13:06, 13 мая 2019
Особое мнение Владимира Костина от 13.05.19
Время выхода в эфир: 13:06, 13 мая 2019
1958
0
Гости: Владимир Костин
Ведущие: Светлана Занько

С. Занько


– 13:06 в Кирове. Это программа «Особое мнение». Его веду сегодня я, Светлана Занько. А своё особое мнение высказывает Владимир Костин, вице-спикер Кировского областного законодательного собрания.


Владимир, добрый день.


В. Костин


– Добрый день.


С. Занько


– Только что прилетели из отпуска. Вообще, все возвращаются из отпусков. Очень сложно было понять, кто придёт в «Особое мнение» на этой неделе. Такое ощущение, что никто не хочет прилетать обратно. Но мой вопрос не про это.


Владимир, вы летели в Киров?


В. Костин


– Да.


С. Занько


– И в страну летели?


В. Костин


– Да.


С. Занько


– «Суперджетом»?


В. Костин


– Нет. Наверное, к счастью.


С. Занько


– Вот хотела бы понять – когда вы услышали про эту катастрофу, какие у вас возникли ощущения?


В. Костин


– Вы знаете, конкретно про «Суперджет» давно говорили, что самолёт ненадёжный. Но, чтобы вот настолько. Опять же, что там? Только лишь проблемы с самолётом, либо проблемы с неопытностью экипажа, ещё что-то? Но, в любом случае, вот этот комплекс проблем, который вылился в катастрофу, оптимизма не добавлял безусловно. И, кстати, многие, кто летают, вспоминают всю ситуацию.


И сейчас опять же те, кто следят за новостями, знают, что «Суперджеты» снова массово не летят, то есть отменяются полёты и те, которые были запланированы на этих самолётах. Говорят, что эта история не единичная и бывала раньше. То есть просто сейчас средства массовой информации более внимательно отслеживают все эти невылеты.


И это, конечно же, вызывает тревогу и опасения. И за «Суперджет» в целом и за нашу авиацию. И за тех, кто на них ещё полетит. Вот у меня примерно такие эмоции на этот счёт.


С. Занько


– Если бы были билеты на «Суперджет», вы бы постарались их поменять или уж полетели на авось, что называется?


В. Костин


– У меня была ситуация, кстати, как-то раз. Из Москвы в Киров я вылетал и смотрю, стоит самолёт, и у него вот этот корпус у двигателя разобран. Я думаю: «Дай, я запомню номер этого самолёта, чтоб упаси господь на нём не лететь». А рейс был с пересадкой в этом аэропорту. То есть транзит. И буквально через полтора часа нас подвозят ровно к этому самолёту. И я думаю... и вот как не лететь? Да? Не лететь – это ж куча проблем.


Так что на авось, на авось. Да, всё равно бы полетел. Но, при планировании вылетов я, как правило, обращаю внимание на тип самолёта.


С. Занько


– Вы сейчас будете обращать внимание?


В. Костин


– Обращаю и так. Ну, есть понимание, что «Суперджетов», допустим, нет в «Победе» совсем. И ты вряд ли нарвёшься на иной самолёт, нежели чем на «Боинг». Поэтому как-то спокойнее летать авиакомпанией, чей парк самолётов примерно понятен. Поэтому, да, я внимательно слежу за этим и, не знаю, наверное, многие сейчас тоже так делают.


С. Занько


– Да, вот сейчас в подробностях катастрофы разбираются каждый день. Есть новости. Что-то произошло вот совершенно из рук вон, потому что непонятно на самом деле – сначала говорили о молнии, потом про отказ приборов, теперь про работу пилотов, потом про работу диспетчеров и всех служб вместе взятых. Добрались до самого «Суперджета», до его недоработок, до отсутствия его ремонтной базы и прочего.


Вот вам лично важно знать все эти подробности? Все подробности этой катастрофы и её причины.


В. Костин


– Тут немножко важнее другое. У нас почему-то так складываются всегда обстоятельства, что если есть какая-то ситуация чрезвычайная – будь то падение самолёта, будь то лесной пожар, – всё время пытаются скрыть реальные масштабы катастрофы, почему-то. Причём, может быть это, я не знаю, пережитки советского прошлого, и мы всегда ищем где-то подвох.


Потому что, если помните, про «Зимнюю вишню» тоже говорили, что количество погибших там исчисляется сотнями, едва ли там не под тысячу. На самом деле те данные, которые были изначально даны, оказались достоверными. Вот, может быть, как раз все эти попытки что-то от нас скрыть и наталкивают на мысли, что и здесь наверняка случилось что-то такое.


Ведь если говорить о тех проблемах, которые у рейса случились, там на самом деле, говорят, и молния была, и ошибка пилотов. То есть это комплекс проблем. Не так просто самолёт загорелся и запрыгал.


С. Занько


– Но, однако, сообщество пилотов уже – и пилотов, и стюартов, – они уже и говорят, что не раз писали письма и отказывались от полётов, потому что ненадёжный самолёт. Потому что отсутствует ремонтная база, потому что он в конце концов недоработан.


