Олег Прохоренко, главред газеты "Бизнес Новости"

Видео 14:34, 30 марта 2018 162 0

"Особое мнение" от 23.12.13

Олег Прохоренко:
"...Население более или менее уже начали защищать от дурости коммунальных структур и управляющих компаний. Ну а сами управляющие компании... вообще еще никто ни разу не говорил, что им нужна защита, вроде как, сами разберутся..."


Печатная версия передачи:

Ведущая — Светлана Занько

Гость — Олег Прохоренко

С. Занько: В Кирове 13:06. Это программа «Особое мнение». Меня зовут Светлана Занько. Свое особое мнение сегодня будет выражать Олег Прохоренко, главный редактор газеты «Бизнес-новости». Здравствуй, Олег.

О. Прохоренко: Добрый день, Света.

С. Занько: Начнем со встречи Владимира Владимировича Путина со СМИ. Все, кто хотел, уже переслушал трансляцию, может, и не раз, кому было интересно, читали отзывы, дискуссии по этому поводу. Разобрали на цитаты, как обычно, нашего Президента. Я тебя хочу спросить вот про что: в «Бизнес-новостях» на прошлой неделе был большой материал, в котором в частности в приводили мнения экспертов о том, что бюджетные дыры в регионах, не только в нашем, а вообще в регионах, увеличили в том числе, чтобы реализовывать майские указы Президента. Этот вопрос тоже звучал на встрече Путина со СМИ, на что Владимир Владимирович сказал: «Конечно, реализовывать эти указы, особенно в условиях, когда экономика «присела», экстенсивным способом невозможно. Нужно действовать по-другому, нужно сокращать неэффективные расходы, нужно структурировать социальную сеть, социальную сферу и экономику, добиваться большей отдачи и тогда появятся ресурсы для реализации всех наших планов».

О. Прохоренко: Видишь, как интересно. Как раз во вчерашнем номере газеты вышло интервью с бывшим министром финансов Алексеем Кудриным. Я ему задавал вопрос, как быть регионам, когда большая их часть сидит в долгах — у кого-то 50%, у кого-то — 170% от годового бюджета долгов. Как раз одна из составляющих, почему эти долги появились — это выполнение майских указов Президента. На это Алексей Леонидович сказал однозначно, что необходимо несколько вещей предпринять, в том числе должны быть предприняты какие-то непопулярные решения, в социальной сфере в том числе. Не надо так резко повышать уровень зарплат в бюджетной сфере, потому что у нас производительность труда настолько не растет. Относительно увеличения социальных расходов он сказал, что нужно повышать эффективность. Я с трудом могу себе представить, как можно вообще повысить эффективность...

С. Занько: Труда в России?

О. Прохоренко: Бюджетных расходов, социальных расходов на малоимущих, на здравоохранение. Но, наверное, возможно. Хотя уже очень много копий было сломано, и сокращением ФАПов, и сокращением малокомплектных школ, и каждый раз это натыкается на волну недовольства, потому что школа уходит из маленького села-поселочка, и все, можно ставить крест. Также он говорит о том, что нужно повышать пенсионный возраст — такое очень непопулярное решение, но должно быть в конечном счете принято. Но самое главное, на чем он заострил внимание, и мы тоже с ним отдельно переговорили по поводу федерализма, что нужно больше полномочий отдавать регионам. Говоря о том, что мы можем часть расходов сделать более эффективными — это возможно, только если решение будет приниматься не централизованно, потому что у каждого региона есть свои особенности. Понятно, что центр опасается еще большего разгула воровства, но и министры не хотят отдавать часть своих полномочий, часть денег, которые они могут распределять между регионами по федеральным программам. На уровне регионов, с программированием

бюджета, когда есть определенные программы, и понятно, что на выходе мы получим результаты этих программ, траты бюджетных средств должны быть более эффективными, по идее. В данном случае, я отчасти соглашусь с Владимиром Владимировичем, но лишь отчасти, потому что нельзя... Цель поставлена, нужно обеспечить доступным жильем население страны — хорошая цель, но нет должного эффекта, не дешевеет жилье, даже если строится в больших объемах. Или увеличить зарплату работников бюджетной сферы - очень хорошо, но получается на практике, что то начисление зарплаты, что существует у нас сейчас, руководящие работники в медицинских учреждениях, в школах направляют себе большие деньги, а учителя получают так, как раньше получали. В среднем по больнице — да, в среднем по школе — да, увеличивается зарплата, а учителя, хоть расходы и увеличиваются, все равно остаются в бедственном положении.

