Владимир Сизов, ректор ВСЭИ. ОМ от 09.10.13

Видео 14:34, 30 марта 2018 269 0

"Я более, чем убежден, что историческое название города вернется. Есть определенная тенденция переименования городов, возвращения им исторических названий. В частности, в моей книге приведено: почти 90% городов уже переименованы. То есть им возвращены исторические названия..."



Ведущая — Юлия Афанасьева

Гость — Владимир Сизов

Ю. Афанасьева: 13:08 в Кирове. На 101 FM «Особое мнение». Меня зовут Юлия Афанасьева и сегодня у меня в гостях ректор ВСЭИ Владимир Сизов. Владимир Сергеевич, добрый день.

В. Сизов: Добрый день.

Ю. Афанасьева: Я сначала напомню наши координаты. Во-первых, нас можно не только слышать, но и смотреть — на сайте echokirova.ru есть трансляция. У нас в студии две камеры, вы можете на увидеть. Нам можно писать в твиттер на vyzvon43 — это аккаунт «Эха Кирова», можно писать мне в твиттер. Мы в течение программы читаем и даже кое-что озвучиваем. Я предлагаю начать с презентации вашей книги. Спасибо Владимиру Сергеевичу — он принес в студию. «Киров будущего: форсайт исследований». Как раз недавно прошла презентация. Давайте с этого начнем. Как прошло?

В. Сизов: Прошло замечательно. Пришло более половины людей, которые участвовали в этом исследовании, эксперты. Всем вручили эту книжку

. Ю. Афанасьева: Да, мне тоже вручили, с подписью автора, за что я благодарна. Владимир Сергеевич, ваша работа называется, если я не ошибаюсь, «Киров — город будущего: региональные аспекты новой экономики».

В. Сизов: Немножко не так. Региональные аспекты новой экономики — это одна из статей, а работа называется — «Киров — город будущего».

Ю. Афанасьева: Хорошо, давайте про региональные аспекты новой экономики. Какие сферы экономики, по вашему мнению, в будущем будут главным и в чем эта самая новая экономика?

В. Сизов: Новая экономика — это экономика, в который неосязаемые интеллектуальные составляющие представляются гораздо более важными, чем материальное содержание.

Ю. Афанасьева: Например?

В. Сизов: Например, всем известный Интернет, мобильная связь — это все неосязаемые вещи, услуги. Емкость такой экономики становится главной чертой товаров, которые производятся в новой экономике.

Ю. Афанасьева: Получается, что бизнес сосредоточен в этих сферах: в Интернете, в телекоммуникациях.

В. Сизов: Конечно. «Microsoft» — чисто новая экономическая компания.

Ю. Афанасьева: Что же будет с производством, которое по старинке, на заводах?

В. Сизов: Производство, конечно, тоже будет, но будет изменено. От материальных товаров мы никуда не уйдем, кушать надо, носить одежду надо, ездить, передвигаться на чем-то надо. Но тем не менее как раз интеллектуальные продукты будут преобладать.

Ю. Афанасьева: Хорошо. Первая сфера новой экономики — это интеллектуальные продукты...

В. Сизов: Я могу перечислить. Новая экономика связана в текущий момент с пятым технологическим укладом. Такие развитие страны, как США, Япония, Китай переходят к шестому укладу.

Ю. Афанасьева: Это что такое?

В. Сизов: Технологический уклад — это совокупность технологий, характерных для определенного уровня развития производства и связанных с научным прогрессом. Какие направления будут востребованы? Прежде всего, это биотехнологии, нанотехнологии, генная инженерия, мембранная, квантовая технологии, микромеханика, термоядерная энергетика, новые виды транспорта, коммуникаций.

Ю. Афанасьева: Новые виды транспорта — это какие?

В. Сизов: Например, возможно, воздушное сообщение будет не только самолетное, но и внутри городов, внутриобластное...

Ю. Афанасьева: Между юго-западом и Порошино.

В. Сизов: Почему бы нет.

Ю. Афанасьева: Вы сами в это верите?

В. Сизов: Вопрос форсайта — это вопрос не веры, а вопрос исследования тех научных тенденций и научных технологий, которые в настоящий момент уже действуют. Это не обязательно вертолеты. Слышали, наверное, что есть проект создания фуникулёра — от нашего берега до другой стороны Вятки. Это тоже воздушное сообщение.