В. Костин


– Но при этом, знаете, когда читаешь где-то в новостной ленте, что очередной авиакомпании разрешили отказаться от закупки «Сухого Суперджет», ну, это вызывает опять же подозрение, что кому-то, может быть, разрешили, а кому-то не разрешат.


Да, я понимаю, что любой ценой нужно авиационную промышленность поднимать, но, наверное, не ценой человеческих жизней.


С. Занько


– Вот это удар по нашей авиационной промышленности сейчас?


В. Костин


– Безусловно, безусловно. Потому что и те покупатели у «Сухого», которые были, отказываются от полётов. А на самом деле их не так много было. О серьёзных покупателях можно было говорить -только одна компания в Мексике и одна компания в Ирландии. Вот, по большому счёту и всё. Но даже они сейчас от полётов отказываются.


Несмотря на то, что у самолёта были очевидные плюсы – это экономичность, это и цена самого лайнера. Но были очевидные минусы – это крайне низкий налёт.


Мы, кстати, с коллегами ещё до трагедии эту историю обсуждали, – что вроде бы как пытаются поднять авиационную промышленность, и вроде бы как имидж такого супердешёвого и при этом экономичного самолёта создан, но ненадёжный.


Как вот у нас с машинами всегда была беда, – что они вроде бы, да, недорогие, выглядят может быть как-то странно, хотя и европейцы тоже приобретают несмотря ни на что, но вот ненадёжные наши автомобили. К сожалению, с самолётами такая же история. И я не знаю с чем это связано. У нас откровенно говоря ещё проблема-то в том, что мало того, что самолёты, у нас и ракеты начали падать. И это уже системная история.


С. Занько


– Спутники начали падать, да.


В. Костин


– А здесь, наверное, Светлана, нужно посмотреть в динамике развитие событий. Вот тот отток, как говорили, мозгов, который в 90-е случился, наверное, вот сейчас он нам аукается. Потому что, а кто должен нам сверхновые супернадёжные двигатели разрабатывать? Те же фюзеляжи самолётов? Всё те же инженеры, которые от нас уезжают.


И вот сейчас не нужно искать виноватого среди пилотов. И опять же не нужно искать даже виноватого среди конструкторов. Нужно искать виноватого среди тех людей, который допустил отток тех самых мозгов. И когда мы говорим о том, что нужно создавать какую-то среду, среду нужно создавать не только внутри какого-то института.


То есть мы создаём, там, «Сколково». А вокруг «Сколково», до «Сколково» не доехать. И кого мы там оставим? Тех, кого сможем наручниками к батарее пристегнуть? Ну, только так. Потому что в противном случае, опять же, в последнее время очень часто бываю в вузах, и ребята ведь не задают вопрос по зарплате.


Допустим, медики, либо учителя, не задают вопрос по зарплате. Они представляют какая, они знают про подъёмные. Они говорят: «А что я там буду делать? То есть вот даже получу я большую зарплату. А у меня не дай бог заболеет ребёнок. Куда я его повезу?» Вот если мы говорим о решении проблем, их решать нужно в комплексе.


Я уж, коль тут начал говорить о комплексном решении проблем, больше скажу. Мы вот в масштабах страны всё время пытаемся как-то влиять на мировую политику и сделать так, чтобы соседи к нам, если не присоединились, то дружили с нами точно. А давайте сделаем так, чтоб у нас внутри страны было настолько хорошо, чтоб все остальные хотели к нам присоединиться. И тогда не надо никого там пугать лязганьем оружия.


Да, оно у нас должно быть. Высокотехнологичное, качественное, которое в случае чего полетит, поплывёт и ударит по врагам так, что мама не горюй. Все испугаются. Но мы сами ж знаем, что не хотим ни на кого нападать. Правильно? Давайте только для обороны это использовать.


А оборонять надо, чтоб было что. Если у нас нечего оборонять, если у нас условно говоря до Лузы не добраться всё ещё. Так о какой привлекательности говорим? Как рассчитывать на то, что в Лузе люди молодые останутся, молодые, талантливые, которые всё ещё там есть? Как рассчитывать на то, что они не захотят оттуда сбежать?


С. Занько


– Вот мы и сейчас поговорим с вами ещё про инвестиции и про то, останутся ли люди, только уже не в Лузе, а в Марадыково, в связи с последними новостями, которые вышли относительно Марадыковского объекта. Я до перерыва озвучу эту новость, а потом мы её обсудим.


Процитирую фейсбук ещё одного нашего эксперта, Константина Кропанева. Вот, что он написал и сделал ссылку на материалы СМИ: «Похоже, на инвестиционной привлекательности можно поставить крест», – сказал Кропанев в своём фейсбуке и привёл материал «В Кировской области будут утилизировать химотходы самого высокого класса опасности». Правда, Константин, видимо, не прочитал лид под заголовком, потому что там как раз про инвестиции немаленькие сказано: «Правительство Российской Федерации выделяет под это 5 миллиардов рублей инвестиций».


