Азиз Агаев, директор "Бизнес-информ"

Видео 14:34, 30 марта 2018 264 0

"Не услышать одного из ведущих деятелей культуры... не может губернатор не услышать... Мне кажется, что как специалист, менеджер либерального толка Никита Юрьевич не умеет управлять работой учреждений культуры и вообще развитием культуры в Кировской области..."


«Особое мнение» от 26.08.13

Ведущая Светлана Занько

Гость - директор аудиторско-консультационной «Бизнесинформ» Азиз Агаев

С.З.: 13:06 в Кирове. Это действительно «Особое мнение». Меня зовут Светлана Занько. Напротив меня Азиз Агаев. Добрый день, Азиз Алиевич.

А.А.: Здравствуйте.

С.З.: Мы с вами впервые встречаемся вдвоем в этой студии в формате «Особого мнения». Мне очень приятно.

А.А.: Взаимно.

С.З.: Что хочу сказать. С чего начнем. Ну, начнем с того, о чем молчали, на самом деле, мы на прошлой неделе: об уходе Бориса Павловича из «Театра юного зрителя», «Театра на Спасской». Мы тоже, как и «Бизнес новости», наши коллеги, не давали много информации об его уходе и не дали ее в день, когда он объявил своей труппе о том, что он уходит, потому что Борис является нашим внештатным журналистом, он ведет у нас программу, и он просил не раздувать эту тему, пока он не сформулирует все своим мысли, пока сам их не изложит и пока не встретится с губернатором. Вот что касается мыслей Бориса Павловича, то мы видим его письмо, которое опубликовано в текущем номере газеты «Бизнес новости», и мне бы хотелось, чтобы мы сейчас обсудили, что он написал, как Вы относитесь к его позиции, которую он здесь обозначил в девятнадцати пунктах. Что касается встречи с Никитой Юрьевичем Белых, то у меня никакой информации нет об итогах этой встречи. К сожалению, с Борисом мне не удалось встретиться на выходных. В общем, он как-то общался, что он скажет, что там было и к чему пришли. Он завтра будет в «Дневном развороте». Думаю, там и обозначит. А вот сегодня по его письму. Вы его посмотрели? Как ощущения?

А.А.: Помолчать хочется об этом письме, подумать вот, потому что обсуждать то с чем ты согласен, со многими вопросами, которые поднимает Борис. Он поднимает конкретные вопросы, а я все время вижу за этими конкретными вопросами подоплёку, я вижу системные проблему, которые не решены. Я думаю, что он тоже видит, просто он, как бы, от своего имени конкретно их называет, а те, кто думают и видят, как управляется сегодня наша жизнь, в том числе и культурная жизнь, они видят, что за этими вопросами, которые поднимает Борис, стоят системные вопросы, нерешенные уже многие годы. И то, что на эти вопросы сегодня не обращается внимания, эти вопросы не управляются, со временем они становятся запущенными, а запущенные проблемы – это одна из худших форм, потому что они нагромождаются другими вопросами. И в итоге получается, что многим современным менеджерам, управленцам они начинают казаться неразрешимыми, а для многих таких современных менеджеров, если проблема кажется тебе неразрешимым, то нужно начать решать его либеральными методами.

С.З.: А что Вы имеете ввиду?

А.А.: А пустить его на самотек.

С.З.: Отличный либеральный метод главный.

А.А.: Рыночный метод - рынок сам все расставит, так сказать, на места. Пусти все на самотек, а там все будет. Если есть спрос на специалистов уровня Павловского, значит он будет.

С.З.: Павловича.

А.А.: Павловича, значит, он будет получать, значит то, что ему полагается. Ну, а если нету, ну, не востребован рынком.

С.З.: Ну, мы же знаем, какие актеры, какие артисты, какие режиссеры и худруки востребованы и где они получают деньги. Однозначно не в регионах, да. Это те, которые участвуют в сериалах, те, которые транслируют по телевидению. Это понятно все. Но у нас культура в Кировской области за последние годы

развивается бешенными темпами. Посмотрите, сейчас прошли выходные – аж два дня романтики, аж две скульптуры Ассоль в разных видах стоят сейчас у пруда Диорамы.