С. Занько: Ты не помнишь, кто из кандидатов в Президенты перед президентскими выборами обещал бюджетникам повышение зарплаты? И в итоге реализовал?

О. Прохоренко: Я сейчас не вспомню...

С. Занько: Владимир Владимирович обещал, я тебе напомню.

О. Прохоренко: Я могу предположить, что с Сергей Миронов обещал, потому что понятно, что социал-демократы — это партия, которая как раз специализируется на повышении социальных гарантий граждан. Я могу себе представить, что и КПРФ тоже обещала увеличение зарплат, пособий и пенсий бюджетникам, но предметно сейчас не скажу.

С. Занько: На самом деле, когда Путин обещал повышения, и реализовал, на самом деле, он предлагал в 2012 году — я вижу публикацию от 11 июля — как раз пути этого повышения. Он обозначал такой термин, как эффективность работы, чтобы зарплата работника, специалиста зависела не от пребывания на рабочем месте, а от эффективности его работы, он говорил. Нужно как-то так это сделать. В итоге чем измерить эту эффективность? Повышение эффективности труда в России — это очень большой вопрос. Мы же не Китай.

О. Прохоренко: Допустим, в школах есть критерии, по которым она получает так называемое «подушевое» финансирование — чем больше учеников в школу пришло, тем больше она получила. Все равно размеры классов ограничены, пропускная способность ограничена и касается это только крупных населенных пунктов, где есть возможность для учащихся.

С. Занько: очень большой вопрос по измерению этой эффективности — не только количеством учащихся, но, безусловно, тавтология будет, эффективного обучения учащихся, в связи с чем учителя вынуждены писать огромные горы отчетных документов. Сначала нужно разработать программу, потом ее внедрить, реализовать, сдать отчетность, проследить и все прочее. Давайте мы будем повышать тому, что будет эффективнее работать. Как мы будем измерять эту эффективность?

О. Прохоренко: Опять же нужно исходить из того, что и так не огромно число желающих идти сегодня в учителя и во врачи, особенно в районы, и если мы еще перегрузим людей таким объемом документов и доказыванием своей эффективности, то, боюсь, у нас будет страшный провал. Кроме того, действительно сложно в этих сферах устанавливать критерии эффективности. Наверное, возможно — для вузов же придумали критерии и признали некоторые вузы условно эффективными, некоторые неэффективными.

С. Занько: Позволь, я продолжу цитировать Владимира Владимировича. Еще раз напомню часть его цитаты, которую зачитала: «Нужно структурировать социальную сеть, социальную

сферу и экономику... Может быть, даже и хорошо, у нас есть определенный плюс в том, что экономика «подсела» — это должно заставить и хозяйственных руководителей, и региональных действовать более эффективными, более современными методами». Вот что это такое, скажи?

О. Прохоренко: Это перекладывание ответственности на регионы, к сожалению, без достаточного объема финансирования под эти проекты. То есть, региона сейчас изыскивают средства для того, чтобы покрывать эти недостающие, выпадающие доходы. Там, где еще и промышленность повалилась — в нашей области это произошло, к сожалению. Налоговые планы, которые планировались в начале года, оказались нереализованными в силу определенных причин по акцизам и прибыльности предприятий. Получилось, что все это легко бременем на плечи региона. Даже если повысить эффективность бюджетной сферы — это непроизводящая сфера, она не приносит прибыли в дальнейшем. Да, мы можем сократить количество школ, то, что изначально давно уже предлагалось — возить на автобусах детей в школы из разных населенных пунктов в один, но мы понимаем, к чему это может с социальной точки зрения привести — сокращение ФАПов, выстраивание системы, когда врачи перегружены объемом работы. В любом случае, хорошего, честно говоря, мало. Посыл правильный, и это должно происходить, но нужно понимать, что это все равно, так или иначе социальная нагрузка. Здесь все-таки тогда нужно больше самостоятельности давать регионам. Если региону будет понятно, сколько средств на социалку в этом году уходит, он сам должен принимать решение, на сколько ему повышать зарплату — учителям, медперсоналу, как сокращать, как оптимизировать...