Сначала одна реплика: после того, как такие заголовки читаешь, сердце ёкает?


В. Костин


– Да, ёкает.


С. Занько


– А вот почему ёкает, разберёмся после короткого перерыва.


ПЕРЕРЫВ


С. Занько


– Это программа «Особое мнение». Его высказывает сегодня Владимир Костин, вице-спикер Областного законодательного собрания.


Итак, мы говорим про объект в Марадыково, который планирует построить «Росатом». «Росатом», я не ошибаюсь? За 5 миллиардов рублей. Таких объектов на территории страны должно вырасти 4 штуки, и они будут утилизировать отходы самого высокого класса опасности. Сердце ёкает, вы говорите, от таких сообщений. Почему?


В. Костин


– Ну, потому что не хочется, чтобы на территории Кировской области была такая общероссийская помойка. Мы можем вспомнить Архангельск. До сих пор там люди протестуют. И если говорить про инвестиции в 5 миллиардов рублей, в Архангельскую область хотели вложить ещё больше, по-моему, порядка 10 или 12 миллиардов рублей. Ровно за то, что под боком у них будет вот этот гигантский супермегаполигон, едва ли не вся Москва на который будет свозить отходы.


Хочется ли жителям Кировской области, чтоб и у нас под носом такая история была? Нет, могу сказать, что те акции, которые проходили у нас, – масштабные, публичные, – тоже, разговаривая с людьми, слышал о том, что упаси господь нам повторить вот такую историю, как в Архангельске. А здесь чем-то подобным попахивает.


Да, полигон в Марадыковском – это объект, который уже построен, на который были потрачены большие деньги. И, наверное, он должен приносить какой-то эффект. Но вот такой ли? Большой вопрос. Опять же мы говорим о том, что объекты нужно использовать, так сказать, и в мирных целях, конечно же.


Есть ли уверенность в том, что, пускай даже там, будут утилизировать, либо, может быть, как-то перерабатывать отходы высокой степени опасности, есть ли гарантия, что с нашим раздолбайством всё будет сделано по процедуре, что мы не получим отравленную зону в радиусе, допустим, 100 километров? А Марадыковский на самом деле очень близко от реки Вятка. И не получим мы отравленную Вятку ниже по течению от Марадыковского?


С. Занько


– Ну, вот смотрите, давайте разберёмся. Отходы первого и второго класса опасности. К ним относятся такие вещества, как полоний, соли свинца и талий, крайне опасный. Но также речь может идти, – я сейчас цитирую по сайту «Навигатора», – о более привычных отходах: отработанных трансформаторах, ртутных термометрах, например, батарейках. Об этом, кстати, говорил здесь у нас в студии ваш коллега, вице-спикер ОЗС Роман Титов. И вроде бы неплохо, раз мы говорим о том, что нужно перерабатывать мусор, батарейки тем более нужно перерабатывать. И это значит, что будут созданы рабочие места.


Но, по моим сведениям, уже в Общественную палату, членам Общественной палаты, комиссии по экологии поступают звонки. Люди из Марадыково звонят и спрашивают: не продавать ли уже сейчас недвижимость, потому что ничего про это не было известно. А я могу сказать, что Общественная палата, в эту комиссию я тоже вхожу, планировала по Марадыково поднять вопрос в очередной раз только к осени. И тут внезапно мы узнаём уже о принятом решении, что будет построен этот объект и проектирование стартует в 19-м году. А в 23-м году он должен уже заработать.


В. Костин


– Вот мы в начале программы об этом начали говорить. Не говорят общественникам, в принципе, людям, интересующимся о том, что они хотят знать. Человек так устроен, что он дальше начинает додумывать сам. Вот нам не сказали, что планируется в Марадыково. Что-то планируется, что-то подписали. 5 миллиардов какие-то к нам придут. На что они придут?


С. Занько


– Они не к нам ведь придут, не к нам, Владимир. Их потратят на строительство.


В. Костин


– Пускай в Марадыковский. На производство потратят, в котором будут открыты, возможно, новые рабочие места и так далее. А что будут делать, мы не знаем. И при этом очень хотим узнать. Почему опять же власть у нас боится общественников, почему боится активных граждан?


С. Занько


– Власть вам скажет: «Это не наш объект, он федеральный».


В. Костин


– Да власть нам и этого не сказала. Начнём с этого. Если б нам рассказали, что там будет утилизироваться, если б нам рассказали, что там будет за сверхсовременное за 5 миллиардов производство, когда оно будет построено, сколько рабочих мест откроется, – мы бы, наверное, меньше сейчас вот так опасались. Мы ведь не возмущаемся, мы опасаемся. Мы бы сделали какие-то выводы.


Жители Марадыковского сделали бы выводы – продавать, не продавать. Ну, например. А сейчас жители не знают. Мы не знаем. К кому бы они, наверное, ни пришли, им ответа не дают. Вот я, допустим, тоже не знаю, что там будет, к большому сожалению. И это говорит о том, что когда мы не получаем информацию, мы начинаем додумывать. Что мы додумываем, бог его знает. Ровно, как и с «Суперджетом», ровно, как и с Марадыковским и ещё массой с чем, что у нас в стране происходит.