А.А.: Ну, извините, что романтичного в этих скульптурах или сильно культурного. Мы еще посмотрим, как время оценит эти культурные объекты, потому что все культурное оценивается через некоторое время. Что такого романтичного в очередных скульптурах там Ассоль.

С.З.: Вот эти вот все вещи, они вот эти дни романтики то, что у нас появляются скульптуры – это все решение системной проблемы, которую мы видим в культуре Кировской области?

А.А.: Нет, это не решение системных проблем. Это попытка показать, что мы в области культуры работаем вот. Именно так, а не иначе я оцениваю все происходящее. Так можно работать, конечно, продолжать. Можно продолжать ставить, значит, новодельные памятники, значит, которые, собственно говоря, ставятся в общественных местах, но само, сама общественность не оценивала, если я так правильно понимаю, в большинстве своем не давало оценку. Поэтому что это? Попытка отвлечь от существующих проблем? От того, что некоторые парки застраиваются, условно говоря, под влиянием тех же, кто ставит эти памятники культуры там, условно говоря, да. Или какие-то другие вопросы, т.е. что это, т.е. отвлечь от возникающих системных проблем?

С.З.: Ну, вот давайте мы все-таки как-то обозначим, что Вы имеете ввиду, говоря о том, что проблемы системные. Какие проблемы именно Вы имеете ввиду?

А.А.: Давайте посмотрим, что, значит, пишет Павлович. Он говорит: сегодня области не нужны молодые талантливые специалисты; сегодня область не создает условия для молодых талантливых специалистов; сегодня, даже если они, слово «эффективность», Вы знаете, любимое слово либералов, да, сегодня, даже если они эффективны, они никому не нужны, потому что реальная эффективность предполагает реальное действие, а многим представителям власти реальные действия в интересах населения не нужны. Им нужны показушные движения, потому что реальные действия в интересах населения, они, как правило, не способствуют возвеличиванию определенных там, лиц, не способствуют их PRу, потому что они решают конкретные какие-то жизненные проблемы тех или иных людей и на этом сильно не попиаришься. Поэтому вот он поднимает такие вопросы, т.е. не просто там культура, хотя по культуре он тоже поднимает массу вопросов. Ведь, смотрите, идет у нас борьба там с гомосексуализмом, педофилией там и т.д., и т.д., и т.д., там с алкоголизмом. И при этом театру не оказывается никакая помощь.

С.З.: Как это взаимосвязано?

А.А.: Вы видите тут логику? То есть, взаимосвязано это таким образом, что если ты отобрал у человека какой-то порочный интерес к другой порочной жизни, да, то ты должен ему дать какой-то здравый, позитивный интерес. Что это может дать кроме прекрасного, кроме искусства? Что может дать кроме искусства этим людям другой позитивный интерес к жизни? Ведь театр – это часть жизни. Мы знаем массу…

С.З.: У вас просто очень внезапная просто была параллель о том, что гомосексуализм и педофилия, от нее можно избавиться благодаря искусству. Это немножко меня повергло вот сейчас в такое шоковое состояние.

А.А.: Суть заключается в том, что это негативные стороны жизни, это те стороны жизни, в том числе алкоголизм, которыми люди опускаются, когда не видят и уже не хотят стремиться к чему-то лучшему и прекрасному. У них нет вариантов. А когда мы вообще перед ними закроем все двери, т.е. когда у нас не будет работать, значит, уйдут талантливые специалисты.

С.З.: Давайте не забывать, что ведь «Театр на Спасской», он работал на молодую аудиторию.

А.А.: Конечно.

С.З.: Все эти проекты «Я не уеду из Кирова» и все эти слоганы «Давайте мы всех хороших ребят оставим в Кирове». Вот Павлович работал над ними последние годы. Это самый яркий пример был.

А.А.: И если не будет работать ТЮЗ то, что мы имеем в итоге? То мы имеем в итоге, что из Кирова, наверно, будет ускоренным образом уходить молодые талантливые, значит, специалисты, правильно?

С.З.: Вполне возможно.

