«Фильм – шок, фильм – притча, фильм – концепция …»

Блоги 22 декабря 2016 5007 3

все блоги автора

Олег Холкин

магистр философии, эксперт ОПКО в области права

Так в предельно прегнантной форме можно было бы анонсировать фильм Анны Ефремовой «Турбо», показанный 14 декабря 2016 г. в режиме свободного доступа в кинотеатре «Дружба» (г. Киров).

В этом несколько более чем 2-х часовом фильме, тематизированном на фрагменте судьбы обычной девушки из 90-х, весьма нетривиальным, внятным и мастерским образом автор, режиссер и постановщик фильма Анна Ефремова рассказала о самом главном: кто мы, что с нами происходит, куда мы идем, - и сумела в этом наполненном драматизмом повествовании одну часть зрителей повергнуть в шоковое состояние и «разбудить от спячки», другой части присутствующих в кинозале – поведать притчу об их жизни, а с третьей – поделиться концепцией из области экзистенциальной антропологии.

Красной нитью по фильму проходит «давай меняться!». Я принимаю это условие и в порядке обмена предлагаю свою (зрительскую) точку зрения-концепт по поставленным ею в фильме вопросам.

В фильме можно выделить, по меньшей мере, пять ключевых моментов, назову их «мыслями-слоганами» («мысли-вешки»), которые, будучи соотнесенными в едином контекстуальном пространстве, только и могут послужить основой для понимания намеченной автором проблематики, а также и для уяснения концептуальной связности духовного и интеллектуального состава всей картины: (1) «мечта», (2) «склеп», (3) «судеб много, найди свою» , (4) «я, это – ты, а ты, это – я», (5) «давай меняться». При этом если первые четыре из пяти «мысле-слоганов» отражают последовательные этапы развития героини фильма, то последний предлагается автором в качестве способа решения основного вопроса бытия каждой личности. Согласно инструментальной формулировки автора он звучит так: «О чем ты мечтал в детстве?... Теперь ты вырос. Кто ты?» В результате в фильме мы имеем дело не только с повествованием о драматической судьбе героини, вставшей на путь самостоятельного «делания» себя, но и – с предложенной зрителю авторской концепцией о главном: что происходит вокруг, как нам быть со всем этим, как «встроиться» в структуры бытия и остаться собой, что следует знать, к чему надо стремиться и что делать, как сделать надлежащий выбор в альтернативной системе обстоятельств и возможностей, какие есть основания, необходимые и достаточные, для определения внутренне приемлемого образа жизни и способа поведения и при этом, что бы этот образ согласовывался бы с некоей системой нормализации, имеющей характер целостности, цельности и полноты.

Мысле-слоган «давай меняться» в силу того, что он по смыслу фильма несет в себе значение «ключа» для ответа на поставленный выше вопрос о главном заслуживает того, что бы рассмотреть его подробнее. Согласно содержанию ленты словосочетание «давай меняться» несет в себе, по меньшей мере, два значения: (1) «меняться» в смысле обмениваться чем-либо (жвачками, велосипедом на пиджак и т.п.), (2) «меняться» в смысле изменяться, т.е. совершенствоваться.