С. Занько


– Депутаты Областного законодательного собрания этот вопрос буду поднимать, как вы думаете?


В. Костин


– Я могу сказать, что я сейчас точно будут выяснять и разбираться, что там такое, для того чтоб, если вдруг от жителей Марадыковского поступят обращения, им ответить развёрнуто и полностью представлять хотя бы самому, что делать в этой ситуации.


С. Занько


– Я думаю, что не только от жителей Марадыковского. Вот мы вас просим это сделать, для того чтобы тоже понять и рассказать людям, что там будет построено, как это повлияет на окружающую среду, на людей, какие конкретно отходы будут перерабатываться. Потому что это очень серьёзный на самом деле вопрос.


В. Костин


– Самое крайнее в следующей программе мы можем вернуться к этому вопросу.


С. Занько


– Договорились. Ещё один вопрос, который безусловно нужно обсудить. Практически демарш совершили несколько бизнес-объединений Кировской области, вышли по этому поводу новости. Предприниматели и предпринимательские объединения, в частности «Деловая Вятка» Лига предпринимателей, Торгово-промышленная палата Кировской области и ещё несколько отказались участвовать в оргкомитете форума традиционного кировского, который должен был пройти в 9-й раз, «Предпринимательство на Вятке».


Мы делали эфир с представителями тех, кто взбунтовался, можно сказать, они говорят, что в целом не довольны работой министерства экономики и предпринимательства, они очень серьёзно наезжали на министра, прямо наезжали на министра Наталью Кряжеву, она была здесь у нас в студии. Господин Маури, который здесь тоже был, он возглавляет Лигу предпринимателей «Деловая Вятка», он прямо обвинил Наталью Кряжеву в некомпетентности и сказал, что она должна уйти в отставку.


В. Костин


– Просто пример, в продолжение того, что сказано, пока без выводов. Есть в планах, в рамках разработки стратегии развития Кировской области укрупнить территории, пока, может быть, абстрактно, но создать 8 макрорайонов, которые будут состоять из нескольких районов, то есть по кустам.


С. Занько


– Здесь нам об этом Чурин рассказывал.


В. Костин


– Да, по кустам. И когда первая презентация этого всего дела была, там же ещё плюсом были прописаны отрасли промышленности, которые на территории присутствуют и которые нужно развивать. Так вот пищевой промышленности у нас нет, даже в тех кустах, которые очевидно занимаются пищевой промышленностью.


Ну, например, у нас есть крупные фабрики, которые делают печенье и конфеты, – «Сладкая слобода», «КИО», – их на карте нет. То есть, видимо, министерство профильное не видит эти организации вообще и, наверное, в будущем тоже не видит, потому что в планах по развитию пищевой промышленности ничего не прописано. Конечно же, прописаны какие-то, – на севере у нас лес, на юге у нас где-то там, особенно юго-восток, сельское хозяйство. Ну, здесь у нас какие-то химические производства. И всё. То есть вот то, что мы видим сейчас под носом, может быть из какого-то учебника по краеведению 97-го года переписали, оно там есть. А всё, что дальше собственного носа, его там нет. А дальше, наверное, выводы по всему этому.


Если мы такую программу развития Кировской области примем, то она нам не нужна вообще. Лучше по старинке, без плана, авось чё-то получится. Но, я первый раз, наверное, о программе развития Кировской области в начале созыва сказал, что неплохо бы приступить к её развитию. И, вроде бы, как и рабочая группа создавалась, но до сих пор меня лично никто не пригласил на заседание этой рабочей группы и мне неведомо, что там происходит.


Судя по всему, предпринимательское сообщество точно так же переживает, не видит, что происходит. Опасается, что у нас, может быть, опять какое-то производство за 5 миллиардов появится, а потом мы узнаем, что оно нам совсем не нужно, потому что расплачиваться за него мы будем, может быть, какими-то, я не знаю, заболеваниями. Вот зачем нам это надо? Вот предприниматели чётко говорят: зачем нам это надо? Мероприятие для галочки, на которое мы потратим ещё кучу денег, а на выходе получим, что у нас пищевой промышленности нет, оказывается, в большинстве районов Кировской области.


Поэтому, Свет, я не знаю опять же, как мне характеризовать министра, насколько человек способен или не способен, но министерство точно работает недостаточно эффективно. А раз министерство работает недостаточно эффективно, в пору говорить о том, что министра нужно менять. Здесь я соглашусь.


С. Занько


– О кадрах говорят постоянно. Можем ли мы сказать, что ещё кадровый кризис в Правительстве Кировской области не преодолён, потому что мы видим постоянные уходы и из Правительства Кировской области, уж не говоря из муниципалитета топ-менеджеров.


В. Костин


– Уходы видим непрофессионалов, которые вот как их не обозначают, что они плохо работают, не уходят. Я уже, не знаю, устал говорить... Бондарчук.