А.А.: А логика-то она такая, что если нету мест и нету путей для движения прекрасному, для приложения сил, для того, чтобы стягать что-то позитивное, а театр – это искусство, которое очень часто мотивирует к достижению позитивного, то к чему будет стремиться, стремиться будут люди. То есть, что мы будем воспитывать в молодом поколении, если у нас не будет театра? Мы будем снова говорить, вот они опять сели у компьютера, вот они опять сели у телевизоров, но и так далее, и так далее.

С.З.: Там еще хорошая новость была, буквально на прошлой неделе или на позапрошлой, из федерального бюджета было выделено Кировской области, если я не ошибаюсь, 4,5 миллиона на развитие базовых видов спорта, коими являются конькобежный спорт, фигурное катание и лыжные гонки и там еще паралимпийские виды спорта. Аж 4,5 миллиона. Мы тоже, говоря о том, чем мы будем занимать наше население, дабы, ну, с одной стороны отвлечь его от вредных привычек, с другой стороны как-то развивать вообще и дать перспективу.

А.А.: Ну, я думаю, что это продолжение начатой деятельности Медведевой, т.е. это, я бы сказал, эти деньги все еще благодаря, так сказать, прошлой деятельности Медведевой нам.

С.З.: Ну, вообще Светлана Владиславовна на эту цифру 4,5 миллиона отреагировала словом «издевательство».

А.А.: Ну, я не специалист и не буду реагировать, как Светлана Владимировна отреагировала. Я буду говорить «с паршивой овцы хоть шерсти клок».

С.З.: Хоть шерсти клок.

А.А.: Да. И мне кажется, что пусть даже этих денег не хватает, но, конечно, их надо брать и направлять, потому что, и направлять на те цели, на которые они были выделены, потому что спорт тоже является той частью позитива нашей жизни, да, которую можно направлять в молодые души в конечном итоге, чтобы им было чем заниматься.

С.З.: Возвращаясь и заканчивая тему с письмом Павловича. Я вот всем рекомендую его прочитать, потому что там действительно Борис обозначил все причины своего ухода и они такие, там не только обозначение этих причин, но все-таки есть некий призыв к тому, что требует изменения. Он напоминает в пункте 17, что три года назад опубликовал в газете «Бизнес новости» открытое письмо губернатору Кировской области Никите Юрьевичу Белых под названием «До конца энтузиазма». Он пишет здесь, что за три года ситуация социальной защиты работников культуры принципиально не изменилась, пара цифр буквально. Зарплата актеров 8 000, живут они в общежитиях. Это все показывают у нас, в общем-то, по телеканалам. Что у нас уходит в год по пять актеров, что каждый сезон ему приходится 15-20 вводов сделать в текущий репертуар, т.е. это собирать каких-то выпускников каких-то театральных школ и вузов для того, чтобы хоть кто-то здесь работал, а лучше не хоть кто-то, кто-то талантливый. И вот тогда, когда первое письмо было опубликовано, Никита Юрьевич Белых пригласил Бориса Павловича стать советником по культуре.

А.А.: Помним мы это все, да, помним, но, может, кто не помнит, пусть читает, что написал в этом смысле в 17 пункте. Мы все помним и что?

С.З.: Ждем ответного письма.

А.А.: От кого?

С.З.: От губернатора.

А.А.: А учитывая, что губернатор предполагает, что у него уже предвыборная кампания началась, то я думаю, что будет ответ, будут какие-то ответные действия. Письмо ли это будет. Он не ответить на этот вопрос он не

может, потому что это бы противоречило, так сказать, той кампании, которую он там уже начал, да. Ну, как не услышать одного из там ведущих деятелей культуры, не может губернатор не услышать. Но будет ли он системно решать возникающие вопросы. Я сегодня могу сказать, что нет.

С.З.: А может?

А.А.: Я думаю, что может, но он не знает как.

С.З.: И советник по культуре ему не помог в этом.

А.А.: И советник, я думаю, что он не всегда слышит. Он слышит других каких-то советников, но таких советников по культуре он не слышит. То есть, мне кажется, это мое личное мнение, что как специалист, менеджер, значит, либерального толка, в этом смысле Никита Юрьевич не может, не умеет управлять работой учреждениями культуры и вообще развитием культуры в Кировской области.

С.З.: Ему мешают.

А.А.: Думаю, что дума, что не мешают, думаю, что он знает как, а те, кто сегодня возглавляет это направление они тоже как, делают так, как они считают, что правильнее было бы развивать, т.е. это дни романтики, дни там какие-нибудь там кикимор.

