22 мая 2013
Большие деньги, и тишина
Время выхода в эфир: 22 мая 2013
95
1
Коих, от самих воплотителей программ до призванных осуществлять за
ними разноуровневый контроль, как говаривал поэт: их тьмы, и тьмы, и
тьмы. А денег для тьмы никогда много не бывает.

Когда-то давно, но еще в памятные времена, работники советского общепита
рассказали мне по секрету, почему во всех заведениях так любят
обслуживать банкеты. И чем больше банкет, и чем больше заказано блюд,
тем крепче любовь и ниже поцелуи. Запомни, говорили мне люди в белых,
слегка измазанных будущим бефстроганов или оливье халатах, если придет
полсотни человек, то колбаски режешь не больше, чем на половину. Салатец
смело экономь еще на треть, и с горяченьким можно поработать. Кто ж там
в общей массе разберет: в отбивной 120 граммов или 80? Так что половину
продуктов или красненьких червончиков можешь смело делить среди кухонных
и зальных стахановцев, не поровну конечно, но с учетом личного участия
и опыта кормления-поения брачующихся и их радостных гостей. И самое
главное в этой процедуре, уровень согласованности и спетости каждого
из участников обслуживающего процесса.

Прошли десятилетия, но ничего в схеме дележа денежных поступлений не
изменилось, кроме одного: там, где денег стало больше, выше стали чины
контролеров или надзирающих за процедурой. Давайте глянем хотя бы
мельком на квартирный вопрос: расселенцы из ветхого, переселенцы из
обвалившегося, погорельцы и интернатовцы - все они потенциальные и
законные потребители квадратных метров муниципальной жилплощади.

Далеко не пойдем, посмотрим в Мурыгино. Так администрация поселка
купила для интернатовского воспитанника 18-метровую комнату в здании,
которое Ленина не видело, но Сталина застало молодым. Причем с момента
постройки, случившейся в 1934-м году, по нынешние дни, ремонта в доме
не было. И категория его износа для любого здравомыслящего человека
представляет собой величину иррациональную. Однако за комнату, судя
по документам, чиновники заплатили едва ли не 400 тысяч рублей, и
никто этого не заметил. Кроме жильцов самого дома, которые отдали бы
хлам и за 90 тысяч, но никто не покупает.

Слободские власти купили для расселенцев квартиры в деревянных домах,
как бы заплатив за квадратные метры столько же, сколько стоят они в
Кирове, в здании кирпичного исполнения, не элитного конечно, но и не
эконом класса. И опять же никто, ничего не заметил. И это не к вопросу
о слепоте, а к теме согласованности деяний чиновников и контролеров.

Вчера в суде Октябрьского района состоялся показательный "квартирный
цирк", по завершению которого хотелось бы вызвать скорую, и не
помешало бы набрать "02". Так кировчанке Татьяне Разницыной, прожившей
четверть века с двумя детьми и бывшим супругом в развалюхе на улице
Ленина, предложили квартиру в Лянгасово, куда семейству ехать не
хотелось. И это понятно: в Кирове друзья, родные и, что немаловажно
для поколения предпенсионного возраста, хорошая работа, куда из
Лянгасово каждый день не наездишься. Поэтому переезжать Разницыны
не торопились, но у чиновников было иное мнение и они обратились в
суд с требованием о насильственном переселении.

На первом судебном заседании случилось ожидаемое: прокурор, обращаясь
к администрации района, спросил: почему бывших супругов переселяют в
одно помещение? Резонность вопроса была так очевидно, что суд отложил
заседание на три недели, чтобы чиновники "подумали". Смею предположить,
что длительное совместное обдумывание завершилось опять же ожидаемым:
суд удовлетворил требование первомайских чиновников, устно объяснив
свое решение тем, что квартирные лицевые счета экс-супругов не были
разделены. Попытки Разницыной объяснить, что в ЖКО отказались "делить
счета", были судьей Фокиной резко прерваны за отсутствием у нее
времени. Если спросить: на чьей стороне в этот раз была прокуратура
- ответ должен быть очевиден. Или я зря говорила о согласованности
действий исполнителей, контролеров и вершителей.

Комментарии (1)

Создание и продвижение сайта