С. Занько


– А что значит не уходят, я не могу понять, Владимир? Они сидят, он сидит. Ты не профессионал, ты не выполняешь. На тебя, значит, жалуются. Он сидит год, он сидит два и мы, чего ждём, что он по собственной воле скажет: «Ну, ладно, пожалуй, поеду-ка я в Америку и оттуда фоточки буду посылать».


В. Костин


– Максимум, что мы можем, это вот так публично высказывать министру, что он не прав, что он либо должен работать.


С. Занько


– А министру ли? Кто наниматель, вопрос?


В. Костин


– Правильный тоже вопрос. Согласен. Наниматели, вообще, жители Кировской области. Они в конце концов избрали себе главного руководителя, губернатора. А губернатор...


С. Занько


– И он нанимает.


В. Костин


– Сейчас по сути эти полномочия переданы председателю правительства. Председатель правительства...


С. Занько


– Разве? Разве не губернатор Кировской области по-прежнему формирует и правительство в том числе?


В. Костин


– Председатель правительства уполномочен, имеет все полномочия, для того чтобы назначать министров. Другое дело, что это всё должно проходить через согласование с губернатором и вот здесь как раз мы эту вертикаль, о которой нам говорили, чётко видим, она сохраняется.


С. Занько


– То есть сейчас это головная боль, конкретно судьба министра Кряжевой, головная боль чья? Чурина или Васильева, хочется понять?


В. Костин


– Я не могу сказать, что Александр Анатольевич Чурин вот сейчас уже полностью получил полномочия, для того чтобы взять и снять какого-то министра, надеюсь, что это так. В противном случае, зачем мы разделяли две должности, два разных полномочия. Я думаю, что это должно быть, по крайней мере. Если этого нет, то конечно же нужно для Александра Анатольевича ставить вопрос о наделении его этими полномочиями, раз уж он отвечает за реализацию государственных программ в Кировской области, это ж его ответственность. А, извините, кем он воевать-то будет? Если вот с такими людьми, которые не способны отвечать за поставленные задачи, не достигнем результатов. И опять же, говоря о стратегии, мы сейчас её написать не можем. А нам её реализовывать потом. Кем? Кем писать и кем реализовывать?


Поэтому, если полномочий нет, то обязательно нужно их дать. Если они есть, то обязательно нужно спросить за реализацию. То есть я честно говоря очень жду кадровых изменений в ближайшее время. Понятно, что человек получив полномочия, возглавив правительство, должен осмотреться, должен раздать задачи, посмотреть их исполнение. Если они не исполняются, может быть как-то скорректировать работу и после этого принимать кадровое решение.


С. Занько


– Что значит, должен осмотреться? Чурин сколько сидит уже в Сером доме? И снова ему дать время на осмотреться?


В. Костин


– Свет, ну, откровенно, это можно сделать за месяц, условно говоря. Можно сделать за два. Опять же нужно быть открытее, на мой взгляд.


С. Занько


– А люди сидят годами.


В. Костин


– И ничего не делают.


С. Занько


– А люди сидят годами, а потом спокойно уходят. Не смогла, так не смогла, что называется.


В. Костин


– Это вообще отдельная история, когда, кто у нас, Карпинский в городскую администрацию пришёл? В созданное специально для него направление развития инвестиций. И не смог за полгода предоставить план. Благополучно уволился.


С. Занько


– И всё. А зарплата шла.


В. Костин


– И ответственности никто не понёс. А здесь, ну, я опять же сторонник, я сейчас в очередной раз призову всех тех, кто не ходит на выборы, на них сходить. Как раз-таки потому, что мы делаем выбор один раз, когда выбираем губернатора, а он уже дальше по цепочке нам министров и председателя правительства, и главу администрации фактически предлагает.


С. Занько


– Сейчас вообще очень интересная ситуация у нас, всё-таки, Володь, складывается. Ведь чётко же сказано и люди это приняли, что Игорь Владимирович Васильев будет решать большие финансовые вопросы в Москве. А Александр Анатольевич Чурин будет заниматься руководством области здесь на местах. И, значит, это и экономические вопросы, и кадровые вопросы, и социальные – всё на нём, на самом деле будет вот здесь оперативно. Исходя из этой позиции, это он должен принять решение. Чё ему делать в этой ситуации?


В. Костин


– Безусловно, я об этом и говорю.


С. Занько


– И ему не надо ждать 1,5-2 месяца. Он прекрасно знает Наталью Михайловну. Он прекрасно знает всех остальных сотрудников, которые есть, потому что он с ними всё время находится вместе, совещания проводит и работает. Сколько времени нужно на раскачку для принятия решений и должны быть ли они какими-то неотвратимыми, быстро принятыми, или напротив?


В. Костин


– Первый момент, я уже о нём сказал, это история про то, есть ли сейчас вот те полномочия на самом деле? То есть декларативно они прописаны, но есть ли они сейчас? Потому что, условно говоря, взять и поменять ту команду, которой работал губернатор, ну, наверное, бросить тень на губернатора. Поэтому, может быть, они будут происходить плавно, может быть, как-то постепенно, по одному и так далее, может быть, переводами на какие-то должности.