С.З.: Народные гулянья.

А.А.: Ну, да, да, да.

С.З.: Народные гулянья.

А.А.: Да.

С.З.: Я напоминаю, что в эфире программа «Особое мнение», в студии директор аудиторско-консультационной «Бизнесинформ» Азиз Агаев. Следующий вопрос. 16 августа на встрече арендаторов торгового центра «Фабрика» и представителей собственника здания было принято решение о создании благотворительного счета для предпринимателей, лишившихся своих сбережений в результате пожара. Насколько я понимаю, для тех, кто лишился полностью, для тех у кого не только сгорел товар, магазин, для тех людей, у которых были кредиты, у которых были заложены квартиры, машины. Люди оказались практически раздетыми и разутыми вместе со своими семьями на улице, потому что лишения бизнеса при таких условиях, это, как называть это, нищета.

А.А.: Ну, это несчастье, которое обрушилось, да, да.

С.З.: Как Вы относитесь вообще к благотворительности и предпринимательству, вот сочетание этих двух понятий.

А.А.: В таком сочетании, благотворительность в отношении предпринимателей, я бы, как бы, ну, мне не нравится это сочетание. То есть, я могу быть и многие являются благотворителями в отношении нуждающихся, но, конечно, они сейчас могут сказать, что мы и есть нуждающиеся вот. Думаю, что есть такие мнения, что сами они виноваты в том, что не застраховали свое там имущество. Ну, конечно, если люди берут кредиты под последнее, что у них есть, я думаю, что надо было найти денег и застраховать в конечном итоге бизнес. Теперь они это не сделали, теперь это факт, но думаю, что, может, на будущее они.

С.З.: А самое-то ужасное, что никто не делает. Мы обзвонили массу предпринимателей вот этого уровня, мелких.

А.А.: Я делаю.

С.З.: Вы делаете.

А.А.: Да. У меня застраховано, так сказать, имущество, на котором я делаю бизнес. Вот вам, пожалуйста. Я думаю, что если я еще кого-то из, значит, из…

С.З.: Своих коллег.

А.А.: Своих коллег поспрашиваю, я думаю, что они тоже скажут, что да, я страхую. Потому что когда бизнес идет – это небольшие деньги, а когда происходят такие события – это огромные деньги. Вот поэтому, ну, вот страхуем.

С.З.: То есть, благотворительность здесь не идет?

А.А.: В отношении бизнеса не подходит. Я думаю, что здесь должна быть деятельность со стороны некоторых заинтересованных структур. Ну, например, если судьба этих предпринимателей волнует органы власти, значит, органы власти должны посмотреть, что есть у них в фондах и из этих фондов оказать помощь. При этом эта помощь должна быть реально, она должна быть максимально, значит, недорогой, насколько это возможно, и только бизнесмену, которые реально, действительно осуществляли какой-то бизнес и действительно заложили квартиры там и так далее. Кто не заложил квартиры, кто вот бизнес только потерял, думаю, что это очень хороший урок на будущее и эти бизнесмены еще сумеют подняться. Я знаю бизнесменов, которые пять раз поднимались, шесть раз поднимались после того, как они оказывались, значит, на нуле вот. Есть другая группа интересантов, я думаю, что для наших общественных организаций это должно прозвучать как громкий сигнал, т.е. это должно прозвучать как гром для русского крестьянина, который должен, в данном случае, уже перекреститься. Почему. Потому что, как мы видим, ни одна общественная организация, ни одна…

С.З.: Вот это, Азиз Алиевич, хороший вопрос, потому что на протяжении двух недель с момента, там больше, с момента пожара, я задаю практически каждому спикеру и просто своим коллегам, и многим, кто сюда приходит, этот вопрос. А где общественные организации, которые создавались с целью защиты прав предпринимателей? Где они?

А.А.: Значит, суть заключается в чем. Мое сугубо личное мнение, что да, какой-то частью деятельности этих общественных организаций, ну, даже не всех, а некоторых, ну, скажем, самой крупной у нас Вятской торгово-промышленной палаты, да, является защита интересов предпринимателей. Во всем остальном общественные организации, практически все, они являются некими придатками органов власти, они сегодня обслуживают интересы органов власти. Вот у нас так сложилось, что общественные организации не в диалог вступают с властью, а стараются услужить органам власти. И поэтому вот…

С.З.: А что они у нее заслуживают в итоге?