С. Занько: Ты сейчас веришь в то, что ты говоришь? Владимир Владимирович дает посылы и дает самостоятельность.

О. Прохоренко: Да, самостоятельность в плане «найдите денег сами», а посыл «исполнить майские указы надо». Эта вилка, это противоречие не приводит к желаемому результату. То, что я вижу, приводит лишь ко все большей закредитованности региональных бюджетов.

С. Занько: Ты позволишь мне еще процитировать Владимира Владимировича? Его приятно цитировать, скажи, да? Мы про ВТО сейчас поговорим, потому что у нас конец года, у нас будет много гостей, про ВТО еще будет неоднократно сказано. Владимир Владимирович сказал, что «ВТО дает ряд преимуществ по защите рынков, в частности, химической и металлургической промышленности. Но Россия еще не начала использовать все эти преимущества, однако намерена сделать». Мы сразу на себя примеряем, мы же в Кирове живем. Негативные последствия возможны, но они, по мнению Президента, несущественны. Хочешь-не хочешь, но вспоминаешь заявление представителя агропромышленной отрасли. «Вступление в ВТО губит сельское хозяйство», — трубят все это время аграрии. Далеко ходить не нужно — достаточно на наш регион взглянуть. Ты очень часто об этом пишешь в газете «Бизнес-новости». И это несущественные негативные последствия?

О. Прохоренко: Когда разговаривали с Алексеем Владимировичем Кудриным, этот вопрос я не переминул задать. Он был одним из лоббистов, заинтересованных в том, чтобы Россия вступила в ВТО. Я согласен с одной простой мыслью: в сегодняшних условиях вступать в ВТО необходимо любой стране, для того, чтобы играть на рынке по каким-то вменяемым правилам. Мы не можем не быть членами ВТО, потому что там все. Другое дело то, что нужно выторговывать себе какие-то условия и нужно смотреть... То есть, какие-то регионы, где есть химическая, металлургическая промышленность, даже в сельском хозяйстве есть не промышленность, есть производство зерна, и те, кто поставляет зерно на экспорт, они выигрывали. Проигрывают те, кто пользуется зерном, производя птицу, свинину, особенно те, кто закредитован. В данном случае получается, что одни регионы от вступления в ВТО

выиграли, а машиностроение и сельское хозяйство проиграли. Кировская область — это та область, где как раз есть машиностроение и сельское хозяйство.

С. Занько: Олег, я правильно тебя понимаю, что те, кто работает на экспорт и на заграницу — они выигрывают. Куда эти выигранные денежки потом уходят? На развитие собственных предприятий. А те, кто работает на страну, на нас с тобой, они проиграли. Так в чьи ворота мы забиваем сейчас голы?

О. Прохоренко: Я говорю, что есть регионы, которые от вступления в ВТО если не выиграли, то хотя бы не проиграли. Здесь интересы Кировской области учтены не были. Либо нам сейчас полностью перестраиваться на экспорт и с точки зрения логистики это сложно, мы находимся в центре России — поставлять торф Китаю. Или что там, лес в переработке поставлять в какие-то западные страны. Понятно, что войти в этот рынок нашим производителям будет крайне сложно.

С. Занько: Владимир Владимирович не оценил...он говорит, что несущественные негативные последствия мы потерпели. Несущественные. Как вообще можно было такое сказать? Как они несущественны, если целые отрасли умирают?

О. Прохоренко: Это, возможно, сказано, « среднем по больнице».

С. Занько: «Больничка» у нас очень уж большая.

О. Прохоренко: Нефтянка и промышленность выиграли даже больше. В то же время есть отрасли, которые проиграли сильно, но в среднем вроде бы как ничего. Получается, что кто-то остался в прибыли, а кто-то ушел в глубокий минус и сейчас за голову хватается, как дальше выживать. Нас это коснулось в последнюю очередь.

С. Занько: Ты мне говоришь, что, возможно, это « среднем по больнице», возможно, очень важен экспорт... Почему Путин не считает несущественным то, что вымирает... Или это мы неправильно это все понимаем? Должен пройти какой-то период, и потом у нас все расцветет буйным садом?