Второй вопрос, не менее важный – на кого менять? Есть ли команда у Александра Анатольевича, мы в ближайшее время увидим. На мой взгляд здесь опять же нужно поискать там, где мы может быть и не искали ещё. Вот те самые сообщества, в том числе предпринимательские, которые всегда были обделены вниманием, когда дело доходило до каких-то реальных распределений мест, до того, чтобы реально услышать мнение. Ну, вот когда надо, мы вас соберём на какой-то форум, вы там по большому счёту не мнение своё выскажите, а пар выпустите, потому что вряд ли кто-то реализовывать будет то, что вы сказали. А вот сейчас, может быть, там поискать? И здесь я бы ещё один вопрос затронул, когда мы говорим о высоких, либо низких зарплатах чиновников. Вот у меня здесь вообще особое мнение.


С. Занько


– Ой, хороший вопрос! Сейчас, про зарплату чиновников и особое мнение после короткого перерыва. Отличный вопрос.


ПЕРЕРЫВ


С. Занько


– Продолжаем программу «Особое мнение». Я Светлана Занько. Своё особое мнение высказывает вице-спикер Областного законодательного собрания Владимир Костин. И мы говорим про кадровый голод – есть он или нет в правительстве? Будет ли обсуждаться судьба министра экономики и предпринимательства Натальи Кряжевой и других высокопоставленных чиновников, которыми недовольно, как минимум, местное предпринимательское сообщество?


И заговорили о зарплатах чиновников. Это тоже была острая тема, которую на ОЗС поднимала госпожа Сыкчина, призывая лишить губернаторов оплаты санаторного отдыха членов их семей. И ещё выплату в размере 3-х окладов при выходе в отпуск, это вообще правда, что ли? Что каждый раз, когда губернатор идёт в отпуск, ему 3 оклада выдают?


В. Костин


– Сейчас закон позволяет.


С. Занько


– Серьёзно?!


В. Костин


– Я не знаю, выплачивают или нет, но, согласно закону, можно на это претендовать.


С. Занько


– Но никто не отказывался. Мы не слышали заявлений публичных.


В. Костин


– Но при этом никто, возможно, и не просил. То есть вот здесь ведь история о том, что, согласно действующего законодательства, можно подать заявление и получить.


С. Занько


– Можно на 3 оклада съездить в отпуск. Это же хорошо.


В. Костин


– Да можно много чего сделать. Тут мнение моё, Светлана, вот такое.


С. Занько


– Но почему, кстати, члены областного законодательного собрания не поддержали предложение Ольги Сыкчиной?


В. Костин


– Ну, вот тут, наверное, нужно спросить членов областного законодательного собрания, те, которые не поддерживали.


С. Занько


– Вы поддерживали?


В. Костин


– Я с коллегой согласен в том плане, что если уж мы прикрываемся формулировками, что у нас на какую-то законодательную инициативу нет денег, то нужно начинать экономить с себя и эти деньги изыскать. И когда мы вот уже оптимизировались настолько, что можем сказать: «Слушайте, ну, вот здесь денег больше нет». И нам при этом не стыдно, потому что мы себя оптимизировали. Где-то ещё поискать, в другом месте.


Другая история о том, что кадровый голод подходом урезания зарплат чиновникам, ни в коем случае мы не решим эту проблему. И здесь вот как раз то анонсированное особое мнение моё.


Если мы хотим сформировать команду профессионалов, надо им дать возможность. Надо их замотивировать, в том числе и возможность финансовую. Потому что, если мы говорим про крупный бизнес, где реально работают профессионалы, достигают многомиллиардных показателей в виде выручки, прибыли и так далее.


У нас много предприятий крупных. Если посмотреть на доход тех людей, которые руководят этими предприятиями, они не придут работать даже губернатором. Зарплата у губернатора, ну, сколько там, под 3 миллиона в год, где-то вот так вот? А зарплата людей, которые, допустим, руководят Кирово-Чепецким химкомбинатом, в 10 раз больше. Ответственности много, безусловно, но не за 1 млн 300 человек явно, плюсом наверняка возможностей больше. И вот, Свет, когда тебе дадут выбор – стать губернатором или руководить Кирово-Чепецким химкомбинатом, ты что выберешь? Большой вопрос? Вот сейчас, наверное, каждый для себя его тоже задал. И логично, что здравомыслящий человек выберет какое-то, наверное, более комфортное существование. Найдутся единицы, которые...


С. Занько


– Ну, я-то, конечно, если вот ты меня спросил, я конечно пойду туда, где я буду комфортно себя чувствовать, потому что я буду понимать, что у меня компетенции достаточно, чтобы выполнять эту работу. Только так.


В. Костин


– Безусловно. А вот компетенция, опять же, губернатора и компетенция руководителя крупного холдинга, наверняка несопоставимы. Это такое масштабное макроруководство. И в чём разница по большому счёту? Пойти туда или пойти сюда? Уж если с областью справился, наверняка с предприятием справишься. То есть опять же мы говорим о том, что там, наверное, слаще.