А.А.: Ну, как. Их начинают приглашать на какие-то мероприятия.

С.З.: Тусоваться?

А.А.: Тусоваться, значит. Приходят на их мероприятия потусоваться и это, вроде как, какой-то вес придает. Значит, они иногда какие-то гранты получают, иногда какие-то конкурсы выигрывают их бюджета. Вот это то, что общественные организации могут получить. Или, значит, где-то на словах какой-то руководитель органов власти какого-то руководителя общественной организации поддержит, скажет, ну, вы у нас самый авторитетный, поэтому мы к вам обратились, да. То есть, мы видим, что общественные организации в этом смысле свою роль не выполняют. Я немножечко отвлекусь вот на свою любимую, так сказать, тему – Законодательное собрание, да. То есть, вот посмотрите, у нас каждый общественный деятель стремится стать чиновником. Вот он избрался депутатом и тут же пытается устроиться на оплачиваемую должность. Как только он стал, он устраивается на оплачиваемую должность, он становится чиновником. И вот все заместители председателя Заксобрания, все председатели комитетов – это уже не депутаты, это уже не общественные и не политические деятели. Это уже чиновники, понимаете, а раз они уже чиновники, то им, по большому счету, наплевать на интересы людей, которые их выбрали вот. И теперь возвращаемся. Вот, пожалуйста, общественные организации. Раз они свою функцию основную вот в этом видят и вот так осуществляют, да, т.е. быть придатком, ну, т.е. какие-то, обсуждать какие-то решения подготовленные,

вынесенные органами власти, одобрять их с незначительными замечаниями, значит, принципиально не обсуждать, потому что это не всегда нравится органам власти. Если принципиально обсудишь, то, в конце концов, тебя могут немножечко отодвинуть, и ты будешь общественной организацией не первого порядка, а какого-нибудь второго порядка, понимаете да. То, соответственно, и где лежит основной интерес общественной организации и наше понимание, т.е. если руководитель общественной организации может и встречается, условно говоря, еженедельно с губернатором, и все другие видят работники, чиновники, что он встречается, то они стараются его уважать, а, соответственно, я, как член общественной организации, конечно, стараюсь вступить в эту организацию, потому что ее руководитель имеет прямой доступ.

С.З.: К телу.

А.А.: К телу, вот понимаете да? То есть, вот такая вот, а не для того я вступаю в общественную организацию, чтобы изменить условия деятельности бизнеса на территории области. Вот в чем основная проблема и почему Вы задаете вопрос: «А где общественные организации?». А они не для этого создавались, они не собираются именно вот такую деятельную помощь оказывать. То есть, они частично то тут, то там пообсуждают, значит, и все. По большому счету, их мнение и на высоком уровне тоже не особо, как бы, учитывают.

С.З.: А бизнес омбудсмен, которого у нас все давно ждут, его никак нигде нет и, в то же время, мы видим, что деятельность российского бизнес омбудсмена, она как-то развивается, какие-то решения принимались. И вообще нас же всех заобязали регионы, чтобы в каждом регионе был бизнес омбудсмен.

А.А.: Чувствовал я, что Вы мне этот вопрос зададите. Бизнес омбудсмен. Я уже на эту тему говорил и вот у нас на территории Кировской области, по всей России я не могу сказать, может быть и есть области, но я не слышал там, где бизнес себя чувствует прекрасно, что. Я на одном из собраний городского общественного, как там у них собрание называется, на одном из заседаний рассказал такую сказку, что я видел город, в котором есть руководитель, который помогает предпринимателям, их поддерживает, вовремя выделяет земли.

С.З.: Это вы придумали так сказку или правда видели?

А.А.: Это я придумал. Вы не дали мне досказать, ну, ладно.

С.З.: Извините.

А.А.: Тогда я хорошую сказку не буду досказывать, так уж и быть.

С.З.: Сразу к плохому концу?