Ю. Афанасьева: Я в таком ключе о нем не думала, но возможно. Владимир Сергеевич, сама технология прогнозирования «форсайт» на чем основана?

В. Сизов: Я частично уже сказал и хочу подчеркнуть, что это принципиально отличная от прогнозирования технология, хотя ее часто путают с прогнозированием. Форсайт — это скорее конструирование возможного будущего, возможных вариантов будущего, основанных на тех идеях и научных открытия, которые уже совершены сегодня. Чтобы какая-то научная идея воплотилась, проходят иногда десятки лет. Мы смотрим, что есть сегодня в науке и прогнозируем, конструируем возможный вариант, как это все будет развиваться на 20, 30, 40 лет вперед.

Ю. Афанасьева: То есть, исходя из...

В. Сизов: Сегодняшних предпосылок.

Ю. Афанасьева: Когда вы написали вашу работу «Киров — город будущего», какая была реакция у людей? Люди приходили, говорили: «Владимир Сергеевич, что же вы тут понаписали», или соглашались, что у нас будет воздушное сообщение, вернется историческое название и построят Вятка-сити?

В. Сизов: Первый доклад по поводу форсайта нашего города состоялся 15 ноября прошлого года. Реакция, несмотря на то, что он был представлен среди наших коллег, членов вятского интеллектуального клуба, была очень разной и порой негативная, я даже не ожидал. Были обвинения, но, как ни странно, идея заинтересовала городскую администрацию, было предложено сделать научное исследование, ряд форсайт-семинаров, которые потом свести в единую конференцию. В течение февраля мы с сотрудниками Вятского социально-экономического института проводили такие семинары, всего их было пять. На итоговой конференции был развернутый доклад по поводу того, к каким выводам мы пришли. Книга была написана в конце июня, три месяца она издавалась в Москве.

Ю. Афанасьева: Как вы считаете, вернется ли историческое название городу?

В. Сизов: Я более чем убежден, что историческое название города вернется.

Ю. Афанасьева: Почему, объясните?

В. Сизов: Во-первых потому, что оно историческое. Есть определенная тенденция переименования городов, возвращения им исторических названий. В частности, те названия, что были и те, какие стали, практически 90% городов уже переименованы. Историческое название нашего города Вятка, а не Хлынов. Я исследовал этот вопрос. Первоначально назывался город Вяткой, потом был переименован в Хлынов, потом снова в Вятку, потом в Киров. Сейчас, я думаю, настала пора снова переименовать в Вятку. Я человек верующий и считаю, что от названия очень много зависит. Если мы снова назовем город Вяткой, то состояние города улучшится однозначно.

Ю. Афанасьева: Смотрите, еще у меня есть одна цитата из вашего интервью газете «Бизнес-Новости». Возможно, этот же текст вошел в вашу книгу. Цитирую: «В городе появится центр «Вятка-Сити», напоминающий в миниатюре московский «Москва-Сити» и парижский «Де Франс». «Вятка-Сити» не будет носить только деловую нагрузку, так как многие офисные служащие в середине 21 века будут выполнять работу дома. «Вятка-Сити» станет городской достопримечательностью и символом успешного развития города».

В. Сизов: И что вас тут смущает?

Ю. Афанасьева: Мне интересны два момента. Исходя из чего прогнозировали «Вятка-Сити», потому что все мы помним спорную ситуацию вокруг постройки выставочного центра, и по деловым центрам тоже обсуждается довольно активно. И второй вопрос про работников 21 века, которые работают в хоум- офисе. Давайте начнем с «Вятка-Сити».

В. Сизов: Я очень поддерживаю эти начинания, другой вопрос, что нужно подходящее место найти. Все-таки это большое значение имеет.

Ю. Афанасьева: Где, по-вашему, подходящее место?

В. Сизов: Мне трудно сказать, я не архитектор города. На мой взгляд, оно хорошо бы вписывалось в поселку Новый, но это совершенно не обязательно. Это может быть и юго-западный район...

Ю. Афанасьева: это выезд из города, или исторический центр города?