О. Прохоренко: Я не думаю, что все зацветет буйным садом. Наша промышленность частично вымрет, я здесь имею в виду и сельское хозяйство тоже. Кто-то сумеет подстроиться какими-то невероятными усилиями и сможет существовать в ВТО, поставляя на экспорт свою продукцию. В тех реалиях, которые я вижу по нашему региону, очень сложно это себе представить. Постепенно, я думаю, эти последствия будут сказываться на нас все больше и больше.

С. Занько: Оставим сейчас в покое нашего Президента. Перейдем к другим личностям, которые посетили наш город на прошлой неделе. Такой звездопад тех, кто высоко сидят, ярко горят, обрушился на Вятку на прошлой неделе. В частности, мы видим, что к нам слетелись бизнес-омбудсмены во главе с Борисом Титовым. Раз уж понедельник, читаем твою газету, тут все, что касается экономики. Пишите вы, что прежде всего бизнес-омбудсмены займутся ЖКХ. Я так понимаю, защитой прав предпринимателей в сфере ЖКХ. От кого защищать будут?

О. Прохоренко: На управляющие компании набросились все, кому не лень. Ресурсоснабжающие организации оказались во многих не совсем честных случаях поведения управляющих компаний крайними, потому что им не платит население. Я общался с руководителем одного из кировским энергоснабжающих местных предприятий, вернее,

поставщиков энергоресурсов. Он говорит: «Нам еще «подрезали», и я теперь не знаю, за счет чего развиваться нам. Мы вот только-только вроде бы наладили свое производство, закрыли дыры, начали восстанавливать хозяйство, которое с советских времен не восстанавливалось, и сейчас снова откатываемся назад. То есть, нас со всех сторон начинают вот так вот постепенно ограничивать, опять же для того, чтобы населению жилось полегче». Ликвидируют перекрестные субсидирования. Мы знаем, что электроэнергия для промпредприятий в нашей стране стоила гораздо дороже, чем для населения. Сейчас эта разница постепенно уменьшается, и вся нагрузка так или иначе ложится на предприятия электроэнергетики. То есть, они должны свои аппетиты уменьшить. У кого-то это были аппетиты, а кто-то просто латал дыры и сейчас хватается за голову, как дальше жить, потому что не сокращается стоимость сырья - угля, мазута, газа — это все наоборот растет в стоимости, а тарифа ограничивают. В результате снова начнет все валится, снова появятся дыры в трубах.

С. Занько: Я хочу вот что спросить: кого защищают бизнес-омбудсмены? Какой бизнес — средний и малый, правильно?

О. Прохоренко: Не факт.

С. Занько: Как не факт? Насколько я помню, создавался институт бизнес-омбудсменов для того, чтобы поддержать средний и малый бизнес. Большой-то что поддерживать, он сам себя поддержит.

О. Прохоренко: В общем-то, малый и средний бизнес нуждается в большей защите.

С. Занько: Что касается ЖКХ. Я не могу сказать, что управляющие компании, даже крупные федеральные, это какой-то очень крупный бизнес, хотя не знаю, может быть, они переходят в разряд крупных. Я не знаю, кто был у вас из журналистов на пресс-конференции с бизнес-омбудсменами, но что имеется в виду, что «мы будем защищать права бизнесменов в сфере ЖКХ»? Кого будут поддерживать? Федералов, местных?

О. Прохоренко: Я на пресс-конференции не был, Света.

С. Занько: «Пусть только вятские обслуживают наши дворы», или как?

О. Прохоренко: Играть в догадки не хочется. На данный момент население более-менее начали защищать, и то еще непонятно, не до конца, от дурости коммунальных структур и управляющих компаний. Ну а сами управляющие компании... Никто еще не говорил, что им нужна защита, вроде как сами разберутся. То, что уделили внимание — это уже хорошо, потому что, общаясь с некоторыми представителями небольших, честных, управляющих компаний, знаю, что давление на них оказывается большое, идет борьба, часто не совсем честная, за то, чтобы лакомый кусочек у них отобрать и отдать большим. В этом смысле им нужна защита.