А.А.: Нету такого города, нету. И предприниматели не делают тоже в ответ то, что должны делать, т.е. они не помогают власти содержать территорию, значит, в порядке, они не берут на работу людей, на хорошую заработную плату, они не платят им хорошую заработную плату, они не создают им хорошие условия для деятельности. Редкий, ну, хорошо, малое количество предпринимателей создает такие условия работникам, платят налоги все как положено и смело смотрят в глаза контролирующим органам. У нас очень опасно смело смотреть в глаза контролирующим органам, потому что есть столько норм, порой не совсем оправданных, которые мы не выполняем. И в итоге мы можем в любое время, ну, историю там, например, с противогазами Вы знаете да, т.е. и масса других. Вот, например, если сотрудник работает там больше 50% с компьютером, то это рабочее место должно быть аттестовано. У вас аттестовано, кстати, рабочее место?

С.З.: Я уверена, что у нас все нормы выполняются. Мы сейчас прервемся на короткую рекламу. Напоминаю, что это особое мнение Азиза Агаева. Меня зовут Светлана Занько. С «Особым мнением» Азиза Агаева вернемся через пару минут.

Реклама

С.З.: Возвращаемся в студию. В эфире программа «Особое мнение». Меня зовут Светлана Занько. В студии директор аудиторско-консультационной компании «Бизнесинформ» Азиз Агаев, и мы говорим сейчас о том, что в пятницу на Театральной площади прошел пикет. Пикет собрал более сотни человек, по разным данным разное количество. Люди требовали справедливого вердикта по делу Эдуарда Игнатяна. Одним из главных требований пикетирующих было признать Дмитрия Бронникова, который проходит вторым обвиняемым по делу, невиновным. Так что с этим пикетом. Вот такое проявление гражданской активности – это важно? И вообще это проявление гражданской активности?

А.А.: Ну, думаю, что да. Думаю, что мы, наверно, должны свое мнение и должны иметь возможность высказывать свое мнение и должны высказывать свое мнение не опасаясь ничего. Другое дело, что в этой ситуации как это расценить. Является это давлением на суд или нет? Ну, я думаю, что учитывая особенность судебной системы, этот пикет не являлся давлением на суд.

С.З.: Ну, учитывая то, как власти и как контролирующие органы отнеслись к этому пикету, на мой взгляд, довольно мягко.

А.А.: Ну, собственно говоря, да. Здесь важно другое. Вот люди, когда идет процесс, и люди выходят на улицы, а люди, обычно, выходят на улицу, когда они не верят в справедливость решения. То есть, я подчеркиваю, не в законность, а в справедливость. К сожалению, ситуация у нас такая, что у нас очень часто принимаются решения внешне законные, а по сути своей несправедливые. Ну, в кавычках можно сказать «издевательство», например, т.е. по содержанию. Вот такие явления, которые появляются и бывают, так сказать, в нашей судебной практике, они подрывают основы правопорядка, потому что что означают, вот для нас вообще богом-то является на земле не губернатор и не президент, на самом-то деле является суд. Суд – это последняя инстанция на земле, которая говорит, виновны мы или нет. Даже если президент сказал, что мы виновны, все равно точку в этом деле ставит суд. Другое дело, часто ли расходятся мнение суда с мнением президента, как бы вот это я, надо специальное исследование проводить, но на самом деле это вот так. А теперь представьте, что люди разуверились в справедливости суда, а если они разуверились…

С.З.: Давно и окончательно.

А.А.: И какие последствия? То есть, если я не могу решить свои проблемы в суде, значит, как я должен эти вопросы решать? Я должен их решать по справедливости, да, некоторые особо деятельные начинают думать. Что такое – решить по справедливости? Вот я этого больше всего боюсь, когда закон перестает действовать, справедливый закон, подчеркиваю, то люди начинают, ну, как правило, история об этом свидетельствует, устанавливать справедливость своими собственными руками.

С.З.: Суды Линча?

А.А.: Ну и так далее, и так далее. То есть, я хочу сказать, что это очень серьезная проблема, очень серьезная. А что бы суд справедливости бы сделал, на мой взгляд, в той ситуации, когда есть масса доказательств того, что какой-то водитель до того, как он совершил смертоубийство да, он многократно ставил жизни людей в смертельную опасность. Да он уже только за то, за это бы, приняв бы это все к сведению, что такой человек в принципе опасен на свободе, в принципе опасен, справедливость требует того, чтобы этот человек, ну, не знаю, если не изолирован, как минимум, пожизненно лишен права управления, значит, автомобилем.

