получаем эти нефтедоллары, а самих жителей внутри страны, россиян, ущемляем, постоянно повышаем акцизы...

О. Прохоренко: Владимир, нужно понимать, что это палка о двух концах: если у нас высокие налоги на добычу природных ресурсов, которые закладываются в стоимость бензина, это значит, что эти деньги потом распределяются неимущим пенсионерам, у которых и автомобиля, может быть, и нет, а в виде пенсий — слава богу, они у нас выплачиваются вовремя и не такие уж нищенские, по крайней мере, превышают минимальный уровень достаточности для жизни. Поэтому если убрать эти нефтедоллары, то мы «просядем» по социалке и такие объекты, как Олимпиада, станут для нас невозможными.

В. Сметанин: Что меня еще улыбнуло — предложение Геннадия Шмаля о создании сети заправок для малоимущих граждан. Сама формулировка — по-моему, малоимущие граждане у нас автомобили иметь не могут, потому что содержание автомобиля — достаточно дорогая штука.

О. Прохоренко: Малоимущие — это кто? Это люди, у которых на душу населения приходится меньше минимальной оплаты труда. Так вот, малоимущими могут быть многодетные семьи — почему нет. Они зарабатывают, у них есть автомобиль, потому что нужно перевозить семью, но если рассчитать на каждого в отдельности, то семья вроде как оказывается не очень сильно «имущая». Поэтому здесь идет речь не только о действительно бедных, но и о тех, кто социально не защищен, а туда попадают, например, многодетные семьи.

В. Сметанин: Я напоминаю, что это особое мнение Олега Прохоренко, главного редактора газеты «Бизнес-новости». Давайте с масштабов страны снизимся до размеров нашего города. Хотелось бы поговорить о нестационарных торговых объектах. Накануне рекомендация Минпромторга появилась, разосланная во все регионы — не сносить киоски при утверждении новых схем размещения нестационарных торговых объектов. Ну что, это конец борьбе, все будет хорошо?

О. Прохоренко: Я бы не спешил с выводами. Понятно, что Ассоциация защиты прав предпринимателей, которую возглавляет Валерий Николаевич Туруло, празднует победу, но пока это лишь рекомендательное письмо Минпромторга по регионам, пока оно не обязательно к выполнению, только лишь планируется внести изменения в ряд федеральных законов о торговле, чтобы действительно «застолбить» место за этим видом торговли. Есть одно «но». Я сам, как потребитель, если честно, давно ничего не покупал в киоске, в ларьке. Максимум, может быть, это ларьки, которые торгуют специализированно продуктами питания, какие-то мини-рынки, на которых стоят тонары — там да, есть необходимость, есть возможность приобрести у производителя качественный продукт. Ларьки, которые раньше торговали пивом и сигаретами, сейчас отказались от пива все, от сигарет частично, я сомневаюсь, что в прибыль они работают. Скорее всего, они сами либо закроются, либо перепрофилируются. Я всегда был сторонником того, что человек либо уходит с рынка, либо он перепрофилируется на тот вид товаров, который востребован. Не надо лишать потребителя возможности приобрести в киоске и не надо лишать работы самих киоскеров таким искусственным способом. Наши городские власти понятно почему это делают — надо, чтобы город становился современнее, преображался в цивилизованный вид. Есть страны Запада и Востока, в которых ларьки как факт реальности присутствуют, там торгуют самой разнообразной снедью, газетами и журналами, сигаретами, какими-то хот-догами, и они имеют право на существование, поскольку в них есть потребность у потребителя. В некоторых городах им придана определенная форма, и она в течение десятилетий, может быть, даже столетий, неизменна. Эти ларьки уже становятся такой малой архитектурной формой, изюминкой этих городов. Надо думать в эту сторону, смотреть, чтобы киоски органично вписывались в городской ландшафт и выполняли свою социальную в том числе функцию, чтобы человеку было не нужно ради какой-то мелочи бежать в большой гипермаркет и стоять в очереди. Главное — урегулировать эти процессы. Я считаю, что в любой конфликтной ситуации есть возможность выхода, нужно просто постараться ее найти, прийти к общему знаменателю, не ставить барьеры, не ставить плотину, а путем переговорных процессов найти «золотую середину», ситуацию «win-win», когда обе стороны удовлетворены, плюс еще потребитель скажет спасибо.