В. Сизов: Все-таки не исторический центр. В исторической центре это сделать сложно, будет много недовольных и так далее. А вот на выезде из города — это вполне реально. В «Вятка-Сити» нужно размещаться не офисам каких-то кировских компаний, а московских и даже зарубежных. Почему? В середине 21 века пространство и расстояния будут играть менее важную роль, чем сегодня, а стоимость офисов, в первую очередь начиненных электроникой — будет меньше работников, чем оборудования. Это будет иметь большое значение. Город Киров — это все-таки спокойная территория, я имею в виду, не только политически спокойная, но в первую очередь геологическая. Землетрясений нет, вулканов нет — такие места, как Киров, будут со временем ценится по причине того, что катаклизмы не грозят нам.

Ю. Афанасьева: Интересно. Знаете, я вас слушаю и пока звучит как сказка. Хорошо, про работников, которые будут работать дома. Почему?

В. Сизов: Зачем им ехать два часа в пробке, чтобы сесть за тот же самый компьютер, который есть у них дома, решать те же самые задачи, которые будут решать у себя в рабочем кабинете? Я же говорю, будущее за информатизацией. Все промышленные производства будут обслуживаться роботами — это не сказки, вы почитайте книжку, там ссылки везде даны. Я же ученый, я понимаю, что если не покажу, откуда взята информация, меня «побьют». Везде информация дана, где это уже применяется. Мы в Кирове как раз плетемся в хвосте такого экономического прогресса, научного прогресса, который в мире есть. В других странах уже полностью автоматизированное производство, несколько человек следят только за тем, чтобы все хорошо шло. Труд в основном переместиться в интеллектуальную сферу, а для интеллектуальной сферы вовсе не обязательно, чтобы клерк сидел дома.

Ю. Афанасьева: А как ваши преподаватели будут учить студентов?

В. Сизов: Тоже дистанционно. Мы это уже начинаем реализовывать — у нас есть факультет дистанционного обучения. Честно говоря, у меня есть другие идеи, что все-таки какой-то образовательный контент будет частично закладываться непосредственно в память человека. Пока таких технологий нет, но они, наверное, появятся.

Ю. Афанасьева: Сейчас поясните для меня еще отдельно, когда этот контент будет закладываться непосредственно в память человека?

В. Сизов: Когда такая технология будет создана.

Ю. Афанасьева: При рождении, или во сне? Каким образом?

В. Сизов: У взрослого человека, я думаю, будут определенные физиологические параметры выявлены. Может быть, будут и какие-то запреты, кому-то, может быть, нельзя будет закладывать по медицинским показаниям. Скорее всего, к этому дело идет.

Ю. Афанасьева: Это будет в 2040?

В. Сизов: Нет, об этом я не говорю. Я сказал, в будущем.

Ю. Афанасьева: Хорошо. В третьем тысячелетии... Я поняла. Владимир Сергеевич, как вы думаете, вероятность того, что этот прогноз сбудется, насколько высока?

В. Сизов: Мы с экспертами как раз и занимались оценками вероятности прогнозов. В книге расписана методика, какова вероятность, что тот или иной прогноз сбудется. Скажем, вероятность 100% мы не дали никакому прогнозу, но есть прогнозы с вероятностью 80%, есть с вероятностью 60%. Если вероятность прогноза ниже 30%, мы его просто даже не рассматриваем — это слишком низкая вероятность.

Ю. Афанасьева: Правительство Кировской области также занялось планированием, прогнозированием. Планируют бюджет на 2014 год, планируют программу социального экономического развития области на 2015-2016 года. В частности, по программе социально-экономического развития уверяют, что особый упор будет сделан на поддержку малого бизнеса, позитивная динамика в строительной сфере — я сейчас так тезисно просто озвучу — ожидают умеренный темп роста промышленного производства. Подробно об это можно на сайте Правительства почитать, там выложено. Как этот прогноз совпадает с прогнозом вашим?

В. Сизов: Дело в том, что это все-таки краткосрочный прогноз сделан, на три года. Мы прогноз делаем на 30 лет вперед. Здесь о совпадениях не может быть речи, тем более что мы немножко другое прогнозировали, не экономическое состояние. Я, конечно, посмотрел этот экономический прогноз, мне кажется он достаточно объективным, взвешенным и не фантастическим, жесткий бюджет. Единственно, что плохо, что бюджет дефицитный. Нельзя делать дефицитного бюджета в принципе.