С.З.: Азиз Алиевич, ну и что теперь-то? Что теперь? Если согласно закону суд вынесет оправдательное решение, а согласно справедливости и фактам, которые мы знаем из судьбы Эдуарда Игнотяна до еще того, что сучилось у «Октября», требовать другого решения? Что теперь?

А.А.: Ну, они, наверно, это и будут требовать, так сказать. Здесь вопрос заключается в том, что в какой степени в той или иной ситуации человек использует свою собственную совесть, которая в его душе является частицей бога, так сказать да. Ну, кто-то использует, кто-то совсем не использует.

С.З.: Вы сейчас о судье говорите?

А.А.: Обо всех говорю, обо всех участниках, обо всех. Я о судье вообще бы пытался не говорить сейчас и стараюсь не говорить, потому что, ну, на самом деле, после, наверно, Юли Бронниковой труднее всего судье. Даже если он чего-то делает не так, он первый осознает это и понимает, что он делает это не так. И как они потом с этим живут, я не знаю. То есть, я не стал, как бы, оценивать ни поступки, ни деятельность судьи по этому делу. А я говорю о том, что большой проблемой, еще раз повторю, является справедливость, т.е. если мы не можем добиться справедливости в суде, мы ищем путей, как добиться этой справедливости.

С.З.: Так вот этих вот пикетов, выходов на улицу, демонстраций, их будет больше становиться? Вот сейчас.

А.А.: Чем больше люди будут встречаться с несправедливостью, тем больше они будут заниматься незаконной деятельностью.

С.З.: Как у вас ощущение, вот сейчас какая обстановка сложилась в стране и в нашем городе вообще. Люди будут выходить чаще на улицы или нет?

А.А.: У меня ощущение не по поводу того чаще или нет, а по поводу того, что все меньше и меньше людей начинают верить в силу закона.

С.З.: Значит, они будут выходить на улицы. Понятно. Это особое мнение Азиза Агаева, а мы продолжаем. Кремль декларирует новую политическую стратегию. Это сегодняшние новости. На основании материалов «Ведомостей» среди прочего эта стратегия предусматривает допуск до выборов ярких оппозиционных политиков. И вот теперь ЦИК, говорят «Ведомости», будет поправлять коллег из регионов, если местные власти захотят снять с выборов представителя оппозиции. Это такое новое веяние, тренд обозначен, кем обозначен, для чего обозначен.

А.А.: Игрушки продолжаются.

С.З.: Чьи?

А.А.: Наверно…

С.З.: Кто с кем играет?

А.А.: Органов власти. Продолжаются, потому что нужно, не знаю кому, может быть, самому себе, а, может быть, там стране показать, что мы вообще-то где-то и демократичны, и соблюдаем права.

С.З.: Это, наверно, Владимир Владимирович тоже.

А.А.: Наверно, Владимир Владимирович, если он управляет страной.

С.З.: Ну, разве это плохо – допускать оппозиционеров?

А.А.: Вот в том виде, в котором они делают, это плохо.

С.З.: Почему?

А.А.: Объясню.

С.З.: Да.

А.А.: Потому что это делается сверху.

С.З.: Так, так быстрее.

А.А.: А должно быть. Конечно, так быстрее, но лучше ли. Вот давайте посмотрим. Мы ведь, ну, что Россия, ладно, бог с ней с Россией, давайте посмотрим по Кировской области. Ну и кто у нас выдающиеся оппозиционеры?

С.З.: Они уехали вообще-то не так давно.

А.А.: О, так кого мы должны допускать или снимать с выборов. Вы понимаете, о чем я говорю. Значит, речь идет о том, что в стране должна создана быть система, воспитывающая способных решать стоящих перед областью задач людей. У нас таких людей очень мало. Они есть решатели задач, они готовы, но они когда посмотрят на эту вакханалию политическую, ну и хорошо. Если их нет, а остальных допускают. Смысл какой? Ну, спустили сверху, ну, допустят пару оппозиционеров, который потом из одной партии перебегут в другую, потому что там больше будут платить и забудут.