В. Сметанин: До перерыва хотелось бы еще одну тему обсудить и проанонсировать, потому что тема еще не получила широкой огласки. Речь вот о чем — об управляющих компаниях и ресурсных организациях. На днях сообщили жители Ленинского района нашего города, что в их домах появились объявления о том, что оплачивать «коммуналку» нужно по тем квитанциям, которые формирует и рассылает расчетный информационный центр, и не нужно оплачивать квитанции, которые, возможно, будут приходить от «Кировских коммунальных систем», то есть, заводу. Я вчера созванивался с представителями управляющей компании Ленинского района и с пресс-службой ККС. В пресс-службе заявили, что есть такие планы — рассылать напрямую квитанции за оплату воды, и якобы это законно с их позиции, представители же управляющей компании настаивают на своей законности, что все в порядке, они действуют по правилам. Вот, столкнулись они лбами...

О. Прохоренко: Опять же, как потребитель скажу: мне абсолютно без разницы, кому я плачу за воду, тем более, что тарифы унифицированы для всего города. Естественно, мне удобнее платить по единой квитанции — в квитанции, где есть и тепло, и вода, и прочие услуги — уборка общих помещений, вывозка мусора, скоро еще капремонт. Одна квитанция лучше, чем десять. То есть, с точки зрения потребителя, не хотел бы получить еще какие-то дополнительные квитанции. Это вообще ни в какие вороты не лезет, когда начинают отыгрываться на потребителе. Вы между собой урегулируйте вопрос — кто прав, кто виноват, это суд, это какие-то другие инстанции... Не нужно потребителя вводить в заблуждение. Это все равно что «отрезать» потребителя ни в чем не виновного за то, что управляющая компания не платит ресурсоснабжающей организации. Потребитель тут причем? Есть прокуратура, есть какие-то методы взыскания средств, неустойки и так далее. Честно признаюсь, я глубоко не знаю этот вопрос.

В. Сметанин: У нас есть прецедент, когда кировские дома напрямую заключили договоры с ресурсоснабжающими организациями. Лично не общался с жителями этих домов, но по слухам они намного меньше платят, живут да радуются. Может, как-то эту тему развивать?

О. Прохоренко: Это опять же, вопросы с регистрацией гаражей и с организацией ТСЖ и жилищных кооперативов связаны. У нас активность граждан, жильцов пока еще очень низка. Пытались несколько раз искусственно создавать, приходим к одному и тому же — ответственности никто не несет. Должны найтись активные люди, которые скажут: хватит, я готов проявить активность, чтобы платить дешевле. И тогда все устаканится во взаимоотношениях управляющих компаний и ресурсоснабжающих организаций.

В. Сметанин: Управляющие компании просто исчезнут.

О. Прохоренко: Возможно, нужда в них пропадет, но для этого нужно, думаю, не одно поколение пережить.

В. Сметанин: Особое мнение Олега Прохоренко продолжится после небольшой паузы. Две минуты и мы вернемся.

Реклама.

В. Сметанин: Продолжается особое мнение главного редактора газеты «Бизнес-новости» Олега Прохоренко. Меня зовут Владимир Сметанин. Еще одна тема, которая прозвучала в нашем городе на прошлой неделе — члены профсоюза «Таксист» вышли на митинг. Они призвали к тому, чтобы был наведен порядок в сфере деятельности перевозчиков, чтобы работали только легальные такси, чтобы был наведен порядок с диспетчерскими службами, которые, не секрет, что находятся зачастую в других городах и рассылают заявки тем, кто хочет подработать в свободное время. На прошлой неделе у нас был эфир, посвященный этой теме, гостями студии были Егор Шабалин из «Гильдии таксистов», Максим Белов, руководитель этого профсоюза и Алексей Кузнецов, представитель Департамента дорожного хозяйства. Они сошлись на том, что давайте организуем что-то вроде акции «Пользуйся вятским такси!» по аналогии «Покупай вятское!». Будет общеизвестный распиаренный номер, там будут лицензированные водители такси, будут выдаваться чеки, будут соблюдаться все меры безопасности. Ответственность будет 100%-ная. Ты в чем видишь корень зла в этой теме?