С. Занько: Мы узнаем об этом, надеюсь, может быть, от нашего бизнес-омбудсмена Данеляна. Скажи, за то время, что Данелян был назначен кировским бизнес-омбудсменом,ты успел с ним встретиться, поговорить, интервью взять?

О. Прохоренко: Мы немного поговорили с Сергеем Эдуардовичем, когда его только-только назначили уполномоченным на общественных началах. Я думаю, что со временем у него действительно «труба», потому что он же на общественных началах. Если он будет еще общаться с прессой, активно давать интервью, то он завалит собственное производство, от

которого его никто не освобождал. Он не получает денег за свою общественную работу, у него нет штата юристов, кого он должен привлекать, чтобы разбирать всю корреспонденцию? То есть, ситуация такая странная.

С. Занько: Как же его назначали, если времени нет у человека? Когда он будет заниматься защитой прав предпринимателей?

О. Прохоренко: Изначально он надеялся, что будет работать на освобожденной основе.

С. Занько: Так ведь сказано же было сразу Сергею Эдуардовичу, что нет денег в бюджете, так ведь? Было сказано, Олег? Было сказано.

О. Прохоренко: Ты меня о чем хочешь спросить, что он сунул голову и на самом деле не справляется?

С. Занько: Нет, я просто хочу сказать, что мы тоже никак не можем Сергея Эдуардовича к себе зазвать, в очень хотелось бы. Пуст бы честно тогда сказал, что штата нет, не могу...

О. Прохоренко: Я думаю, что он послушает наш эфир и все равно придет на «Эхо Москвы». Мне бы тоже хотелось от него услышать его видение работы в последующем году, если она будет на общественных началах.

С. Занько: А вот теперь еще бизнес-омбудсмены раз в месяц по ПФО будут встречаться.

О. Прохоренко: Открылась общественная приемная на базе бизнес-инкубатора, но это опять же на общественных началах, то есть, там никто платить денег людям, которые работают, не будет. Это всего лишь дополнительная нагрузка. В этом смысле мы — уникальный регион. Была дана команда с самого верха, что во всех регионах должна быть эта структура, и правительство нашло вариант, когда у нас вроде бы есть бизнес-омбудсмен, но он работает на общественных началах, потому что Законодательное собрание отказало ему в финансировании в трудный год. Дилемма. В то же время Сергей Эдуардович, не считаясь со своим свободным временем, выезжал в «предпринимательские десанты», и людей принимает - приемная открылась, что есть, что-то делается, но есть он еще будут давать интервью СМИ... Я не то чтобы его оправдываю, просто не совсем понимаю, зачем было создавать эту структуру, если никаких дополнительных ресурсов под нее нет. Изначально зачем нужно было создавать структуру уполномоченных по всем регионам — тоже есть вопрос, но это вопрос не к регионам, не к региональным властям, это вопрос всей нашей власти.

С. Занько: Такой дилетантский вопрос: пусть бы заявил Сергей Эдуардович: «Вот будет аппарат, ребята, буду работать. Не решится вопрос в течение двух месяцев — ухожу». Как тебе такой вариант? И пусть потом ищут деньги, где хотят.

О. Прохоренко: Возможно, что это такая самореализация, потому что одно дело, что ты — руководитель предприятия, другое дело, когда у тебя значимая государственная должность.

С. Занько: Должность есть, аппарата нет, денег нет, общаться со СМИ некогда... Как мы будем узнавать о деятельности этой?

О. Прохоренко: Самое страшное не то, что должность не освобожденная. Уполномоченный может работать и на не освобожденной основе. То есть, он может заниматься своим непосредственным бизнесом и на общественных началах осуществлять функции, но без юристов все равно не обойтись. То есть, защита предполагает юридическое сопровождение,

юридические консультации. Оплачивать за счет своего предприятия — это, извините... Вот какая-то социалка, у нас сколько предприятий скидывали ее, с детских домов, с домов культуры...

С. Занько: Это не детский сад, а предприниматели, которые тоже деньги зарабатывают своим умом.

О. Прохоренко: Что касается защиты предпринимателей за счет самих предпринимателей, то эти структуры всегда существовали. Точно также торгово-промышленная палата является общественной структурой, которая собирает взнос, живет на эти взносы, оказывая юридическую и прочую помощь предпринимателям с выходом на внешние рынки в том числе и защитой от ВТО.