И вот когда мы говорим о том, что чиновники получают слишком много, а вот, допустим, учитель получает слишком мало, надо ставить вопрос не так. Вот если мы назначили, допустим, кого-то министром и при его руководстве тем же самым учителям стало жить лучше, и он не поднимает вопрос о том, что «вы знаете, у нас вот денег, как не было, так и нет, поэтому мы вам зарплату, как не поднимали на 40%, так и не подняли», например. Или «подняли, но вы этого почему-то не заметили, это ваши проблемы».


Вот если так стоит вопрос, то нам не нужен этот человек и за ту зарплату, которую он сейчас получает. Если учителя увидели это повышение зарплаты, вот не знаю, каким образом, вот человек пришёл и смог. Тогда, наверное, не стоит спрашивать: «Слушай, а почему ты тогда сам-то так много денег получаешь?» Да потому что он как-то вот нашёл возможность вам зарплату повысить.


То есть мы не те немножко категории во главу угла ставим. Нужно не смотреть на уровень дохода, нужно смотреть на эффективность работы. Вот опять же, если по Бондарчуку есть вопросы, если по Кряжевой есть вопросы, так сколько бы они ни получали, они получают намного больше, чем средняя зарплата в Кировской области. А результат их работы, если не отрицательный, то по крайней мере не положительный. Максимум, нулевой. Зачем они нам нужны за такие деньги? Вот ключевой вопрос.


С. Занько


– Так, ну, должна быть реакция, – чтобы вот тут закруглить, – должна быть реакция господина Чурина или господина Васильева вот на такой демарш представителей деловых кругов?


В. Костин


– Главное, чтоб не репрессии в адрес представителей деловых кругов.


С. Занько


– Ну, собственно говоря, и не репрессии в адрес чиновников, если они недостойны этих. Мало ли какие нападки могут быть.


В. Костин


– Безусловно к работе чиновников нужно присмотреться. Если то бизнес-сообщество, которое давно сформировалось, я имею в виду, допустим, Торгово-промышленную палату. Они ведь давно уже существуют. Это самое такое авторитетное, пожалуй, среди крупного бизнеса, ну и среднего бизнеса, объединение предпринимателей. Если их сейчас не услышат, ну зачем тогда, собственно говоря, говорить о каком-то взаимодействии бизнеса и власти.


С. Занько


– Теперь, значит, про скамейку запасных, о которой вы начали говорить, что не факт, что кто-то пойдёт на эти должности. Вот вопрос конечно же обсуждался – а кто бы мог, а кто бы пошёл бы тогда? И каждый раз, когда задаёшь вопрос людям, вот я сейчас скажу, мои источники что говорят: «А вот этот?», – я спрашиваю. «Нет, вот этого не возьмут, он же работал при Белых». «А вот этого?» «А этот тоже работал, он и сам не пойдёт, потому что неизвестно чем это закончится».


Вот эта история про то, что люди известные, успешные, работающие всё ещё в регионе и пользующиеся доверием, когда-то работали при Белых, почему-то до сих пор, спустя столько лет, стоит во главе угла принятие решений о приёме или неприёме на работу, и вообще о предложениях прийти и поработать в правительстве, хотя вся история показывает, что человек – эффективный сотрудник, может быть. Почему?


В. Костин


– На самом деле для меня тоже загадка – почему...


С. Занько


– А теперь мы ещё посмотрим, когда чистили команду и всех вычищали, какие судьбы этих людей в итоге постигли. Ведь мы помним, как уезжала команда. Снимали прямо с чемоданами с мест, не давали детям доучиться до конца учебного года, люди уезжали. И если посмотреть, где трудоустроены сейчас сотрудники бывшего правительства нашего, они неплохо себя чувствуют. Кто-то возглавляет медицину целого Подмосковья, кто-то министерство в Подмосковье, кто-то в Крыму возглавляет департамент и министерство. Ну, вообще, практически, в Пермском крае, пожалуйста.


В. Костин


– Согласен абсолютно с тем, что не должно быть такой характеристики, как «работал при Белых», «не работал при Белых» и отсев-то происходит сразу – раз работал, до свидания. Мы даже резюме твоё рассматривать не будем.


Другой вопрос, что нужно смотреть исключительно на профессионализм. Если человек профессионален. Опять же, если он не замечен был в каком-то воровстве, коррупции и так далее, почему не оставить? Почему не взять на работу? То есть, Свет, у меня тоже вопрос такой же, почему нет? В конце концов, а мы сейчас взяли людей на их место, которые обладают большей квалификацией? Которые больше смогли достичь, чем те люди, которые вместе с Белых ушли, ну, вместе, имеется в виду, после того, как всем известные события произошли. Во многом там вопросы по многим персоналиям. И если уж мы понимаем, что те люди, которые были до, работали эффективней, ну почему хотя бы сейчас кого-то третьего не посмотреть в конце концов? Почему опять же не вернуться к тем, кто доказал свою эффективность?