Ю. Афанасьева: На ближайшие три года нам прогнозируют дефицитный бюджет. Это, в принципе, наверное, уже никого не удивляет. По-вашему, это что — признак катастрофы или все нормально?

В. Сизов: Это не признак катастрофы, но и нельзя говорить, что это нормально. Нормальным, еще раз говорю, дефицитный бюджет быть не может. Некий прогноз того, что будущие три года нас ожидают достаточно сложные, но это не катастрофа.

Ю. Афанасьева: Оценили в 2013 году оборот малых предприятий, выяснили, что он составляет 210, 5 миллиардов рублей и что это на 7% выше уровня прошлого года. В следующем году также ожидают рост этого показателя в среднем на 10% в год. С такой тенденцией вы согласны?

В. Сизов: В принципе, да, потому что надо правильно понимать, как считают эти 10%. Увеличение оборота считают вместе с ожидаемой инфляцией и автоматическим ростом цен на услуги. Поэтому в эти 10% эти 6-7% заложен рост цен, поэтому реальное увеличение будет не больше 3%.

Ю. Афанасьева: Есть у вас какой-то свой прогноз именно для малого бизнеса, особенно учитывая ситуацию 2013 года — закрытие ИП, повышение страховых взносов?

В. Сизов: Я бы не назвал это прогнозом, есть, скажем так, пожелание. Большая тенденция у нас в стране, не только в Кировской области — это усиленное государственное регулирование экономики. Если не остановить это давление на экономику, на бизнес, на малые предприятия, то положительный прогноз вряд ли будет осуществлен. Надо все-таки ослабить вожжи, и тогда малое и среднее предпринимательство, как в странах Европы, станет основой экономики.

Ю. Афанасьева: То, что Путин предложил «заморозить» тарифы на услуги государственных монополий, как вы к этому относитесь?

В. Сизов: Я уже отвечал на этот вопрос. Это правильно, но поздно. Это надо было делать раньше и не «замораживать» совсем. Эта «заморозка» — опять-таки крайняя мера. Нужно формировать тарифы в соответствии с экономической ситуацией, просчитывать, на сколько можно повышать, на сколько нельзя. Они были явно завышенные. Все тарифы нужно было бы в два раза уменьшить, и это было бы нормально. Они бы не разгоняли инфляцию и не создали бы ситуацию, в которую Россия сейчас попала. Даже теперешняя «заморозка» тарифов мне кажется не совсем верной. Нужно говорить о снижении тарифов до 4, 5, 6% максимум. Совсем «заморозить» — значит, что все эти предприятия, естественные монополисты, не будут развиваться и на них также подействует инфляция, как и на всех остальных.

Ю. Афанасьева: Кстати, про естественные монополии. «Газпром» объявил, что он сокращает свою инвестиционную программу, но заявлений о сокращении расходов, например, на зарплаты, на содержание аппарата я нигде не видела.

В. Сизов: В этом и есть странность естественных монополий. Известно, что монополист всегда увеличивает цену от той, которая могла бы быть в рыночной экономике. Никогда не идут на то, чтобы сокращать расходы, а просто повышают цены на услуги и при этом могут даже уменьшать выпуск своей продукции, тогда как любой предприниматель при снижении рыночных цен — а «заморозку» тарифов тоже можно назвать снижением цены — ищет возможность сократить расходы, снизить себестоимость продукции, снизить себестоимость товара, чтобы компенсировать потери свои. Только монополисты почему-то грозятся сократить свои услуги и увеличить их стоимость. Почему? Потому что альтернативы нет. Монополия — это всегда плохо. Это закон экономический: монополизм — всегда плохо.

Ю. Афанасьева: Получается, что «заморозят» тарифы, но возьмут с нас побольше где-нибудь в другом месте.

В. Сизов: В каком месте возьмут?

Ю. Афанасьева: Например, случай с «Российскими железными дорогами». Насколько я понимаю, что речь идет о заморозке тарифов на перевозку грузов, но можно взять побольше с пассажиров, с тех, кто ездит на пассажирском транспорте.