С. Занько: Да, да. Это особое мнение Олега Прохоренко, главного редактора газеты «Бизнес-новости». Меня зовут Светлана Занько, вернемся через пару минут.

Реклама.

С. Занько: Продолжается программа «Особое мнение». Меня зовут Светлана Занько. Напротив меня — наш гость Олег Прохоренко, главный редактор газеты «Бизнес-новости». Еще раз здравствуйте все, кто к нам только что присоединился.

О. Прохоренко: Еще раз добрый день.

С. Занько: Постановление Государственный думы Российской Федерации от 18 декабря 2013 года об объявлении амнистии в связи с 20-летием принятия Конституции РФ. Коротко задам вопрос, отвечать можешь столько времени, сколько хочешь. Твои ожидания, ощущения, насколько ты удовлетворен результатами. Как тебе амнистия?

О. Прохоренко: Это уже вторая амнистия в этом году. Первая, как известно, была в июне, подписана в июле. Люди начали выходить на свободу, возмещая ущерб, но не так много людей вышло, по крайней мере, многократные попытки журналистов обратится в кировский УФСИН оказывались не то что безуспешными, но просто действительно немного людей освобождалось. Эта амнистия стала более резонансной в силу того, что хотя бы об одном человеке мы знаем, который вышел по ней — кировчанин Леонид Ковязин, который сразу же после объявления амнистии по решению суда был выпущен на свободу. Это хороший знак, хорошая новость для меня, хотя я с ним лично не знаком, но действительно без вынесенного приговора держать людей полтора года в заключении — это не совсем правильно. Выходят по амнистии те, кто сидел по делу «Pussy Riot», узники Болотной, Arctic Sunrise и так далее. Это очень хороший знак. Я думаю, это сделано, как и освобождение Михаила Ходорковского, для того, чтобы несколько накал страстей по Олимпиаде в Сочи сбавить.

С. Занько: Думаешь, получится?

О. Прохоренко: Многие европейские страны начали высказывать крамольные мысли, чтобы в Олимпиаде не участвовать по разным поводам, но в том числе и по этому, что в России есть политзаключенные. В какой-то степени, думаю, это поспособствует тому, что накал страстей будет поменьше, Олимпиада все-таки состоится и будет праздником. То, что касается в целом амнистии, я не берусь судить, потому что не знаю, сколько действительно людей выйдет. Очень много вопросов по тем людям, которые сидели за дело, которые, например, истязали людей...

С. Занько: Обещают, что они не выйдут.

О. Прохоренко: Вот, посмотрим. В целом амнистия — это как хорошо, так и плохо. Люди выходят из зон, и эти люди не всегда со знаком «+», это чаще всего преступники. Может это обернуться повышением криминальной обстановки в стране.

С. Занько: Не такая и глобальная амнистия, чтобы криминальная обстановка изменилась.

О. Прохоренко: Тем не менее, несколько тысяч человек выйдут на свободу. Отдельно хотел бы сказать по делу Михаила Ходорковского, потому что внимательно в выходные поизучал, посмотрел все моменты, как его выпускали, посмотрел пресс-конференцию в Берлине. Был, кстати, в этом доме, в Музее Стены на Фридрих-штрассе. Действительно, удивителен факт его освобождения все-таки, и то, что его этапировали прямо до самолета в Германию, и что немцы посодействовали его освобождению.

С. Занько: Вот удивительно, правда? Никто ж не знал.

О. Прохоренко: Дитрих Геншер и Ангела Меркель. Действительно, каждый раз на встрече с Владимиром Путиным Ангела Меркель говорила ему о Ходорковском. Они вели в течение двух лет встречи, и Геншер встречался с Путиным. Сам Ходорковский не знал, куда его везут, почему, зачем, и узнал, когда уже у траппа встретился с Геншером, с Александром Раром, известным политологом российского происхождения.

С. Занько: Я не смотрела эту пресс-конференцию, но объясни мне, пожалуйста. Если Ходорковский в течение двух лет вел переговоры через своих адвокатов...

О. Прохоренко: Не он. Переговоры велись немецкой стороной с российской стороной.

С. Занько: Да, но Ходорковский не мог об этом не знать. Он знал об этом прекрасно.