Автор фильма (не знаю: сознательно или интуитивно, но одинаково талантливо) в достаточной и необходимой мере сумела развить как сюжетную линию, так и смысловые подоплеки в обоих значениях. В каждом из них автор картины художественными средствами и в режиме притч представил ряд последовательных форм «обмена», практикуемых главной героиней. В рамках первого значения (обмен вещами, состояниями, сущностями, событиями) нам была показана девочка, которая родилась с мечтой и, в порядке ее развертывания сначала менялась жвачками «Турбо», затем предоставляла «тело» в обмен на шикарные наряды и «красивую жизнь», далее – имеющиеся профессиональные компетенции меняла на средства для жизни, после – охватывающий ее экзистенциальный страх, переходящий временами в шок, на свободу и втуне искомый душевный покой. Но это еще не все. Намеченная логика мен («меновая логика») должна была по законам жанра доведена до предельных форм, т.е. до того, что граничило бы с тем, что в известных кругах было бы квалифицировано как постмодернистский «арт», к примеру – исчезновение субъекта (потеря личности, своего «я» и т.п.). И это произошло! Сцены обмена «самостями», своими «я» (между главными героями фильма) производят сильнейшее впечатление, даже потрясение, а если по правде, то – самый настоящий шок, по силе, не уступающему «астральному удару», По меньшей мере, сам я испытал именно такое впечатление, буквально ударившее в душу. Что это было? Это была оправданная в самом высоком онтологическом смысле кульминация и логически предельная художественная доминанта в плане тематизации мысле-слогана «давай меняться» в значении «обмениваться предметами и сущностями». Тем самым автор фильма сумел средствами кино манифестировать одну из самых трудных философских проблем о пределах «роста» человеческой субъективности с использованием преднаходимых в общественном обороте интерсубъективных фикций и накопленного габитуального потенциала.

Параллельно с линией «обмена» вещами, сущностями, всем, что воспринимается героями в качестве благ, в фильме проводится гораздо более драматическая линия «мены» как изменения самого себя, преображения в своем внутреннем, в освоении человеческого в человеке, в изменении положения дел в своем «внутреннем». От мечты как радостей тела (жвачка, вино, секс…), к радостям достижений «мест» и «положений» в «матрице» обшества и географической зоне, а затем и вовсе – к слиянию своего «я» с Бытием, с Миром в точке осознания себя как Мира, осознающего себя через нас, что свидетельствует о «последнем», предельном состоянии на пути внутреннего преображения главной героини фильма. Данный путь, это – путь от непосредственных «радостей» тела к «радостям», считаемым таковыми в данном обществе (к фикциям), а от них - к «радостям» Духа (Полнота, Целостность, Цельность, Свобода). И это в фильме тоже есть! Последние сцены – это художественное выражение сказанного в режиме «метафор без метафор», «притч без притч», вызывающих «ментальное замыкание», разрешающегося глубочайшим катарсисом и озарением: мы все – Одно, мы – различные цвета и оттенки Одной и Той же Большой Картины, которая есть «Я-МЫ-МИР». При этом сами мы – и есть высшая Мечта и Нас Самих и этого Мира, мы - его высшее Произведение и Достоинство. Мена в смысле изменения завершилась предельным преображением в некоей искомой Полноте восприятия и внутренней Гармонии. Таким образом, «Турбо»-фильм может быть понят и как метафора, с помощью которой автором был «схвачен» особый образ жизни – «жизнь-поиск» в ситуации «нормальной» неопределенности и в режиме «разведки боем», метаморфозы которого (его закономерные стадии и пределы) и были показаны в художественно-философской притче Анны Ефремовой под названием «Турбо».

Соглашусь с автором картины, что смотреть данное кино надо так как смотрят на музейные экспонаты, как наблюдают за явлениями природы, т.е. отстраненно и в то же время не теряя контроля над экзистенциалами усмотрения, переживания и движения воли. В самом деле, если следовать этим инструкциям, то при прочих равных условиях можно получить «приз»» в виде извлечения хорошего экзистенциального урока, который, на мой взгляд, равноценен сотне толстых и умных книжек.

Как бы то ни было, Анна Ефремова – выдающаяся землячка, равно как и ее фильм!

Герменевтика в такой тонкой материи, как конечный авторский замысел, помогает мало, ибо, по правде говоря, чтобы полностью разобраться требовалось бы пройти жизненный путь, равный тому, который прошел сам автор, что, согласитесь, абсолютно невозможно из-за уникальности пути каждого. Поэтому «идите своим путем» это не рядовая сентенция одной из героинь фильма, а важнейший урок, основательный и прекрасно преподанный ясным и неповторимым в своем роде «Турбо»-языком».

Комментарии (0)

Создание и продвижение сайта