В. Сизов: Тарифы и на пассажирские перевозки заморожены, то есть, они вссго касаются. По поводу «выпадающих» доходов «РЖД», я думаю, что это миф. «РЖД» — монополисты, при наличии на рынке одного монополиста цены на его товары и услуги всегда значительно выше. Никаких «выпадающих» доходов нет, это бред. Они сами устанавливают цены, когда хотят. Я посмотрел: у них цена на один километр одного пассажира равняется 20 рублям...

Ю. Афанасьева: Давайте мы ситуацию сначала расскажем. Мы-то с вами знаем, о чем говорим, все остальные не знают. Это ситуация с пригородным перевозками. Дело в том, что сейчас пригородным перевозками в Кировской области занимаются частные компании, а не сами «Российские железные дороги». 99% стоимости аренды путей, которую платят эти самые частные компании «РЖД», сейчас компенсируется государством. Федеральный бюджет собирается эту компенсацию урезать с 99% до 50%, а потом и вовсе отменить. Таким образом, мы понимаем, что цена пригородных перевозок возрастет. Мы с вами либо заплатим больше, либо пересядем на автобусы, либо маршрутов этих будет меньше. Меня в этом случае волнуют две стороны вопроса: во-первых, то, что по сути мы оплачиваем государству налоги, которые потом государство компенсирует в виде стоимости тарифа «Российским железным дорогам». То есть, получается, мы платим дважды, и теперь мы должны заплатить еще сверху, потому что для нас увеличится цена пассажирских перевозок. Вот так получается. Мы с Владимиром Сергеевичем говорим... Видите ли вы какой-то выход? Может быть, всех на автобусы пересадить?

В. Сизов: вы знаете, железнодорожный транспорт изначально, по определению более экономичный и более дешевый, чем автотранспорт, и только в России какая-то обратная ситуация. Расчеты, которые, видимо, ведут экономисты в «РЖД», только в одну сторону, в их сторону. Еще раз напомню: я начал говорить о том, что один пассажирокилометр — 20 рублей. Это равносильно стоимости перевозки в такси. Такси даже дешевле получается, смотря откуда и куда ехать. Вам не кажется, что это нонсенс, этого не может быть по определению?

Ю. Афанасьева: Получается, что так. Что интересно: эта методика расчета стоимости одного пассажирокилометра — 20 рублей было в 2013 году, в 2014 будет больше. Методику расчет никто не видел, потому что она утверждается постановлением Правительства России и в паблик не выносится.

В. Сизов: Не имеет значения, какую методику расчетов они используют. Объясню. Во время тендеров по госзакупкам начальная цена контракта иногда падает в пять раз, а ведь эти тендеры тоже рассчитываются по формулам. Каким образом умудряются тогда упустить в тендерах эту цену в пять раз?

Ю. Афанасьева: Есть запас по себестоимости, значит.

В. Сизов: Запас по себестоимости есть и в той формуле, многократный.

Ю. Афанасьева: Просто это не конкурентная среда.

В. Сизов: Да. Вы абсолютно правы.

Ю. Афанасьева: На этом я предлагаю уйти на рекламу. Мы через минуту вернемся. На «Эхо Кирова» особое мнение ректора Вятского социально-экономического института Владимир Сизова.

Реклама.

Ю. Афанасьева: Мы возвращаемся в эфир. Я напомню, это особое мнение ректора Вятского социально-экономического института Владимир Сизова. За эфиром мы с Владимиром Сергеевичем говорили о том, что надо заставить «РЖД» все-таки снижать цены. Каким образом, Владимир Сергеевич?

В. Сизов: Думаю, что областному бюджету нет смысла субсидировать «РЖД», эти траты никак не повлияют на улучшение ситуации — просто деньги уйдут впустую...

Ю. Афанасьева: Их, кстати, в бюджете на 2014 год нет.

В. Сизов: Ну и слава богу.

Ю. Афанасьева: Что субсидировать? Автобусы?

В. Сизов: Вкладываться в развитие альтернативного транспорта. Да, в первую очередь в автобусы, расширение сети дорог, вплоть до пригородных трамваев. Почему бы нет? То есть, во многих странах есть трамваи, которые ездят по территории...

Ю. Афанасьева: Давайте сразу фуникулёры строить, Владимир Сергеевич! Будем ближе к 2040 году.