О. Прохоренко: Мы вроде бы принимаем областные законы такси, правда, не сошлись в цвете, но, по крайней мере, такси должны быть оборудованы «шашечками», таксометрами и прочими атрибутами, должны иметь лицензию. На законодательном уровне все это сделано, но вот контроля нет. Я думаю, что здесь его и не будет до тех пор, пока сами легальные таксисты не начнут действовать. Я вижу это в форме патруля такси, как есть «Ночной патруль», который помогает отлавливать нетрезвых за рулем. Точно также, если таксисты заподозрили, что ездит нелегал с таким-то номером — сделали контрольный звоночек в Департамент транспорта или в транспортную инспекцию, или в полицию — нужна какая-то служба, которая не будет отслеживать, ведь за всеми не уследишь, но будет по крайней мере откликаться на звонки, вызывать людей, предупреждать их, что если еще раз вам засечем... Доказать бывает очень сложно — может быть, я просто подсадил пассажиров и подвез их за бесплатно, даже денег с них не взял. Но, может, человек все же задумается, раз контроль такой появится. Это первая возможность. Вторая — устроить несколько показательных судебных процессов с хорошим, реальным штрафом, чтобы это «проняло», чтобы люди задумались — может, действительно дешевле приобрести лицензию. Вчера прошла новость, что в Госдуму внесен законопроект, предлагающий ужесточение наказания за незаконный извоз. Создатели законопроекта предлагают накладывать на них штраф — 50 тысяч рублей за первое нарушение, в случае, если снова попадется — до изъятия автомобиля. Вот это уже серьезно. Важна не мера наказания, важна его неизбежность. В данном случае никто, кроме общественности, никто кроме людей... Вот заказываешь ты такси, едешь, а тебе говорят — нет таксометра, чеки не выдают.

В. Сметанин: Не говорят, если не спросишь.

О. Прохоренко: Спрашиваем, и отвечают, что нет ни того, ни другого. Извините, но я не поеду. Гражданам надо тоже свою активность проявлять. Этим мы и отличаемся от немцев, у которых настучать на соседа — это святое дело. Если он делает что-то не благое, пускает к себе квартирантов... Не только для немцев, для американцев тоже. У нас пока еще так: меня не касается, и слава богу, мне же дешевле, мне же проще. В результате оказывается, что эти нелегальные таксисты ездят на свой страх и риск, не отвечают за жизнь и здоровье пассажиров, не проходят медосмотры и техосмотры, и прочее. Лучше, безопаснее, и может, дешевле по чеку ездить на легальном такси. Но где они? Я не вижу.

В. Сметанин: Я знаю, что лет десять назад проблема решалась внутри этого сообщества. Когда этих служб такси было намного меньше, чем сейчас, я слышал неоднократно такие истории. Когда человек начинает по вечерам выезжать для заработка, он все равно попадается на глаза этим таксистам, и они его «подприжмут» на дороге, поговорят с ним, чего это он хлеб у них отнимает.

О. Прохоренко: Тем более, тогда еще нет было таких жестких законов. Теперь же законы есть, и припугнуть — раз плюнуть, просто сказать, что такой вот товарищ с таким-то номером таксует. Доказать сложно, но предупредить и каким-то образом его одернуть вполне можно, почему нет.

В. Сметанин: Остается у нас несколько минут. Мне хотелось бы перейти к «детской» теме, так ее назовем. Две темы, одна прозвучала на прошлой неделе на заседании правительства Кировской области. Зампред правительства Дмитрий Матвеев предложил учредить в нашем регионе День ребенка, и для повышения демографии предложить делать подарки семьям, у кого дети родились именно в этот день. Например, автомобили. Как тебе идея?

О. Прохоренко: Идея бредовая, скажу сразу.

В. Сметанин: Не нужен автомобиль семье?