Я не знаю. К сожалению, у меня на этот вопрос ответа нет. И надеюсь, что те люди, которые кадровые решения принимают, в том числе будут учитывать наше мнение и услышат, что важно базироваться в первую очередь на профессионализме. Кстати, губернатор же говорил: «Порядочность и профессионализм». Абсолютно согласен. Два качества, которые должны быть определяющими, для того чтобы человека назначать на должность. А дальше уже за дела спрашивать, а не за то, с кем работал.


С. Занько


– У нас остаётся 3 минуты до завершения программы. Я хочу, чтобы вы прокомментировали возрождение команды «Родина». Мы видим, что практически снова укомплектовали команду старыми, в хорошем смысле, то есть бывшими игроками «Родины» заново. Это значит, что нашли деньги на финансирование игры этой команды, на зарплаты этой команде.


Помним, что последние сезоны разгромные совершенно, полные проигрыши. Вспомним также, что отсутствует современный стадион и для игры, «Родина» разваливается, сами об этом говорили. Я имею в виду стадион «Родина». Для меня это удивительно, как команда возрождается, как Феникс. И даже не знаю, откуда идут вот сейчас деньги и на что рассчитывает правительство, потому что об этом пока ещё не говорили. Но как вы относитесь к этой истории?


В. Костин


– Я отношусь безусловно положительно к тому, что «Родина» восстанавливается, потому что это фактически единственная, ну, ещё у нас была «Олимпия», команда профессиональная, которая добивалась каких-то результатов положительных. У нас было и 3-е место в чемпионате и на «Родину» действительно ходили.


С. Занько


– Вспомнила бабка, як дивкой была. Владимир, вспомните последние сезоны – что ни игра, то позор.


В. Костин


– А последние сезоны «что ни игра, то позор» как раз, потому что...


С. Занько


– В том числе и в старом составе, между прочим.


В. Костин


– А в том числе и с невыплаченными зарплатами. Наверное, тяжело выходить на хоккейное поле и добиваться результата, когда вы на игру доехали на автобусе и, наверное, все перемёрзшие и инвентарь-то у вас не очень.


С. Занько


– Клёво. Владимир, сколько стоит финансирование команды «Родина» в год, вы знаете?


В. Костин


– Порядка 50 миллионов, насколько я знаю.


С. Занько


– Нет, от 120 до 180 миллионов. А сколько выделяется на все федерации Кировской области денег, вы знаете?


В. Костин


– Светлана, тут другой вопрос.


С. Занько


– А вот это цифра, которую вы называли.


В. Костин


– Мы профессиональный спорт не можем финансировать из бюджета. То есть я рискну предположить, что это деньги спонсорские. У нас, если посмотреть на клубы футбольной премьер-лиги, которые фактически их учредителями являются регионы, там бюджеты миллиардные и это деньги спонсоров. Если вот губернатор, допустим, Тульской области нашёл этих самых спонсоров, то у нас тульский «Арсенал» вот сейчас идёт на 5 месте или на 6-м. И в еврокубки пойдёт. И никто не задаёт вопрос: а откуда деньги и может быть мы их потратили бы куда-то? Полные стадионы, все довольны. Другое дело, что вот мы сейчас 17 миллионов можем выделить на чемпионат по компьютерному многоборью. Тоже безусловно, наверное, надо этому радоваться, потому что у нас...


С. Занько


– В Кировской области?


В. Костин


– Да, чемпионат мира по компьютерному многоборью в Кировской области пройдёт и всё то оборудование, которое будет закуплено на эти деньги, вроде бы, как потом в органы госвласти, в администрации, может быть в МФЦ, переедет. Наверное, стоит этому радоваться.


Но, опять же, а федерации все месте взятые видели вот эти деньги? Может не федерации, может быть районные отделы спорта. Вот если сейчас все эти 17 миллионов поделить и им дать на проведение мероприятий, на то чтоб они не профессиональный, может быть, а любительский спорт поддерживал. И уверен, они бы все обрадовались. То есть, а есть у нас вот эти 17 миллионов рублей?


Да, конечно, гордиться, с одной стороны, нужно, что наши спортсмены по компьютерному многоборью заняли 2 место в Ставрополе и везут к нам сейчас вот это чудесное мероприятие. А много людей об этом знает? Много будет следить в интернете, либо, упаси господь, придёт наблюдать за этим чудным действом. Боюсь предположить, что, наверное, немного. И 17 миллионов мы потратим, наверное, не так эффективно, как могли бы.


С. Занько


– Хорошо. 15 секунд. Сколько вы даёте, какой даёте срок жизни возрождённой команде «Родина»?


В. Костин


– Надеюсь, она будет жить вечно.


С. Занько


– Владимир Костин, вице-спикер Кировского областного законодательного собрания. Его особое мнение вы слушали. У микрофона работала Светлана Занько. Всем хорошего дня.


В. Костин


– Спасибо, доброго дня.

Комментарии (0)

Создание и продвижение сайта