В. Сизов: На мой взгляд, фуникулеры много грузоперевозок не осуществят. Трамваи — достаточно экономичный транспорт. Мы говорили о тендерах, как можно их проводить, если у нас один монополист — «РЖД». Я бы предложил, но, боюсь, что не услышат нас. Надо тендеры проводить среди желающих руководителей предприятий-монополистов. Кто предложит из руководителей наименьшую цену услуг, тот и должен быть руководителем. Это было бы интересно. А так мы не понимаем, кого ставят на эти должности. Все эти предприятия-монополисты нужно перевести в разряд некоммерческих организаций, чтобы они не занимались коммерцией, не извлекали прибыли сверх того, что они являются монополистами...

Ю. Афанасьева: Некоммерческое партнерство «Российские железные дороги». Звучит?

В. Сизов: Почему бы нет? Они выполняют социальную роль прежде всего. Пусть будет так.

Ю. Афанасьева: Это ваше особое мнение. У меня есть еще одна тема для обсуждения. Правительство России выступило с идеей ввести единый проездной на все виды транспорта. Как относитесь к такой инициативе?

В. Сизов: Я считаю, что это в принципе хорошая инициатива, которая продвигает общество как раз в то будущее, о котором мы говорим...

Ю. Афанасьева: О котором вы писали, я поняла. Хорошо. Недавно у нас повысили цены на проезд в общественном транспорте. Я напомню: в автобусах на 1 рубль, в троллейбусах осталось без изменений. Согласны ли вы с повышением цен на проезд?

В. Сизов: Я не езжу на общественном транспорте, мне трудно рассуждать, но в целом повышение цены, если оно обоснованно, то оно должно быть, если не обоснованно, то нежелательно. Как сказать, обоснованно или нет — здесь все зависит от того, насколько монополизирован рынок. Если рынок монополизирован, можно всегда доказывать, что эта цена обоснованна. Реальная цена всегда рыночная. Насколько я знаю, у нас не совсем рыночная ситуация с перевозками в городе.

Ю. Афанасьева: Вы знаете, что на одном из эфиров «Особого мнения» Николай Пихтин мне сказал, я процитирую, что «боится, что через полгода — год сфера пассажирских перевозок полностью передадут администрации города Кирова и разным МУПам». Согласны ли вы с таким мнением и согласны ли вы с тем, что надо этого бояться?

В. Сизов: Сложный, конечно, вопрос. Я вас верну на несколько лет назад, когда в городе существовало больше десятка разных перевозчиков и цены на проезд падали. Не росли, как сейчас, а падали, потому что перевозчики боролись за пассажира, не было больших ожиданий на остановках и были достаточно приемлемые цены. На мой взгляд, надо разрешить не менее десятка перевозчиков, чтобы они осуществляли эти перевозки и не определять цену на билет, а определять условия, при которых перевозчик будет работать, чтобы услуги были качественные. Цену же оставить на их усмотрение. Если она будет слишком большая — люди сами не поедут. Как правило, в рыночной ситуации цена всегда падает, она никогда не падает в убыток. В убыток себе не будут работать. Как определяют цену? «Давайте на рубль повысим». Почему не на два, не на рубль пятьдесят? Это смешные разговоры. Рынок должен определять цену. Она может быть и выше.

Ю. Афанасьева: Что тогда контролировать в этой сфере?

В. Сизов: Качество услуг.

Ю. Афанасьева: Хорошо, ладно. Есть у меня еще одна тема, она тоже российская. Стало известно о заключении Минфина по поручению председателя Правительства России по поводу возможности введения обязательного страхования жилья для всех россиян. Инициативу пока отвергли ввиду того, что она противоречит законодательству и Конституции. Как вы считаете, надо ли нам страховать жилье и прежде всего свою ответственность по отношению к другим? Должна ли это быть обязаловка?

В. Сизов: Сейчас есть условия для страхования — те, кто желает страховать и кто может страховать, те страхуют. Объясню почему. По двум причинам. Я понимаю, почему председатель Правительства вынес такое предложение — это связано с тем, что в 2010 году у нас были массовые пожары, сейчас у нас Дальний Восток, и приходится тратить на восстановление жилья, на помощь людям деньги. Если у нас написано в Конституции, что у нас социальное государство, то это нормальные траты, государство и должно помогать. Люди достаточно много перечисляют налогов для того, чтобы получить такую помощь. Это раз. Есть региона благополучные, как Киров — у нас здесь ни тайфунов, ни наводнений. Пожары, конечно, тоже бывают. А есть и...