О. Прохоренко: Я просто представил... Там предлагается второе воскресенье декабря. То есть, во второе воскресенье марта все массово занимаются любовью, устраивают соревнования, и во второе воскресенье декабря — кому-то повезло, кому-то нет... Те, кому не повезло, начинают ненавидеть и жестко завидовать тем, кому достанется пусть не автомобиль, но стиральная машина. Это неправильно. Соревнования на рождаемость устраивать точно не надо, и тем более назначать какие-то призы, потому что ребенок — это не бонус, точнее, не средство зарабатывания денег и машин. Это существо, которое и так долгожданно и ожидаемо. Если человек решил, он хочет его получить вне зависимости от того, есть такой праздник или нет, дают машину или нет. Более справедливо, если учреждать такой День ребенка, и если есть средства на подарки, благодарить тех родителей, у кого много детей в семье, причем не просто много, а эти дети еще воспитываются в хороших, благополучных условиях, становятся людьми, блестяще показывают себя в конкурсах, занимаются спортом. Есть медаль родительской славы, и так далее, то есть, поощрять нужно за полноценное родительство, а не за то, что ты родил ребенка в этот день. В этом смысле я

большой противник. Нужно создавать условия, тогда люди будут рожать, это всем прекрасно понятно. Если мы решаем проблему с детскими садами, скоро действительно трехлеток всех можно будет в детские сады нашей области устраивать — слава богу, это действительно кого-то подтолкнет. На сегодняшний день у меня скорее удручающее ощущение, потому что снова подняли оплату за детский сад, за секцию, куда я вожу ребенка, и если в такой же размерности бы увеличилась зарплата, было бы, наверное, хорошо.

В. Сметанин: У меня еще предложение в довес предложению Дмитрия Матвеева — не только учредить День ребенка в Кировской области, но еще и сделать во второй день марта выходной. А, это и так выходной. Неспроста. Еще бы хотелось узнать твое мнение по поводу вот чего. Обсуждается на протяжении последних нескольких дней трагедия в 226 школе, когда десятиклассник по фамилии Гордеев застрелил учителя географии и сотрудника полиции. В частности, на круглом столе, который Общественная палата устраивала, главный психиатр России Зураб Кекелидзе предложил ужесточить контроль со стороны психологов, со стороны психиатров за детьми. Было озвучено предложение: давайте мы будем на учет к психиатру ставить ребенка с рождения. Собственно, что у новорожденного можно выявить?

О. Прохоренко: Почему я возражаю жестко? Психиатры, психологи — это дело хорошее,но лучше эти средства пустить на то, чтобы вернулась воспитательная функция учителя, чтобы учитель вел работу с родителями, как это было в прежние времена. Учитель ведь даже ходил по квартирам, по семьям, разбирался, встречался. Сейчас такой мизер дается на классное руководство учителям, заниматься времени приходиться много, в «выхлоп», что называется, минимальный. Нам нужно не последствия истреблять, нам нужно смотреть в корень, ликвидировать саму проблему, чтобы ребенок был охвачен любовью, заботой, воспитанием, чтобы он не шлялся, не болтался, в голове чтобы не появлялись всякие бестолковые мысли. Это все равно проявление воспитания, отсутствия, может быть, внимания со стороны родителей, со стороны учителей.

В. Сметанин: Кто, собственно, виноват в трагедии, которая произошла в московской школе?

О. Прохоренко: Я не знаю корни этой трагедии, но считаю, что здесь виноваты все мы. Я слышал версию, что ребенок не был обижен на учителя, просто захотелось...

В. Сметанин: «Захотелось увидеть смерть», как СМИ пишут.

О. Прохоренко: Да, просто что-то с головой случилось неладное. Понятно, что такие случаи будут продолжаться. У нас дети загнаны, перегружены информационным потоком. Мало того, что в школе, еще в Интернете, еще с друзьями — этот перегруз дает о себе знать, и психика ломается. Может быть, каким-то образом детей разгрузить, чтобы у них было уравновешенно физическое воспитание с воспитанием умственным.

В. Сметанин: У нас вопрос на эту тему проводился, почему дети становятся преступниками. Большинство проголосовавших выбрали вариант ответа, что родители виноваты в первую очередь. Согласен? Родители, у которых зачастую нет времени, которые постоянно на работе...

О. Прохоренко: Да. Самое ценное, что мы можем дать детям — это не какие-то материальные ценности, это наше внимание.

В. Сметанин: Да. Завершается программа «Особое мнение». Я благодарю гостя, Олега Прохоренко, главного редактора газеты «Бизнес-новости». Спасибо, всего доброго.

О. Прохоренко: Спасибо всем, всего доброго, хорошего дня.

Комментарии (0)


Создание и продвижение сайта