О. Прохоренко: Насколько я понял, он знал о том, что его адвокаты общаются с Геншером, но не на протяжении двух лет. Он действительно не знал, что его отпускают в Германию. Теперь он тоже пребывает в неведении, открыт для него доступ в Россию или нет. Самый главный вопрос, который его мучает, выпустят ли его из России обратно, если он вернется или он получит третий срок. Там очень много тонкостей в это деле. Я бы сказал, что на пресс-конференции он не выступал ярко, но можно понять, что человек десять лет отсидел, и очень много людей, в том числе Платон Лебедев, остаются там. Он боится совершить ошибку для того, чтобы не навредить людям, которые за него сидят.

С. Занько: Ситуация, на самом деле, ужасная. Человек десять лет просидел — сейчас мы не будем говорить о том, что ему инкриминируется. Он отсидел десять лет, у него выросли дети, плохо чувствуют себя родители, общество абсолютно изменилось. То, что было десять лет назад — безумный подъем, который Россия испытывала, в том числе во взаимоотношениях с Западом. То, что происходит сейчас — совершенно обратный процесс. Мы даже отсюда это видим, из Кирова. И вот его туда привозят... У меня есть ощущение, что он и не захочет сюда больше возвращаться.

О. Прохоренко: Он хотел бы.

С. Занько: Его родственники говорили, еще когда он сидел, и в этом году, и в прошлом, я слушала интервью, что лучше бы он уехал навсегда.

О. Прохоренко: Светлана, я не верю в то, что он не знал о предстоящих арестах, о предстоящих трудностях непосредственно до «посадки». У него была возможность уехать.

С. Занько: Это было десять лет назад, он не представлял себе, что его ждет.

О. Прохоренко: Может быть, он не представлял, может быть, он думал, что деньгами можно решить любое дело.

С. Занько: Я сейчас про другое. Я хочу передать тебе эту эмоцию. Представь, мы сейчас описали, десять лет прошло, дети выросли, родители, страна изменилось. Он за десять лет изменился, несмотря на то, что он твердо стоял на своей позиции, что он невиновен. Он же рассказывал на этой пресс-конференции, какие у него привилегированные были условия в тюрьме, что камера у него была прямо над кроватью, в кабинете, разве что в туалете не было, может быть, и там была — везде. Человек десять лет был под стеклом у власти. Если он сюда приедет, мне кажется, его будут сопровождать повсюду.

О. Прохоренко: С другой стороны, а чего ему еще боятся? Человеку, который и так уже побывал...

С. Занько: Снова попасть туда, снова быть закрытым уже до конца своих дней.

О. Прохоренко: Я думаю, что он этого не боится. Единственное, чего можно боятся — это того, что с твоими близкими будут обращаться... Он говорил: «Слава богу, меня держало все эти десять лет, что никто никаких действий по отношению к моим родным и близким не оказывал».

С. Занько: Мы с тобой до эфира разговаривали. Ты говорил о том, что любой нормальный человек не откажется выйти по амнистии, если у него есть дети. У него есть дети, он не видел, как они выросли. Сейчас он может не увидеть их, как ты говорил, если снова он может сесть...

О. Прохоренко: Я не говорил, что готов снова сесть, я говорил, что он не боится. И это главное. Чем еще можно его запугать?

С. Занько: Это правда, на пресс-конференции было совершенно явно, что он не боится, что он спокоен. Я тебе хочу сообщить, что у нас в среду будет прямой эфир с губернатором Кировской области Никитой Юрьевичем Белых, он будет здесь, в «Дневном развороте», два часа интерактива. Будешь задавать ему вопросы?

О. Прохоренко: Я бы с удовольствием.

С. Занько: На сайте сегодня будет выложена форма для того, чтобы через Интернет можно было задать вопрос, и можно будет позвонить в прямой эфир. Призываю всех слушателей к этому. Это было особое мнение Олега Прохоренко, главного редактора «Бизнес-новостей». Большое тебе спасибо, что пришел сегодня.

О. Прохоренко: Спасибо всем, кто слушал. Может быть, не все интересно, но меня это действительно волнует.

С. Занько: Меня зовут Светлана Занько. До свидания.

Комментарии (0)


Создание и продвижение сайта