Ю. Афанасьева: Вот недавно торговый центр «Фабрика»...

В. Сизов: Я говорю, это личное дело людей, они могут застраховать, если предполагают, что такое может случиться. Понимаете, есть люди бедные. Как ставки будут определяться? Кто-то живет в деревянном доме, кто-то в каменном. В деревянном пожар более вероятен, чем в каменном, где-то износ 80%, где-то — 20%. Будет очень большая несправедливость.

Ю. Афанасьева: Помните, как вводили ОСАГО?

В. Сизов: Про ОСАГО другая ситуация, я не против ОСАГО. Кроме ОСАГО есть КАСКО. Там кто хочет, тот и страхует.

Ю. Афанасьева: Но ОСАГО должны иметь все, это тоже всего рода обязаловка.

В. Сизов: Она не очень дорогая и реально многим людям помогает. То, что дом ваш будет разрушен — вероятность маленькая.

Ю. Афанасьева: А если соседи затопят сверху?

В. Сизов: Мне кажется, он [председатель Правительства] не это имел в виду.

Ю. Афанасьева: Понятно, что не это имели в виду, но все равно...

В. Сизов: Да. Насчет соседей — это как раз пункт второй, о котором я хотел сказать. У меня есть знакомые, которые сами «топили», и их «топили», и так далее. Они всю жизнь страховали свой дом. Когда обратились в страховую компанию, им насчитали сущие копейки. За то, что у них полностью была затоплена квартира, им страховая компания выплатила 6 тысяч, а за двадцать лет посчитали, что им страховая компания выплатила как минимум в десять раз больше. Они были просто возмущены, справедливо понимая, что это просто обман . Мы платим страховую, но не получаем соответствующей компенсации.

Ю. Афанасьева: Вы знаете, по ОСАГО сплошь и рядом происходит то, что вы рассказываете. Скрытые дефекты, когда не досчитали сумму... Хорошо, по страхованию поняла. У нас с вами осталось три минуты. Объединение судов хочу с вами быстро обсудить. Я напомню: эта тема уже обсуждалась, инициатива Владимира Путина об объединении верховного и высшего арбитражного суда. Владимир Сергеевич, зачем? Как вы понимаете, зачем?

В. Сизов: Если Президент сказал объединить, значит, объединят, даже не сомневайтесь. Когда премьер говорит что-то сделать, может быть, еще не будет, а если Президент — то будет точно.

Ю. Афанасьева: Смотря кто Президент, а кто премьер.

В. Сизов: Управляемость судами в этом случае повыситься. Если суд должен быть независимый, то в этом случае нужна ли нам такая управляемость?

Ю. Афанасьева: Кто ими будет управлять?

В. Сизов: Вы мне скажите, почему такую инициативу Президент вносит?

Ю. Афанасьева: Я не знаю, я вас спрашиваю, почему.

В. Сизов: Я думаю, вы сами должны догадаться. Я бы понял, если бы это внесли сами судьи — надо объединиться, мы друг друга не понимаем, но когда вносит Президент... Я вообще против, когда изменяется Конституция, лучше бы она не менялась. Я когда нужно изменить Конституцию, для меня это однозначно подозрительно и плохо.

Ю. Афанасьева: Нам всем это чем грозит, по вашему мнению?

В. Сизов: Большинству это ничем не грозит.

Ю. Афанасьева: А предпринимателям?

В. Сизов: Предпринимателям грозит, да. Вопросы, которые, может быть, решались в Арбитражному суде, в Верховном решаться не будут, а, может быть, наоборот. Может быть, будут решаться вопросы, которые раньше не могли решить.

Ю. Афанасьева: Все же у вас нет своей гипотезы о том, зачем все это делается?

В. Сизов: У меня есть своя гипотеза, я думаю, что я ее сказал. Читайте между строк.

Ю. Афанасьева: Хорошо. Это было особое мнение Владимира Сизова, ректора Вятского социально-экономического института. Читайте между строк. Спасибо вам большое за эфир. Я благодарю вас.

В. Сизов: Спасибо вам.

Ю. Афанасьева: Всего доброго и до свидания.

Комментарии (0)


Создание и продвижение сайта