С.З.: Более оппозиционная партия, больше шансов пройти.

А.А.: И забудут там политические идеалы и политические идеи. Я много раз говорил у нас, например, в Законодательном собрании между депутатами нет никакой разницы в политической идеологии, нет. Есть в политической риторике разница, но нет. Ну, если, например, уважаемый, значит, господин Курашин работает заместителем у Ивонина и, начиная, на зарплату, кстати, работает, да, на зарплату Законодательного собрания, а, соответственно, на зарплату, которую мы перечисляем в бюджет, т.е. на налоги, которые мы перечисляем в бюджет, и начинает его критиковать. Ну, он оппозиционный, когда они все оппозиционные лезут в заместители к, значит, они несут совместную ответственность с партией власти за то, что происходит. И попытка отгородиться, что это сделал Ивонин, а не я, а ты его заместитель, если у тебя нет никаких прав, ну, ты же мужчина - уходи.

С.З.: Ну, как уходи.

А.А.: Уходи из заместителей, оставайся депутатом.

С.З.: А куда уходи? В депутаты обратно?

А.А.: Конечно.

С.З.: Ммм.

А.А.: Это чисто мужской бы поступок был. А когда ты сидишь зарплату получаешь, Ивонин тебе подписывает ведомость по заработной плате, например, и в то же время говоришь, все, что Ивонин делает – это не я. Это не я, потому что Ивонин там вообще не правильно и так далее. Нет, я не говорю, что Ивонин действительно неправильный.

С.З.: Да?

А.А.: Да, ну, это мое глубокое убеждение, что вообще не тот председатель Законодательного собрания. Он неправильно работает, он неправильно управляет, он неправильно ставит вопросы, так сказать, на обсуждение. Он не дает очень многому случиться, что могло бы случиться, но если бы позволила фракция «Единая Россия». Мы же все знаем эти механизмы более или менее, да? Вот, но в этой ситуации Вы понимаете, да, т.е. ну и что, вот давайте он выставится в следующий раз на должность губернатора.

С.З.: Кто?

А.А.: Курашин, например.

С.З.: Курашин.

А.А.: Да. Оппозиционер.

С.З.: На должность губернатора.

А.А.: Да, выставится.

С.З.: Оппозиционный кандидат.

А.А.: Да, оппозиционный кандидат. И вот не дадут его снять и что? У меня будет выбор? У меня его как не было, так и нет, потому что нет сегодня решателей задач и Курашин не решатель, и он не сможет и не будет, у него не хватит…

С.З.: А кто решатель?

А.А.: Компетенции.

С.З.: А кто решатель, Азиз Алиевич?

А.А.: А решатели в тени сидят сегодня и они не принадлежат...

С.З.: Кого нужно доставлять на выборы в губернаторы?

А.А.: Персонально, Вы хотите сказать?

С.З.: Да.

А.А.: Ну, я бы боялся, так сказать, сейчас назвать их, потому что Вы же знаете, начнется в блогах…

С.З.: Я не знаю, а что?

А.А.: А если он работает, его там, то есть.

С.З.: Вы боитесь навредить людям.

А.А.: Да. Я, тем более что я, не согласовав с ними, начну называть, так сказать, их фамилии.

С.З.: Ну, может, они вот вам нравятся, Вы хотите их видеть губернаторами, что ж мы не никто не имеем права ничего сказать.

А.А.: А мы не имеем. Ну, я скажу, а дальше что? Если бы я имел право просто его выдвинуть, а я не имею права его выдвинуть, потому что его сразу засадят, понимаете?

С.З.: Да.

А.А.: Есть самовыдвижение. То есть, у нас в принципе Конституция действует наполовину. Я хочу вернуться к вопросу, который Вы задали. То есть, не решения надо сверху принимать оппозиционеров к выборам допускать, а нужно создать такую систему, чтобы решатели задач проявлялись, а не всплывало что попало.

С.З.: Это «Особое мнение» Азиза Агаева. Я, Светлана Занько, прощаюсь с вами. До свидания, до новых встреч.

А.А.: Спасибо.

Комментарии (0)


Создание и продвижение сайта